Страница 3 из 36
...После обеда требуется отдых, а после вечернего правила святыми отцами запрещены излишние беседы, кольми паче не полезные или ведущие к общему смущению (преп. Амвросий, 23, ч. 2, с. 85).
Готовить пищу в келье позволяется только старым да больным, которым груба трапезная пища. Если и ты больная, и трапезной пищей трудно жить, то можно и тебе благословиться у м. Игуменьи когда что-нибудь сготовить себе. А если бываешь сыта трапезной пищей, то по прихоти варить себе отдельно не следует, это грешно. Господь да укрепит тебя в монастырской жизни и поможет тебе (преп. Иосиф, 11, с. 266).
Если у вас принято справлять именины, то не следует и тебе отставать от других. Живи так, чтобы ни в чем лучше сестер не показывать себя (преп. Иосиф, 11, с. 267).
Не вози никогда мяса в монастырь. Вот один так-то привез, а в мясе завелась трихнина, и он отравился (преп. Амвросий, 1, ч.2, с.65).
Когда бывает бдение, минут за восемь (до благовеста) надо читать вечерние молитвы (преп. Амвросий, 1, ч- 2, с. 68).
Устройство женской больницы при женской обители, а мужской при мужской дело христианское и приличное, но кто измыслил брать или посылать из женских обителей инокинь, особенно юных, в общественные больницы, тому нельзя ожидать благого воздаяния от Господа, а скорее противного, потому что ни в древнеотеческом предании, ни в святых отеческих писаниях примеров этому не видим, а напротив, в писаниях преподобного Макария Египетского (в беседе 27 в гл. 15, по изд. Моск. Акад.) читаем пример разительный, сопротивляющийся новому учреждению. Он повествует, что «некто во время гонения предал на мучение тело свое, был повешен и строган, потом ввергнут в темницу, и что ему по вере прислуживала одна инокиня, и он, сблизившись с нею, бывши еще в темнице, впал в блуд!».
Никак нельзя согласиться с тем мнением, что будто бы дело вполне христианское и полезное посылать невест Христовых, особенно юных, из мирных обителей в общественные больницы для служения грешным телам, с получением явного и неизбежного вреда для душ сих служительниц. Подтвердим свое мнение, кроме многих святых отцев, словами великого учителя монашества, святого Иоанна Лествичника, который в 3-й Степени, в главах 22 и 23, говорит следующее: «как невозможно единым оком смотреть на небо, другим на землю, так невозможно не подвергнуться душевным бедствиям тому, кто совершенно не устранился помыслом и телом всех своих родственников и не родственников». Добрый и благоустроенный нрав великим трудом и подвигом приобретается, но и со многим трудом приобретенное во мгновение потерять можно (преп. Амвросий, 23, ч. 2, с. 126-127).
По смерти монаха нет душеприказчика и никакое завещание законом не приемлется, а все следует монастырю, и это относится к настоятелю, который должен исполнить то, что закон повелевает, а А. сумасброд распорядителем себя поставил! Надобно непременно подвергнуть его ответственности, а иначе останется в монастыре зло неисцельное. Употреби все меры безотложно, приведи все в известность, что у него находится, Бог Благой да вразумит тебя к охранению обители (преп. Моисей, 305).
Монастырь
...Обиталища сии <монастыри> не суть изобретение человеческого ума, но Дух Святый, чрез богодухновенных отцов, уставил жительство сие для тех, кои позваны будут от Бога, или из любви к Нему, или ради множества грехов своих (преп. Макарий, 24, т. 5, с. 23).
...Родители твои, с болезнью сердца, пишут ко мне, что ты просила у них дозволения отпустить тебя в монастырь. Похвально твое чувство... Однако ж скоро не спеши, испытай своего сердца чувства, готово ли оно к призванию сему. «Иже хощет по Мне ити, да отвержется себе и возмет крест свой и по Мне грядет» (Мф. 16, 24). Надобно отвергнуть свою волю и разум и покорить другим, могущим тебя вести спасенным путем, иначе ты не можешь научиться, по слову Господню, от Него, «яко Он кроток и смирен сердцем, и сим обрящешь покой душе твоей» (Мф. 11, 29). Он был «послушлив даже до смерти» (Флп.2, 8), и в нас чрез послушание является смирение, а без него все наши добродетели ничтожны. Когда же и решишься, то также избрание обиталища и наставляющего тебя не можешь сама избрать безошибочно, и о сем молись Богу: «скажи мне, Господи, путь, в оньже пойду, яко к Тебе взях душу мою» (преп. Макарий, 24, т. 1, с. 183, 184—185).
