Страница 11 из 26
Разве не знаем мы многих наших верующих, ходящих путем Божиим, вовсе не сравнимых по природным способностям не только с некоторыми еретиками, но даже и с комедийными актерами? Точно так же, разве не видим мы некоторых людей обоего пола живущими в супружеской чистоте без всякого упрека, и, однако, при этом являющихся еретиками или язычниками, или же столь прохладными в истинной вере и истинной Церкви, что мы удивляемся обратившимся внезапно блудницам и актерам, которые превосходят их не только в терпении и воздержании, но и в вере, надежде и любви? Тогда остается, что избираются движения воли. Но сама воля, если не случится чего-нибудь, что восхитит и побудит дух, никоим образом не может никуда подвигнуться; а чтобы случилось нечто такое — это не в человеческой власти. Чего хотел Савл, как не разыскивать, тащить, связывать, убивать христиан? Что за яростная воля, что за безумная, что за слепая! Однако он, будучи одним возгласом повергнут на землю, поскольку даровано было ему такое видение, которым ум его и воля были отвращены от упорной жестокости и направлены к вере, внезапно сделался из удивительного преследователя Евангелия его удивительным проповедником (Ср. Деян.8:3; 9:1). Однако что скажем? Неужели неправда у Бога, требующего долг с кого угодно Ему, а кому угодно прощающего? У Того, Кто никогда не требует недолжного и никогда не дает ненадлежащего?
«Неужели неправда у Бога? Да не будет!» (Рим 9:14) Но почему одному так, а другому — не так? «А ты кто, человек?» (Рим 9:20) Если не отдаешь долг — тебе есть за что благодарить; если отдаешь — не на что жаловаться. Станем просто верить, если не можем постичь, что Создавший и Устроивший все творение — и духовное, и телесное, — все расположил числом, весом и мерой (Ср. Прем.11:21). Но неисповедимы суды Его и непостижимы пути Его (Ср. Рим 11:33). Скажем: «Аллилуйя» и вознесем песнь; не станем говорить: «Почему это?» или: «Что это?» Ибо все создано для своего времени (Ср. Сир 39:14-33).
Книга вторая. (В которой разбираются прочие пять или шесть вопросов, предложенных из книги Царств)
Предисловие
Довольно уже, как кажется, ответил я на предложенное из апостола. Теперь начну другую часть, посвященную тому, что подыскал ты из Книг Царств, которые, как многие и едва ли не все Ветхие Книги, образны и окутаны покровом тайн. И хотя с того времени, как мы переходим ко Христу, покров удаляется (Ср. 2Кор 3:16); однако ныне мы видим в загадке, а тогда [увидим] лицом к лицу. Ибо покров целиком преграждает обзор, а загадка [дает видеть] как бы сквозь стекло, по слову того же апостола: «Ныне мы видим сквозь стекло и в загадке» (1Кор.13:12); она и не обнаруживает очевиднейший вид, но и не целиком скрывает истину. Итак, приступим мы и к этому, под водительством Господним, скорее поддерживаемые твоими молитвами, чем отягощаемые повелениями, потому в особенности [охотно], что, как понял я из письма твоего, не о значении всего этого как пророчества вопрошаешь ты. Ведь [если это было бы так], то поистине тяжко было бы мне подчиниться тебе, поскольку пришлось бы вести речь обо всей внутренней связи и последовательности этих книг, так что если бы и был рассудок готов к этому, помешало бы сознание грандиозности предприятия, которое требует от приступающего к нему большего свободного времени, [чем есть у меня]. Но теперь соизволь узнать и открыть в моих писаниях, насколько я уразумел, собственное значение тех исторических деяний, которые обозначены в упомянутых тобою словах.
Вопрос 1.
Дух Божий по-разному воздействует на пророков (§ 1)
1. Прежде всего [обращусь] я к тому, что повелел ты мне объяснить из первой книги Царств, [а именно], в каком смысле сказано: «И вошел Дух Господень в Саула» (1Цар.10:10), если в другом месте [Писание] говорит: «И злой дух Господень в Сауле» (Ср.1Цар.16:14). А написано здесь так: «И вот, когда он повернулся, чтобы идти от Самуила, изменил Бог в Сауле сердце в иное, и сбылись все знамения в тот день. И пришел оттуда к холму, и вот, навстречу ему хор пророков, и вошел в него Дух Божий, и он пророчествовал среди них» (1Цар.10:9-10). Все это предсказал ему Самуил, когда по велению [Божию] помазал его. И, как полагаю я, это не содержит в себе никакого вопроса. Ибо «Дух дышит, где хочет» (ИнЗ:8), и пророческий Дух не может быть запятнан соприкосновением с какой-либо душой, поскольку Он всюду проникает в своей чистоте (Ср. Прем.7:24). Однако не на всех Он действует одинаково; но на одних — осведомляя дух самих этих людей и показывая образы вещей, на других — используя ум и даруя познание, еще на иных — во вдохновении [затрагивая] и то и другое, а еще на кого-то — даже при их неведении. А осведомляет [пророческий Дух] дух [человека] двумя способами: или во сне, и подобным образом не только многие святые, но и фараон, и царь Навуходоносор видели то, что никто из них не был в состоянии понять, однако оба они могли видеть (Ср.
