Страница 77 из 114
7. Впрочем, если мы будем внимательны, то все это, появившееся в жизни за грехи наших прародителей, нисколько не сможет повредить нам, а останется одним только названием. Так, первый человек за преступление подвергся осуждению смерти и положил начало жизни в печалях и трудах, а Хам ввел рабство. Но пришедший (на землю) Господь Христос сделал, что все это будет только одним названием, если мы захотим того. В самом деле, и теперь уже смерть не смерть, но только носит название смерти, а лучше сказать, и самое название ея уничтожено: мы уже не называем ее и смертию, но успокоением и сном. Так сам Христос сказал: Лазарь друг наш успе (Иоан. XI, 11); и Павел в послании к Солунянам говорит: не хощу вас, братие, неведети о умерших (об усопших Сол. IV, 13). Подобным образом и рабство теперь одно имя: раб тот, кто делает грех. А что Христос, пришедши на землю, уничтожил и это (рабство) и оставил одно только имя его, или - лучше сказать - уничтожил и самое имя, Об этом послушай Павла, который говорит: имущии же верных господий, да не нерадят о них, понеже братия суть (1 Тим. VI, 2). Видишь, как добродетель лишь только явилась, то и привела в братское сродство тех, которые дотоле связаны были именем рабства. И будет, сказано, Ханаан отрок раб братиям своим.
Ты не воспользовался, говорит, по надлежащему честию, не вынес счастия - быть равным по достоинству (с братьями), - потому хочу, чтобы ты вразумился подчинением. Тоже случилось и в начале с женою. И она имела равную честь с мужем, но так как не хорошо воспользовалась дарованною ей честию, то и лишилась власти и услышала: к мужу твоему обращение твое, и той тобою обладати будет (Быт. III, 16). Ты не умела, говорит, хорошо пользоваться властию, так научись лучше хорошо повиноваться, нежели худо управлять. Подобным образом и Хам теперь подвергается осуждению для своего вразумления, и терпит наказание в своем сыне, дабы известно было тебе, что, если сам он был уже и стар, за то наказание перейдет на его сына; а это сделало жизнь его скорбною и мучительною, от мысли, что, и после его смерти, сын его должен нести наказание за его проступок. Впрочем, и сын его был сам по себе порочен, и все потомки его были развращенны и уклонились к нечестию; об этом послушай, что говорит Писание с проклятием: отец твой Аморреанин, и мати твоя Хеттеяныня (Иезек. XVI, 3); и в другом месте с укоризною: племя Ханаане, а не Иудино (Дан. XIII, 56). Но узнав, какому наказанию подвергся открывший наготу отца, надобно уже выслушать и то, каких наград удостаиваются оказавшие такое уважение и почтение к отцу. И рече, сказано, (Ной): благословен Господь Бог Симов: и будет Ханаан отрок его (ст. 26).
Это, может быть, скажет кто, не значит благословить Сима. Напротив, здесь Ной преподал ему самое высокое благословение. В самом деле, когда Бог прославляется и благославляется людьми, тогда Он, обыкновенно, подает обильнейшее благословение Свое тем, ради которых Сам благословляется. Поэтому Ной, благословивши Бога, как бы обязал Его к большему благословению и приобрел Симу большее воздаяние, нежели когда бы он сам от себя благословил его. Как в том случае, когда Бог за нас благословляется, Он удостоивает нас великаго Своего благословения, так, напротив, когда другие из-за нас хулят Его, тогда мы подвергаемся тем большему осуждению за то, что подали повод к этому. Постараемся же, прошу, жить так и являть такое преспеяние в добродетели, чтобы взирающие на нас возносили к Господу Богу песни благословения. Он, благой и человеколюбивый, желает прославляться чрез нас, не потому, чтобы Сам получал от того какое-либо приращение собственной славы, - Он не имеет ни в чем недостатка, - но для того, чтобы мы подавали Ему случай удостаивать нас больших милостей. Благословен Господь Бог Симов, и будет Ханаан отрок ему. Видишь, как он (Ной) налагает (на Хама) отеческое наказание, которое скорее есть вразумление, нежели наказание? Он был ведь отец, и отец чадолюбивый; и хотел не столько наложить достойное наказание, сколько пресечь дальнейшее распространение зла.
