Страница 31 из 31
Погребальное шествие было совершено вокруг Святой Троицкой церкви, и через несколько минут гроб почившего старца, в предшествии хоругвеносцев, святого Евангелия, окруженный толпой теснившегося народа, при пении "Святый Боже" и при печальном перезвоне Китаевских колоколов, был опущен в недра земли...
Могила Христа ради юродивого иеросхимонаха Феофила находится в Китаевской пустыни, близ Свято-Троицкой церкви, с северной стороны, рядом с могилой Киево-Лаврского затворника Досифея9, и на чугунной плите ее начертаны нижеследующие слова: "Здесь покоится прах иеросхимонаха Феофила, который был пострижен в монашество в Киево-Братском Богоявленском монастыре 1821 года, декабря 11, рукоположен во иеродиакона1822 г. сентября 30, хиротонисан во иеромонаха 1827 г., января 6, пострижен в схиму 1824 г. декабря 9, там же. А скончался в Св.-Троицкой Китаевской пустыни 1853 года, октября 28 числа, на 65 году от рождения. Господи! Упокой душу его в селениях праведных и да будет ему вечная память".
Иеросхимонах Феофил был довольно высокого роста. Светлое лицо его и ясные голубые глаза отнюдь не гармонировали с той угрюмостью, какую он принимал на себя иногда в обращении с людьми. Бороду носил он короткую и узкую, не подрезывая, а выщипывая из нее волосы. Говорил глухо и довольно быстро, употребляя по большей части малороссийское наречие. Никто никогда не видел его смеющимся, а часто плачущим, и постоянные слезы эти, как драгоценный бисер, служили пред очами Господа искуплением множества наших грехов.
С кончиной блаженного Феофила не окончилась память богоугодной его жизни и славных дел. По его преставлении, так же как и при его жизни, подается не менее скорая и беспрестанная помощь в болезнях и скорбях всем с верою призывающим имя его. Об этом красноречиво свидетельствуют многочисленные панихиды, совершавшиеся доселе над гробом почившего праведника разными лицами, приходящими из самых отдаленнейших уголков России. Ибо многие недужные и болящие, для которых бессильна была помощь человеческая, вразумляемы были в сновидениях прибегнуть к молитвам блаженного Феофила и по своей вере удостаивались получить исцеление: а) Доктор-грек из Иерусалима долгое время страдал подагрой и не имел надежды на выздоровление. Однажды во сне явился ему старец Феофил и сказал: "Поезжай в Киев, поклонись там Угодникам и, когда зайдешь в Китаевскую пустынь, отслужи на моей могиле панихиду и будешь здоров... Я иеросхимонах Феофил". Грек не обратил на сновидение ни малейшего внимания, но на следующую ночь повторилось то же самое. На третью же ночь явившийся грозно и настойчиво требовал исполнить приказание, и когда пробудившийся в страхе доктор-грек дал клятвенное обещание совершить поездку, тотчас почувствовал в себе некоторое облегчение, так что мог уже ходить, опираясь на костыли, до того же времени его возили на повозочке.
Прибыв в 1882 году в Киев, в сопровождении жены, доктор-грек, не зная русского языка, обратился за советом к митрополиту Платону и по его указаниям отслужил на могиле старца Феофила панихиду, поклонился с верою мощам святых преподобных Печерских и уехал домой совершенно здоровым и бодрым. б) Уроженец Каменец-Подольской губернии Матфей Васильевич Кочержинский10 о явлении во сне блаженного Феофила рассказывал так: "В 1886 году я поступил в М-ский монастырь. В то время я был еще молодым юношей и в сердце таил сильное рвение к иноческим подвигам и трудам, но без влияния опытного руководителя-старца трудно мне было достигнуть желаемого совершенства. Сильно скорбел я об этом духом, уносясь мыслью к временам древнего пустынножительства, где у каждого новоначального инока был свой опытный старец-наставник и, усердно помолясь Богу, решил предаться на волю Божию, и Господь вразумил меня. В одну прекрасную ночь, когда я спал в келье безмятежно-глубоким сном, является ко мне старый высокий схимонах, с клюшкой в руках и, подойдя к постели, говорит: "Это так, Матфей, ты свои блудные страсти побеждаешь? Это ты так Христовым воином собираешься быть? Так свое спасение начинаешь? Нет, не так надо, не так!.. А вот как!" И с этими словами ухватил с меня одеяло да на пол, потом подушку из-под головы, простыню и т. д. Я проснулся в страхе и волнении. По лбу струились капли горячего пота.
