ДОБРОТОЛЮБИЕ

82) Старайся сколко можепгь, любить всякаго человека. Если же сего еще не можешь, то по крайней мере не ненавидь никого. Но и сего не в состоянии будешь сделать, если не презришь всего земнаго.

83) Такой–то похулил тебя: не ненавидь его, но хулу, и подустившаго к тому его демона. Если же ненавидишь похудившаго тебя: то ты возненавидел человека и преступил заповедь, и что он сделал словом, то ты совершаешь делом. А если хранишь заповедь: то покажи к нему дело любви, и если в чем можешь, помоги ему, да отвратишь его от зла.

84) Христос не хощет, чтобы ты имел на человека ненависть и досаду, или гнев и злобу на кого, каким бы то ни было образом, и за что бы то нибыло временное. Сие всякому проповедуют четыре Евангелия.

85) Много нас говорящих, но мало делающих. Но никто не должен искажать слово Божие в угоду своей безпечности, а лучше исповедать свою немощь, не скрывая истины Божией, дабы вместе с преступлением заповедей не сделаться повинными еще в перетолковании слова Божия.

86) Любовь и воздержание освобождают душу от страстей; чтение же и Богомыслие избавляют ум от невежества; а стояние на молитве поставляет молящагося пред самаго Бога.

87) Когда демоны увидят, что мы презираем вещи мира сего, не желая за них ненавидеть людей и отпасть от любви: тогда воздвигают на нас клеветы, дабы мы, не перенося огорчения, возненавидели клеветников.

88) Нет для души тяготы тягостнее клеветы; веру ли оклевещут, или поведение: и никто не может презреть сего, кроме того, кто, как Сусанна, на Бога взирает, единаго сильнаго и от бед избавить, как ее избавил и людям показать удостоверительно истину; как и о ней показал, и душу утешить надеждою.

89) Соответственно тому, как будешь молиться за оклеветавшаго, Бог удостоверительно открывать будет истину о тебе соблазнившимся.

90) Но существу благ Един Бог; по настроению же души один Богу подражатель: ибо главная у него цель злых совокупить с благим по существу, чтобы и они сделались добрыми. Для сего будучи поносим благословляет; гонимый, терпит; хулимый, утешает; убиваемый, молится за убивающих (1 Кор. 4, 12. 13). Все делает он, чтобы не отпасть от главной цели своей — любви.

91) Заповеди Господни научают нас благословно пользоваться вещами средними. Благословное же пользование средними вещами чистым делает состояние души; чистое состояние души раждает разсудительность; разсудительность же раждает безстрастие, от котораго раждается совершенная любовь.

92) Тот еще не имеет безстрастия, кто в случае искушения, не может оставить без внимания погрешность друга, в самом ли деле она есть за ним, или только кажется, что есть. Ибо скрывающияся в душе такого страсти возбуждаясь ослепляют ум и не дают усмотреть лучи истины и различить доброе от худаго. Не следует ли положить, что таковый не стяжал еще и совершенной любви, изгоняющей вон страх суда (1 Ин. 4, 18).

93) Верну другу несть измены (замены) (Сир. 6, 15): он несчастия друга почитает своими и подъемлет их вместе с ним, страдая даже до смерти.

94) Много друзей, но во время благоденствия; во время же искушений едва найдешь и одного.

95) Всякаго человека от души любить должно, упование же возлагать на одного Бога, и Ему единому служить всею крепостию. Ибо пока Он хранит нас: то и друзья все нам благоприятствуют, и враги все сделать нам зла не сильны. А когда Он нас оставит: то и друзья все от нас отвращаются и враги все бёрут силу над нами.

96) Есть четыре главных вида оставления Божия: иное оставление промыслителное, как то было с Самим Господом, дабы кажущимся оставлением спасти оставляемых; иное оставдение испытателное, как было с Иовом и Иосифом, дабы явить одного столпом мужества, другаго столпом целомудрия. Иное оставление духовно–воспитательное, как то было с Апостолом Петром, дабы смиренномудрием сохранить в нем преизбыток благодати. Иное наконец оставление по отвращению, как то было с Иудеями, дабы наказанием обратить их к покаянию. Все сии виды оставления спасительны и исполнены Божией благодати и человеколюбия.