Для того, говорит, я осуждаю тебя на рабство, чтобы ты имел постоянное и неизгладимое напоминание (о своем грехе). Далее говорит: Да распространит Бог Иафета, и да вселится в селениих Симовых, и да будет Ханаан отрок его (ст. 27). И это опять есть величайшее благословение, в котором, может быть, заключается некоторое прикровенное сокровище. Да распространит, говорит, Бог Иафета. Не ошибется, кто скажет, что благословения этого праведника суть пророчество. В самом деле, если отец его дал ему такое имя (Ноя), не без цели и не напрасно, но чтобы этим именем предвозвестить будущий потоп, то тем более сам этот праведник не без цели и не напрасно изрек свои благословения. Посредством этих благословений, изреченных Симу и Иафету, он, кажется мне, предвозвестил призвание двух народов, именно: чрез Сима - Иудеев, так как от него произошел патриарх Авраам и народ Иудейский, а чрез Иафета - призвание язычников. Так, вот какое предсказание заключается в этом благословении: да распространит Бог Иафета, и да вселится в селениях Симовых. Это и в самом деле, как мы видим, исполнилось над язычниками. Словом: да распространит он указал на всех язычников, а словами: да вселится в селениях Симовых (дал разуметь), что язычники воспользовались всем, что было предназначено и уготовано для Иудеев. И да будет Ханаан отрок его.
8. Видишь, какия награды получили Сим и Иафет за свою скромность, и какое безчестие навлек на себя Хам своею дерзостию. Будем же постоянно содержать это в нашем уме, чтобы могли мы быть подражателями и ревнителями первых и избегать злой воли и крайней дерзости последняго. Поживе же, сказано. Ное по потопе лет триста пятдесят: и быша вси дние Ноевы, лет девятьсот пятдесят, и умре (ст. 28 и 29). Не подумай, будто божественное Писание заметило это без цели, но и отсюда усматривай воздержание праведника, как он, хотя и наслаждался спокойствием и изобилием, и прожил еще столько лет по выходе из ковчега, однакож во все это время воздерживался от деторождения. Писание не упоминает, чтобы он имел еще других детей, кроме этих троих. Из этого опять заключай о великом невоздержании Хама, который не вразумлялся и примером отца, показавшаго такое воздержание, но поступал во всем противно отцу. Потому и справедливо все потомство его осуждалось на рабство, чтобы этим обуздывались его злыя наклонности. Затем божественное Писание повествует о детях сыновей (Ноевых), и говорит: Хам же родил Хуса; далее: Хус же роди Неврода: сей начат быти исполин на земли: сей бе исполин ловец пред Господем (Быт. X, 6, 8). Некоторые говорят, что слова: пред Господем, значат - против Господа, но я не думаю, чтобы божественное Писание хотело выразить это, но - то, что Неврод был человек сильный и мужественный.
Выражение пред Господом Богом может еще означать или то, что этот человек был воздвигнут Богом, от Него получил благословение, или то, что чрез него должен был прославляться Бог, произведший и явивший на земле такого мужа. Но и этот человек, подражая своему прародителю и не по надлежащему воспользовавшись естественными преимуществами, изобрел другой род рабства и сам замыслил сделаться начальником и властителем; а таким он не был бы, если бы не было подвластных. Впрочем, это состояние подчиненных кажется мне скорее свободою. А вот самое тяжкое рабство, когда хвалящиеся свободою раболепствуют! Смотри еще, что делает любостяжание; смотри, как телесная сила не остается в собственных пределах, но всегда гонится за большим и ищет славы. (Неврод) подчинил себе людей не для того, чтобы заботиться о их безопасности; нет, он строил еще и города для того, чтобы господствовать над врагами. Оттуда, от земли тоя, сказано, изыде Ассур и созда Ниневию (ст. 11). Заметь здесь, между прочим, что нечестие предков не разстроивает вовсе нашу природу. Вот эти ниневитяне, которые своим покаянием заслужили милосердие Божие и отклонили (произнесенный на них) приговор Господа, имели прародителем сперва Хама, этого оскорбителя своего отца, а потом Неврода, человека жестокаго и гордаго, от котораго произошел Ассур.