Страница 74 из 114
Видишь, возлюбленный, что каждое обстоятельство, описанное в божественном Писании, предано памяти не для чего другого, как только для нашей пользы и для спасения рода человеческаго? Помышляя об этом, каждый из нас пусть извлекает оттуда приличное для себя врачество. Вот почему оно и предлагается всем безпрепятственно, и всякий желающий может извлекать из него свойственное удручающей его страсти врачество и получать скорое исцеление, только бы не отвергал целительнаго врачества, но принимал с признательностию. Действительно, из всех недугов, обременяющих человеческую природу, нет ни одного - ни душевнаго, ни телеснаго, который не мог бы получить врачества из Писания. Так, наприм., приходит ли кто сюда удручаемый печальными обстоятельствами житейскими, от которых он предается унынию? Пришедши и тотчас услышав слова пророка: вскую прискорбна еси душе моя: и вскую смущаеши мя; уповай на Бога, яко исповемся Ему, спасение лица моего, и Бог мой (Псал. XLI, 6, 7) - он получает достаточное утешение, и уходит отсюда, совершенно свободный от уныния. Другой скорбит и печалится, будучи обременяем крайнею бедностию и видя как другие окружены богатством, пышностию и великолепием; но и он слышит опять слова того же пророка: возверзи на Господа печаль твою, и той тя препитает (Псал.
LIV, 23), и еще: не убойся, егда разбогатеет человек, или егда умножится слава дому его: яко внегда умрети ему, не возмет вся (Псал. XLVIII, 17, 18). Иной унывает, претерпевая от других оскорбления и клеветы, и считает, жизнь свою невыносимою, потому что не может ни откуда получить человеческой помощи; но и этот научается тем же блаженным пророком не прибегать в подобных обстоятельствах к человеческой помощи, слыша слова его: они оболгаху мя, аз же моляхся (Псал. CVIII, 4).
Видишь, где он ищет помощи? Другие, говорит, строят козни, клеветы и наветы; а я прибегаю к несокрушимой стене, к благонадежному якорю, к безмятежной пристани, - к молитве, посредством которой все трудное для меня делается легким и удобным. Иной опять терпит пренебрежение и презрение от тех, которые прежде угождали ему, оставляется друзьями, и это крайне огорчает и возмущает душу его; но и он, если захочет придти сюда, услышит слова того же блаженнаго (Давида): друзи мои и искрении мои прямо мне приближишася и сташа, и ближнии мои отдалече сташа, и нуждахуся ищущии душу мою, и ищущии злая мне, глаголаху суетная и льстивным весь день поучахуся (Псал. XXXVIII, 12, 13). Видишь ли, враги Давида простирали козни свои до самой смерти и объявили ему непрерывную войну, - слова: весь день, означают тоже, что во всю жизнь. Что же делал Давид, когда они строили такия козни против него? Аз же, говорит он, яко глух не слышах, и яко нем, не отверзаяй уст своих: и бых яко человек не слышах, и не имый во устех своих обличения (ст. 14 и 15). Видишь великую силу любомудрия, как он побеждал (врагов) противными средствами? Враги строили козни, а он заграждал и слух свой, чтобы вовсе и не слышать; те ни на минуту не переставали и изощрять язык и говорить напраслину и лесть, а он молчанием укрощал их неистовство. Почему же он так вел себя?
Почему в то время, когда враги столько ухитрялись против него, он поступал так, как будто бы был глух и безгласен, не имел ни слуха, ни языка? Послушай, какую он сам представляет причину такого любомудрия своего: яко на тя, Господи, уповах (ст. 26). Так как я, говорит, на Тебя возложил всю свою надежду, то нисколько не забочусь о том, что делают эти (враги). Твоя сила может разсеять все, уничтожить все их козни и хитрости, и не попустить замыслам их придти в исполнение.
