Страница 28 из 56
Это и есть магическое восприятие Таинства. Благодать священства, как и всякая благодать вообще, действует только тогда, когда мы ей со–действуем; сама, «автоматически», она не действует и, будучи так воспринимаема и, следовательно, пренебрегаема, подходом таким оскорбляется, попирается и служит так относящимся к ней людям в суд и осуждение. Необходимы нравственные усилия как пастыря, так и его паствы в раскрытии благодатного действия этого дара Божия.
В самом деле, если человек гордый, глупый, невежественный, невоспитанный — никакая благодать автоматически не превратит его в смиренного, тактичного, просвещенного: он сам должен потрудиться над этим, — а благодать будет помогать, немощное укреплять, недостающее восполнять, но при обязательном условии личной нравственной деятельности. Для этого нужно и духовное руководство, назидание от старших, более опытных, чтобы новорукоположенный пастырь не варился сам в себе, а воспитывался в духе Церкви; немалую пользу может оказать и просто общее нравственное, интеллектуальное и культурное воспитание. Сейчас пастырь не может быть «от сохи»: он должен быть культурным, воспитанным, порядочным человеком. Замечу в скобках, что у нас в Православии приходится часто встречаться с противоположными взглядами: считается почему–то, что как только ты вошел в Церковь, нужно отбросить всю культуру, вежливость, уважение к другим, порядочность, тактичность, деликатность как мирское, грешное, фальшивое и лицемерное и жить только «духовным». Но нельзя построить чердак, не положив фундамента и не выстроив этажей; так же не может быть никакой духовности, если человек не состоялся как просто нравственная личность. Вообще ведь труднее всего быть просто нормальным человеком: это требует больших усилий.
Итак, если пастырь сам не изучит веру Церкви, сам не будет жить по заповедям Христовым, а будет рассчитывать на действие благодати само по себе, то он будет не пастырем, а требоисполнителем, или, другими словами говоря, не священником, а жрецом, совершающим требуемые от него и воспринимаемые магически действия; и, конечно, никого и ничему научить не сможет.
То же можно сказать и о послушании, которое в этой системе взглядов воспринимается как обратная сторона процесса: автоматически действующая «благодать священства», якобы сама по себе, независимо от духовного состояния священника наставляющая человека, что ему делать, а чего не делать, воспринимается автоматически же действующим слепым нерассуждающим послушанием, при котором излишни нравственные усилия человека, а результат гарантирован в силу самого факта послушания.
Типичный пример магического подхода к духовной жизни! Считают так: «Пусть батюшка не разумеет тот или иной вопрос, но за мое послушание Бог откроет ему; и если я без рассуждения поверю ему, то независимо ни от чего мне благодать сделает то, что надо». Но Господь не сказал: если есть двое слепых, но второй верит, что первый не слепой, то первый упадет в яму, а второй за эту веру не упадет. Нет, Господь сказал: если слепой ведет слепого, оба упадут в яму (см. Лк. 6:39). Вера в истину спасает, говорит свт. Игнатий, а вера в ложь, принимаемая автоматически, в силу просто факта веры, тоже есть ложь, и губит. В Церкви нет ничего слепого и автоматического. Послушание, в частности, естественно рождается из устроения Церкви. Слушать мы должны Христа — послушание Ему только и может быть абсолютным; слушать мы должны Церковь в лице пастырей (но опять же — Церковь, а не то, что тот или иной пастырь от невежества или от страстей и немощей своих считает Церковью); но ни Христос, ни Церковь Его никак не требуют от нас ничего нерассуждающего, автоматического и слепого.
Послушание есть добродетель в некотором смысле производная, оно вытекает из любви и уважения к священнику, разумеется взаимному, и является естественным выражением того, что старшие в Церкви помогают младшим, заботятся о них, несут их на себе, образно говоря. Свт. Игнатий много писал о правильном прохождении добродетели послушания — что все духовные советы нужно принимать с рассуждением, поверяя их Священным Писанием и учением Святых Отцов. Нельзя путать послушание и церковную дисциплину. Часто эти понятия смешивают, и тогда происходит подмена: вместо послушания Церкви — рабство у человека.
Причинами магически–автоматического подхода к действию благодати священства и послушания являются, с одной стороны, нежелание нравственно трудиться и даже неосознание необходимости этого, т. е. неправильное понятие о христианстве и пути спасения; с другой — безответственность, боязнь христианской свободы, желание переложить ответственность за свою жизнь на плечи другого, нежелание свободно и сознательно строить свою духовную жизнь.