Быт 41; Дан.2-4); или при помощи указания в исступлении, которое некоторые латинские авторы именуют оцепенением, — вряд ли в собственном смысле, но скорее в переносном, когда происходит отчуждение ума от телесных чувств, так что дух человека, объятый Божественным Духом, лишается подлежащих восприятию и созерцанию образов, — так Даниилу показано было то, чего он не понимал, и Петру — сосуд, спущенный с неба на четырех веревках (Ср. Деян.10:11), ведь и он лишь позже узнал, что означало это явление. А используя ум для [дарования] познания, [пророческий Дух воздействует] одним способом, [а именно] когда открывается значение и смысл того самого, что показывается в образах; и это — пророчество в более точном смысле этого слова, поскольку прежде всего это апостол называет пророчеством (Ср. 1Кор.13:2); так Иосиф удостоился понять то, что фараон — лишь увидеть, и Даниил объяснил царю то, что тот воспринял и не понял. Когда же ум находится под воздействием [Духа] таким образом, что не образы вещей постигает в предположительном исследовании, но вглядывается в сами вещи, — а так постигаются премудрость, справедливость и все неизменные Божественные идеи, — это не относится к пророчеству, о котором ныне ведем мы речь.
А оба пророческих дара уделяются тем, кто и образы вещей созерцает в Духе, и тотчас понимает их смысл или осведомляется [об этом] в самом видении при помощи ясных речений, — так объясняется нечто в Откровении. А на незнающих пророческий Дух воздействует так, как на Каияфу, когда он, будучи первосвященником, произнес пророчество о Господе, что лучше одному умереть за весь народ (Ср. Ин 11:49-50); ведь он о другом заботился в словах, которые говорил, и не знал, что говорил он их не от самого себя. Изобильное число примеров есть в Священных Писаниях, и говорю я о вещах, хорошо известных твоему усердию. Ибо ты не научаешься этому от меня, но, вопрошая, тем самым испытываешь меня, [с одной стороны], желая узнать о моем преуспеянии, [а с другой], готовый исправить заблуждающегося. Тем же словом, которое стоит [в Писании]: «Вошел в него Дух» (1Цар 10:10), обозначается как бы некое внезапное дуновение из сокровенного тайника Божественности. Итак, что надлежит нам думать по поводу того, каким именно из названных выше способов было оказано воздействие на Саула, — это становится вполне ясно из написанного здесь: «изменил Бог в Сауле сердце в иное» (1Цар.10:9). Ведь так здесь обозначается другое расположение сердца, которое Бог посредством изменения сделал способным воспринимать для пророческого прорицания обозначающие и предвещающие нечто образы.
Пророчество как постоянное свойство и временное состояние (§ 2)
2. Однако между пророчеством таких пророков, как Исайя, Иеремия и прочих подобных им, и этим преходящим пророчеством, которое проявилось в Сауле, та же разница, что и между человеческой речью, когда разговаривают люди, и той же самой речью, когда произнесена была она из-за необходимости чуда ослицей, на которой сидел пророк Валаам (Ср. Числ.22:28). Ибо это животное получило такой дар на время, чтобы Бог мог показать, что решил Он, а вовсе не потому, что животные обыкновенно говорят с людьми. И даже если пример этот далеко отстоит вследствие большого различия, куда меньше следует удивляться, что дурному человеку на некоторое время дано было пророчество в качестве преходящего расположения, если дал его Тот, Кто, когда захотел, и ослицу заставил говорить. Ведь куда больше отличается скот от человека, чем дурной человек от избранных, но все же людей. Ибо если скажет кто-либо нечто относящееся к мудрости, не следует тотчас же считать его мудрецом. Точно так же и тот, кто вдруг изрек пророчество, не должен причисляться к пророкам: ведь и Господь в Евангелии говорит, что некоторые с радостью принимают слово, однако не имеют глубины корня и непостоянны (Ср. Мф.13:20-21). И потому, как показывают следующие слова, вошло это в пословицу: «Неужели и Саул во пророках?» (1Цар.