Страница 13 из 37
Жизнь вечная
Различны устроения людей, различную славу унаследуют они и в жизни будущей. Апостол Павел пишет: «Ина слава солнцу, ина слава звездам...» (1Кор. 15, 41). Даже Ангелы Божии не в одинаковой степени и славе у Бога. Ближе всех к престолу Божию пламенные Серафимы, затем Херувимы, потом Престолы, Господствия, Силы, Власти, Начала, Архангелы, Ангелы. Но эти девять чинов ангельских совершенствуются ежесекундно, так и души людей, смотря по тому, насколько они были приготовлены на земле, не остаются в одном состоянии, а переходят из клеточки в клеточку (преп. Варсонофий, 3, с. 65, от 02.08.1909).
И мы узрим Его лицем к лицу. И внидем к Нему не как грешники, непотребные рабы, но как друга: «вы друзи Мои есте, аще любовь имате между собою» (Ср.: Ин. 13, 35), как дети: «Аз буду им в Отца и тии Мне будут в сыны и дщери», - глаголет Господь Вседержитель (Ср.: 2Кор. 6, 18). И еще больше: «Отче Святый, соблюди их во имя Твое, ихже дал еси Мне, да будут едино, якоже и Мы» (Ин. 17, 11). Вот какая высокая и страшная и непостижимая жизнь ожидает нас! Вникай в сие особенно во дни Пасхи. И благодари Спаса и Жениха нашего Иисуса Христа (преп. Анатолий, 7, с. 73).
А главное — желаю тебе вступить в то лето, где зим не бывает, солнце никогда не заходит, и Солнце того лета — Иисус, вечно сияющий славою Отца Своего — Бога, где не будет ни скорбей, ни болезней, ни тьмы, ни даже тени, но все будет свет, радость, мир, всяк ум превосходящий и веселие несказанное. И ворота Небесного Иерусалима в то лето отверзутся и никогда не затворятся (преп. Анатолий, 7, с 120).
Жизнь земная
Иерусалим... в духовном смысле означает Царство Небесное. Восхождение в него есть жизнь земная каждого верующего человека, содевающего свое спасение. Умилительно это изложено в стихире Великого Страстного Понедельника: «Грядый Господь к вольной страсти, апостолом глаголаше на пути: се восходим во Иерусалим, и предается Сын Человеческий, якоже есть писано о Нем. Приидите убо и мы, очищенными смыслы, сшествуем Ему, и сраспнемся, и умертвимся Его ради житейским сластем, да и оживем с Ним, и услышим вопиюща Его: не ктому в земный Иерусалим, за еже страдати, но восхожду ко Отцу Моему и Отцу вашему, и Богу Моему и Богу вашему, и совозвышу вас в Горний Иерусалим, в Царство Небесное». Спасающемуся о Господе необходимо предлежат степени восхождения в Горний Иерусалим. На жизненном пути неизбежно встречают его скорби и искушения. К ним нужно быть готовым. Наша немощь человеческая не хочет их, часто забывает о неизбежности их и желает лишь земного счастья. Обратите внимание, что даже святые апостолы, до получения дара Духа Святаго и дара разуметь Писания, не были чужды желаний временной славы и счастья, как и повествуется в Евангелии. После слов Христа о грядущих скорбях и смерти сыновья Зеведеевы просят у Христа почестей временного царства Его, которого они тогда ожидали. Но вместо этой почести — чашу смерти обещал Христос пить друзьям Своим.
Посему, если видим жизнь нашу, исполненную скорбей и неисполнившихся надежд и желании, да не унываем. Так должно быть... Жизнь христианина должна быть подобна жизни Христа. Возвещает нам святой апостол Петр: «Христос пострадал за нас, оставив нам образ, пример, дабы мы шли по следам Его» (1 Пет. 2, 21) (преп. Никон, 8, с. 287—289).
Ошибаются ожидающие и ищущие удобств и спокойствия жизни, для спасения необходимы скорби, лишения, трудности. Если жизнь так переменчива, скоропреходяща, зачем к ней прилепляться? (преп. Никон, 20, с. 5).
Хороша и наша северная природа... Но нынешний мир есть только слабое подобие мира, бывшего некогда до грехопадения. Есть мир Горний, о красотах которого мы не имеем понятия, а понимают его и наслаждаются им только святые люди. Этот мир остался неповрежденным, но земной мир после грехопадения резко изменился. Все равно, как бы кто-нибудь лучшее музыкальное произведение, например, Бетховена, разделил на отдельные тона, тогда впечатление целого не получилось бы. Или картину, например, Рафаэля разорвал на клочки и рассматривал отдельные кусочки. Что увидели бы мы? Какой-нибудь пальчик, на другом лоскутке часть одежды и т. д., но величественного впечатления, которое дает произведение Рафаэля, мы, конечно, не получили бы. Разбейте великолепную статую на части — впечатления прекрасного не получится. Так и нынешний мир. Некоторые подвижники даже отвращали от него свои взоры. Известен один подвижник, который загородил иконой единственное окно своей кельи, а из него открывался восхитительный вид. Его спросили: «Как это ты, отец, не хочешь даже взглянуть, а мы не могли налюбоваться и на небо, и на горы, и на Эгейское море и его острова». «Отчего я закрываю окно, вам не понять, но созерцать красоты мира сего я не имею желания», — ответил подвижник. Это оттого, что он созерцал красоту Горнего мира и не хотел отвлечь от него своего внимания.