Ноги и руки дрожали. Сердце трепетало и билось. "Боже мой, кто это? Где я?" думал я, ограждаясь крестным знамением. И дождавшись утра, раздал свою постель нуждающимся, а сам решил от сего дня спать на голых досках, подкладывая под голову маленький войлочный треугольник. Прошло некоторое время. Грозный старец не выходил из моей памяти. Хожу ли, работаю ли обличение его тяготит мою душу. Полюбил меня один из наших иноков, монах-свечарь Павел и раз встречает да и говорит: "Приходи ко мне чай пить". Я пришел. Уселся, разговариваю. Вдруг взгляд мой, блуждая по стене, остановился на портрете одного старца и, присмотревшись к нему, я остолбенел: "Это он! зашептали мои уста. Да, он! Это тот самый старец, что являлся ко мне во сне... Кто же он, кто такой?" Хозяин кельи, видя мое нескрываемое любопытство, поспешил разъяснить мое недоумение, и через минуту я жадными, благодарными устами целовал дорогой для меня портрет. Там был изображен блаженный Феофил. Вскоре я заказал переснять с портрета копию, которая и висит у меня в моей спальне, над постелью, и будет висеть до скончания моей жизни как явный, наглядный обличитель человеческих прихотей и страстей и постоянный свидетель того, что немногое нужно человеку на земле, едино бо есть на потребу".
Блажен тот странник жизни скоротечной,
Чья жизнь, как сердце детское, чиста,
Кто до границ загробной жизни вечной
Не возроптал под тяжестью креста.
Кто ближнему слуга был неизменный,
Чьи теплые мольбы, как фимиам,
Как дым от жертвы Авеля смиренной,
Неслись струей душистой к небесам...
Ничтожный сын земли непостоянной,
Не осквернив души своей грехом,
На брачном пиршестве, как гость желанный,
Воссядет он с Предвечным Женихом....
[1] Обретение этой иконы случилось в 40-х годах прошлого столетия при следующих обстоятельствах: прибыла в Лавру больная крестьянка Воронежской губернии N и заявила, чти во сне явилась ей Божия Матерь и приказала идти в Лавру и отыскать - Ченстоховскую" икону Е e , находящуюся в забвении, в братской хлебне. "Если отслужишь молебен перед Ней - то будешь здорова", - сказала Царица Небесная и стала невидима. По настоятельной просьбе женщины лаврскими иноками был произведен тщательный розыск, и действительно, в числе старых вещей, хранившихся в кладовой, найдено было свернутое в трубку полотно с изображением Ченстоховской иконы Божией Матери. Больная тотчас отслужила перед иконой молебен и ушла домой совершенно здоровой. С тех пор икона с честью была водружена на стене, и многие исцеления от недугов стали получать с верою притекающие к ней. Отрок слободы Котельвы, Харьковской губернии, Георгий Кривуша, пять лет страдал мучительным ревматизмом. Отец его Григорий дал клятвенное обещание устроить на икону дорогу ризу, если дитя его выздоровеет. Дитя выздоровело, и благодарный отец заказал в Москве в 1887 году для икона дорогую серебряную ризу, которая и поныне служит для всех наглядным свидетельством совершившегося чуда. Дорогой же вызолоченный резной киот, в котором красуется эта икона, сооружен усердием покойного келаря архимандрита Левкия и монаха Амфилохия.
[2] Окончил курс Тверской духовной Семинарии. Странствовал более пятидесяти лет. Перед смертью приобщался в городе Рыбинске, в любимом им Софийском женском монастыре. Затем, больной, в сопровождении духовника уехал в Москву. Там остановился у незнакомых людей. Хозяйка этого дома, обеспокоенная его болезненным состоянием, боялась, чтобы не случилось с ним несчастья, но Иван Иванович ей сказал: "Не смущайся, матушка, за то у тебя Ангелы будут пребывать шесть недель в доме, а за мною приедет из Бежецка Феодор Феодорович (знакомый купец)". После этого больной, несмотря на крайнюю слабость, пошел ко всенощной, откуда его привели в бесчувствии. Проснувшись в семь часов утра на постели, больной спросил: "К какой обедне благовестят?" Ему ответили: "К ранней: полежите до поздней, мы вас разбудим". Больной вторично заснул, побольше уже не просыпался. Извещенный о смерти старца купец Феодор Феодорович приехал в Москву и перевез тело в Бежецк, где и похоронил его на городском кладбище.
[3] Заслуженная сестра милосердия и участница Турецкой кампании 1877-1878 гг. Александра Григорьевна Черникова, любезно сообщившая мне некоторую часть помещенных в этой книге рассказов.
[4] Благодарности.
[5] Крест над могилой старца был поставлен тотчас после кончины его усердием киевского купца N , а надгробная плита с надписью положена в 1886 году начальником Китаевской пустыни Виталием на средства, пожертвованные для этого игуменьей Нежинского монастыря N
[6] По мужу - Новичкова.
[7] После смерти блаженного старца осталось деньгами двадцать пять рублей, которые были найдены завернутыми в пакете с надписью: "Сестре Аннушке на мантейку". Из числа же икон - образ св. великомученицы Параскевы был передан старцем незадолго до своей кончины монахине Киево-Флоровского монастыря Вере Голубевой. Украсив эту икону дорогим киотом и ризою, Вера Голубева принесла ее в дар церкви скита пустынного Николая. Там ли в настоящее время хранится эта икона, не знаю.
[8] Переложение с надгробной песни: "Зряще мя безгласна", которую любил петь покойный митрополит Филарет.
[9] См. кн. того же автора: Рясофорный монах Досифей, затворник К.-П. Лавры и первый руководитель - наставник преподобного Серафима Саровского, 1906. Изд. К.-П. Лавры.
[10] Архимандрит, настоятель одного из первоклассных монастырей Киевской епархии.