97) Одни верные блюстители заповедей и истинные таинники судеб Божиих не оставляют друзей по Божию попущению искушаемых: но презрители заповедей и неиосвященные в таинства судеб Божиих, когда друг благоденствует, наслаждаются с ним; а когда искушаемый злостраждет, оставляют его. Бывает, что они становятся на стороне противников.

98) Други Христовы всех любят искренно, но не всеми бывают любимы. Друзья же мирские и не всех любят, и не всеми любимы бывают. Други Христовы до конца сохраняют союз любви; а друзья мирские, пока не встретится у них друг с другом столкновения за что–либо мирское.

99) Друг верен, кров крепок (Сир. 6, 14). Ибо он и при благоденствии друга, бывает добрым советником и единодушным сотрудником, и при злострадании — заступником искреннейшим и поборником сострадательнейшим.

100) Многие многое сказали о любви, а найдешь ее у одних учеников Христовых, если поищешь; ибо одни они имели истинную Любовь учительницею любви, о которой сказано: аще имам пророчество, и вем тайны вся, и весь разум, любве же не имам: никая польза ми есть (1 Кор. 13, 2. 3). Стяжавший убо любовь, стяжал Самаго Бога; ибо Бог есть любы (1 Иоан. 6, 16): Ему слава во веки. Аминь.

3.

Умозрительныя и деятельныя главы, выбранныя из семисот глав Греческаго Добротолюбия

1) Един есть Бог, — безначалный, непостижпмый, всю всецело имеющий силу быть (сый), всякую совершенно мысль исключающий о когда и как есть, как для всех недоступный и никакою тварью непознаваемый в естестве Своем [1,1] [53]).

2) Все сущее называется домыслимым, познаваемым, — таким, — познанию о чем имеются доказательныя начала. Бог же именуется недомыслимым, но из домыслимаго, познаваемаго веруется, что Он есть [1, 8].

3) Познания сотворенных вещей имеют в доказательство свое, собственныя основания естественным путем получаемыя, которыми естественно и определяются. Бог же по основаниям в сих вещах находящимся, только веруется, что Он есть, давая благочестивым исповедание и веру в то, что Он есть, твердейшую всякаго доказательства. Вера есть истинное познание, имеющее недоказываемыя начала, будучи удостоверением в вещах, превышающих ум и слово [1, 9],

4) Бог есть начало, средина и конец всего сущаго: начало, как Творец, средина, как Промыслитель, конец, как Завершитель, ибо, как говорит Писание, из Того, и Тем и в Нем всяческая (Рим. 11, 36) [1, 10].

5) Нет души, боле досточестной, чем та, которая по естеству разумна. Бог, яко благий, создавая всякую душу по образу Своему, приводит ее в бытие самодвижною, — (свободною). — Потом каждая по произволению своему или честь избирает, или безчестие наживает, произвольно, делами своими [1, 11].

6) Бог, как написано, есть солнце правды (Малах. 4, 2), всех равно осиявающее лучами благости Своей. Душа же, по настроению своему, обыкновенно бывает или воском, как Боголюбивая, или грязью, как веществолюбивая. Как грязь по естеству своему солнцем изсушается, а воск естественно им умягчается: так и всякая душа веществолюбивая и миролюбивая, приемля от Бога внушения вразумительныя и по настроению своему отревая их, жестеет, как грязь, и сама себя подобно Фараону, ввергает в пагубу; всякая же Боголюбивая душа при этом умягчается, как воск и восприемля отпечатления образов Божественных вещей делается в духе жилищем Бога [1, 12].

7) Осиявший ум свой Божественными разумениями, слово приучивший Божественными песньми непрестанно чтитьТворца, и чувство освятивший непорочными на все взираниями, — сей к естественному добру бытия по образу приложил и благобытие по подобию произвольным благонастроением [1, 13].

8) Хранит душу свою не оскверненною тот, кто ум свой понуждает помыпглят о едином Боге и Его совершенствах, слово поставляет правым истолкователем и изяснителем сих совершенств, а чувство научил благочестно взирать на видимый мир и на все, что в нем, и душе возвещать о величии сокрытаго в том разума [1, 14].

9) Бог, освободив нас от горькаго рабства тиранам — демонам, даровал нам человеколюбное иго Богочестия, — смирение, коим вся сила дьявольская укрощается, всякое же добро благоустрояется приявшим его иго, и сохраняется некрадомым [1, 15].