Действительно, кто познал высшее блаженство, тот нечувствителен к земным утешениям. Но для сего познания надо иметь высокую душу (преп. Варсонофий, 3, с.128, от 13.04.1911).
Земля — это место изгнания, ссылка. За уголовные преступления людей осуждают на каторгу, кого на двенадцать, кого на пятнадцать лет, а кого и навсегда, до смерти. Вот и мы провинились, согрешили пред Господом и осуждены на изгнание, на каторгу, но так бесконечно любвеобилен Господь, что даже в этом месте изгнания оставил Он нам много красот, много отрады и утешения, которые особенно понимаются натурами, обладающими так называемой художественной чуткостью. Эти красоты здешнего мира только намек на ту красоту, которой был исполнен мир первозданный, каким его видели Адам и Ева. Та красота была нарушена грехом первых людей. Грехопадение первых людей разрушило красоту Божьего мира, и остались нам только осколки ее, по которым мы можем судить, как прекрасно все было раньше, до грехопадения. Но придет время всемирной катастрофы, и весь мир запылает в огне. Загорится земля, и солнце, и луна, — все сгорит, все исчезнет, и восстанет новый мир, гораздо прекраснее того, который видели первые люди. И настанет тогда вечная, радостная жизнь, полная блаженства во Христе (преп. Варсонофий, 3, с. 142, от 30.07.1911).
...Мы живем-то в юдоли плача; поэтому и приходится проводить время-то иногда скача, а иногда плача. Будем хоть утешать себя тою мыслию, что эта — юдоль плачевная — временная. Все промчится, все промелькнет, как тень, как эхо, и настанет вечность постоянная, неизменяемая, бесконечная, и о, дабы для нас блаженная, светлая! Будем надеяться, что Господь, по беспредельному милосердию Своему, не лишит нас сей милости (преп. Амвросий, 23,ч. 1,с. 169).
Внешний мир с его красотами благотворно действует на человека, и душа, способная наслаждаться красотою мира, есть душа возвышенная, но человек, достигший совершенства созерцает в душе своей такую красоту, перед которой видимый мир ничего не стоит. Господь сказал про душу человека, любящего Бога: «к нему придем и обитель у него сотворим» (Ин. 14, 23). Непостижимо, как это в маленьком сердце помещается Сам Господь, а где Господь, там и рай, там и Царство Божие. «Царство Божие внутрь вас есть» (Лк. 17, 21) (преп. Варсонофий, 3, с. 92, от27.12.1909).
Впрочем, надобно знать, что только в Царствии Небесном будет совершенно покойно. А «на земле, - сказал Господь, - скорбни будете» (Ср.: Ин. 16, 33). Да и люди глаголят: «там хорошо, где нас нет». Поэтому всегда заканчивают словами: как ни прикинь — все выходит клин. Поэтому люди по нужде и умудряются соединять клины и сшивать, чтобы выходил четвероугольник. Не без причины называется земная жизнь юдоль плача: плачут подчиненные и бедные, воздыхают начальники и богатые. Без скорби и печали на земле никого нет. Соображая все это, обратимся мыслию и сердцем ко всеблагому Промыслу Божию, который нас доселе питал и все потребное давал. Возверзем печаль свою на Господа (преп. Амвросий, 23, ч.1, с. 198).
Жизнь иноческая и мирская
...
Святой Апостол не возбраняет жениться, только предпочитает лучше безженное жительство, а говорит: «скорбь плоти имети будут таковии» (1Кор. 7, 28). Вам известен образ мирской суетной жизни: надобно подражать всем ее приличиям. Рассмотрите себя, способны ли вы к оному? Вы любите заниматься словом Божиим и учением святых отцов, но так ли это удобно в мирской жизни? И вообще, когда хотите жить благочестно, то не избежите того, о чем святой Апостол говорит: «а хотящий благочестно жити, гонима будут» (2Тим. 3,12). Неизвестно еще, какая будет партия? Всем сим рассуждением я не возбраняю вас от светской жизни, равно и не привлекаю к монастырской. Без звания Божия невозможно презреть мир и прелести его. Ожидайте, как Бог о вас устроит, конечно, Его устроение на лучшее происходит, а паче когда свою волю предаем совершенно Его святой воле (преп. Макарий, 24, т. 1, с. 49—50).