И здесь опять необходимо напомнить, что наша духовная христианская церковная жизнь есть синергия, сотворчество Бога и человека, сотворчество людей в Церкви, старших и младших, каждый в своем чину, на своем месте, и все это — во Христе, в Духе Святом, для созидания тела Церкви в любви, для спасения и жизни вечной. И в этой благодатной реальности нет и не может быть насилия, господствования одних над другими, подавления личности, превозношения и чванства и всяческой несвободы, выражаемой в том числе в магическом и автоматическом восприятии пастырского служения.
Итак, как же в свете всего вышесказанного должны строиться отношения человека и духовника, паствы и пастыря? Сначала, когда человек только входит в Церковь, ему желательно найти духовника, пастыря, с которым он сможет обговаривать всю свою жизнь, вплоть до мелочей. (Сразу скажу, что я обозначаю идеальное положение вещей: в жизни такого почти не бывает, приходится довольствоваться малым, частным, восполняя недостаточность духовничества, почти повсеместную, духовными книгами, которые тоже еще нужно правильно подобрать.) Это нужно для того, чтобы человек правильно воцерковился, чтобы не заблудился в дебрях псевдоцерковности.
Этот процесс совершенно подобен воспитанию малого дитяти: его нужно научить ходить, разговаривать, читать, писать, жить в обществе… Так же и новоначальный христианин должен быть научен, как молиться, как исполнять церковный чин, что и как читать, как строить жизнь по началам благочестия, и т. д. А то начитается человек книжек, и давай поститься: не спать, не есть и проч. Тут и нужно его предостеречь: не перегни палку! Не увлекайся внешним! Ищи свой путь, соразмеряй силы, определи свою меру поста, молитвы, церковной жизни. Духовник здесь должен быть заботливым опекуном, воспитателем, педагогом, имея целью, чтобы сегодняшний новоначальный развился в сознательного христианина, приобщенного духовной жизни Церкви, ответственного и самостоятельного. Дух этого опекунства — уважение и любовь пастыря к новоначальному, раскрытие христианства и Церкви не как схемы, а для него лично, применяясь к устроению его; со стороны же новоначального — доверие и послушание.
Ап. Иоанн пишет: вы имеете помазание от Святого, и знаете всё… Помазание, которые вы получили от Него (Христа), в вас пребывает, и вы не имеете нужды, чтобы кто учил вас; но как самое сие помазание учит вас всему, и оно истинно и неложно, то, чему оно научило вас, в том пребывайте (1 Ин. 2:20 — 27). Помазание, о котором здесь речь, есть дар Духа Святого, тот залог, который мы получаем в Таинстве Миропомазания; и как раз задача новоначалия — с помощью опытного пастыря раскрыть в себе действие этого благодатного дара, найти незаблудный, узкий и тесный путь правильной христианской жизни.
Цель новоначалия, говоря словами ап. Павла, — чувства, которые навыком приучены к различению добра и зла (Евр. 5:14); и на этот период отношения пастыря и новоначального суть отношения ученика и его учителя — напомню, учителя во Христе, учителя воцерковления. (Опять повторю, что речь идет об идеале; в жизни этот процесс большей частью ложится на плечи самого новоначального. Жатвы много, делателей мало, как говорит Господь.)
Когда этот период кончается, то отношения с пастырем меняются, не по существу, конечно, но по форме: они становятся отношениями совета, взаимного шествия по пути христианской жизни, взаимного, как бы уже на равных, доверия, уважения, сотрудничества.
Здесь нужно избегать двух ошибок: 1) когда новоначальнические отношения излишне затягиваются. Это — некое рабство человека у пастыря, рабство добровольное, вызванное нежеланием жить ответственно самому. Нелепо, когда после 15 лет духовных отношений человек караулит священника, чтобы спросить его, можно ли ему завтра поехать на дачу или сократить в случае усталости правило. Не делайтесь рабами человеков (1 Кор. 7:23), напоминает нам ап. Павел; 2) когда, по окончании новоначалия, отношения становятся потребительскими, фамильярными. Мы вообще должны стараться избегать всякой наглости и потребительства в отношениях с людьми, а особенно с нашими пастырями, которым мы обязаны рождением в жизнь вечную. Отношения эти должны стать хотя и более взрослыми, более «на равных», сотрудническими, лишенными уже элемента опеки, но всегда почтительными — все же мы остаемся младшими и обязанными воздавать священнику должные честь и почет, — ради благодати Христовой, которую он носит, и ради личного достоинства нашего духовника как христианина и пастыря.