...Если бы не десница Господня подкрепила меня, то, кажется, не в силах бы был и перенести всего того, что перенес. Ибо монастырь мой в городе, а посему у жительствующих и нравственность похожа была на городскую, а не на пустынную. И мне все это должно было изменять, так что редкий день проходил без слез и без болезненного воздыхания (преп. Антоний, 22, с. 68).
Вы святую обитель нашу назвали своим Иерусалимом, но это наименование слишком уже велико, ибо в этом Иерусалиме вашем обитают люди наиболее убогие и притом не безгрешные. Но если вы, по смирению своему, приемлете их или считаете за праведников, то, по слову Господню, и мзду праведничу приимете, только бы дал Бог не пристыдиться нам пред вами, если не то увидите в нас (преп. Антоний, 22, с. 73—74).
...О монастырской жизни должно не семь раз, но семьдесят раз хорошенько обдумать, и потом уже однажды навсегда решиться вступить в обитель святую на жизнь монашескую (преп. Антоний, 22, с. 174).
...В монастыре еще может быть труднее, где вся жизнь до гроба должна быть в трудах, в подвигах, в повиновении, в отложении своих волей и желаний. И повиноваться должно не одной г-же Игуменье, но и старицам, и сестрам о Христе, и сделаться из барышни простою служаночкою, т. е. безответною и всепокорнейшею послушницею до последнего издыхания своего (преп. Антоний, 22, с. 174).
Святые отцы говорят, что полезнее переменить себя, а не обитель, ибо и Н. ваш монастырь стоит на Господней земле и под покровом Божией Матери. Чего же еще больше искать? (преп. Антоний, 22, с. 251—252).
Из чужих монастырей наши покойные настоятели не принимали, иногда, впрочем, в крайних случаях, и принимали, только с неохотою (преп. Иосиф, 67).
Монастырь и мир
...Проси <в молитве> и о том, чтобы Он <Бог> возвестил твоим родителям об увольнении тебя в обитель, где покажутся тебе твои немощи при борьбе со страстями (преп. Макарий, 24, т.3, с.180).
Хорошо, что ты познала, что спокойствие, на которое ты опиралась в мире, непрочно и ненадежно. А притом и то знай, что ты, живя в монастыре, находишься на поприще брани, как духовный воин, и раны приемлешь, и венцев сподобляешься, а удаляясь с сего поприща, уже не имеешь и брани и мнишь иметь спокойствие, но ложно, ибо оно скоро может превратиться в свирепую бурю. Итак, благодари Бога, призвавшего тебя на сей путь и обучающего во бранях (преп. Макарий, 24, т. 3, с. 93).
Некоторые спасаются в монастырях, иногда их упрекают в эгоизме. «Подумайте, — говорят, — такой-то поступил в монастырь! Он делал в миру столько добра, то-то и то-то, так много приносил пользы и вдруг все бросил. Это просто грех!» Не слушайте подобных речей. Если Господь призывает человека на служение Себе в иноческом чине, то надо все бросить и последовать призыву Божию. Впрочем, и в миру спасаются, но с большим трудом. В житиях святых рассказывается про двух сестер, из которых одна пошла в монастырь, а другая вышла замуж, и обе они спаслись. Правда, та, которая пошла в монастырь, получила высшую награду от Господа, но спасение получили обе. Но как спастись в миру, когда там так много соблазнов? Апостол говорит: «Не любите мира, ни яже в мире» (1Ин. 2, 15). Впрочем, здесь нужно оговориться: под словом «мир» подразумевается не вселенная, а все низменное, пошлое, скверное, греховное. Можно жить и в миру, и вне мира (преп. Варсонофий, 3, с.287, от 06.01.1913).
Монашество
Монашество есть образ смирения, и до оного достигают множеством браней и искушений, на которые и надобно себя приготовлять, а Господь силен тебя укрепить (преп. Макарий, 24, т. 3, с. 282).
...О монашестве твоем... скажу: да будет принятие оного тебе не на тщеславие, или гордость, или возношение, а паче на смирение, и кротость, и терпение (преп. Макарий, 24, т.3, с. 281-282).
Что же значит монашество? Совершение христианства, состоящее в исполнениях заповедей Божиих, в них же и любовь к Богу заключается: «аще кто любит Мя, слово Мое соблюдет» (Ин. 14, 23), — сказал Господь, и деланием заповедей человек очищается от страстей, достигает бесстрастия и восходит к духовному умозрению, и все это должно быть растворено смиренномудрием, потому смиренномудрие все сети вражий сокрушает; при исполнении заповедей должно пройти и огнь искушений от людей и от врагов <бесов>, а без искушений мы не познаем себя и не можем смириться и получить духовный разум (преп. Макарий, 24, т. 5, с. 517).