2. Видите, как можно здесь (в Писании) получить врачество, соответственное каждому несчастию, постигающему человеческую природу, отринуть всякую скорбь житейскую и не сокрушаться ни от каких обстоятельств? Поэтому, прошу вас, чаще приходите сюда, внимательно слушайте чтение божественнаго Писания, и не только когда бываете здесь, но и дома берите в руки священныя книги и с усердием извлекайте из них пользу для себя. Велика действительно польза, которая от них происходит: во-первых, от чтения их образуется язык; потом, и душа окрыляется и делается возвышенною, будучи озаряема светом Солнца правды, освобождаясь в это самое время (чтения) от нечистоты порочных помыслов, и наслаждаясь великим миром и спокойствием. Что телесная пища для поддержания наших сил, то же - и чтение (Писания) для души. Оно есть духовная пища, которая укрепляет ум и делает душу сильною, твердою и мудрою, не позволяя ей увлекаться неразумными страстями, напротив еще облегчая полет ея и вознося ее, так сказать, на самое небо. Не будем же, прошу, нерадеть о такой пользе, но станем и дома заниматься внимательным чтением божественнаго Писания и пришедши сюда (в церковь), не тратить время на пустые и безполезные разговоры, но для чего пришли, на то и обращать все наше внимание и слушать читаемое, чтобы выйти отсюда с каким-нибудь приобретением.
А таково духовное учение, что оно предлагается всем вообще и без всякаго различия, разве только кто превзойдет ближняго напряженною внимательностию и пламенным усердием. Итак, если такова польза от предлагаемаго здесь учения, то изъясним сегодняшнее чтение, и извлекши из него пользу, возвратимся таким образом домой.
И начат, говорит Писание, Ное человек делатель быти земли, и насади виноград: и испи от вина, и упися (Быт. X, 20, 21). Смотри, какую пользу может доставить нам самое начало этого чтения. В самом деле, когда услышим, что муж праведный, совершенный, получивший небесное о себе свидетельство, испил вина и упился, то как же мы, погрязнувшие в столь многих и различных грехах, не постараемся со всем усилием избегать гибельнаго пьянства? Ведь неодинакова вина в том, что этот праведник подвергся этому пороку, и что мы впадаем в него же. Есть много обстоятельств, которыя делают его (праведника) достойным извинения. Говорю это, впрочем, не в защиту пьянства, но для объяснения, что праведник согрешил не по невоздержанию, но по неведению. И что он не вдруг дошел до употребления вина, слушай, как само Писание говорит об этом и защищает его следующими словами: и начат Ное человек делатель быти земли, и насади виноград: и испи от вина, и упися. Это самое выражение, начат, уже показывает, что он положил начало употреблению вина, и подвергся опьянению по совершенному неведению и по незнанию меры употребления вина. Кроме того, (можно сказать) и то, что он, чувствуя великую скорбь, хотел получить от того утешение, как говорит и премудрый: дадите сикера сущим в печалех, и вино в болезнех (Притч.
XXXI, 6), показывая этим, что ничто не может быть столь полезным врачеством против печали, как употребление вина, только бы неумеренность не уничтожала происходящей от него пользы. А что этот праведник находился в печали и унынии, видя себя в такой пустыне и имея пред своими глазами поверженные трупы и людей, и скотов, и зверей, и землю, соделавшуюся общим для всех гробом, - кто будет спорить против этого? Пророкам и всем праведникам свойственно скорбеть не только о близких к ним, но и о прочих людях. Кто захочет припомнить, тот найдет, что все они оказывали такое сострадание. Так он услышит, что Исаия говорит: Не належите утешати мя о сокрушении дщере рода моего (Ис. XXII, 4); Иеремия: кто даст главе моей воду и очесем моим источник слез (Иер. IX, 1); Иезекииль: о люте мне, Господи, еда потребляеши ты останки Израилевы (Иез. IX, 8); что Даниил плачет и говорит: ничтожными сделал нас у всех народов; Амос: раскайся о сем Господи (Ам. VII, 3); Аввакум: вcкую мне показал сей труды и болезни, и в другом месте: и сотвориши человеки, яко рыбы морския (Авв. I, 3, 14); он услышит также, что и самый блаженный Моисей говорит: аще убо оставиши им грех, остави, аще же ни, изглади и мя (Исх. XXXII, 32); он же, когда Бог обещал сделать его властителем многочисленнейшаго народа и сказал: остави мя, и потреблю этих людей и сотворю тя в язык велик (ст.
10), не согласился и на это, но захотел лучше остаться вождем евреев. И учитель вселенной, блаженный Павел, говорит: молихбыхся сам аз отлучен быти от Христа по братии моей, сродницах моих по плоти (Римл. IX, 3).
3. Видите, как каждый из праведников показывал великое сострадание к ближним? Представьте же себе положение этого праведника (Ноя), и судите, сколько он должен был страдать и удручаться скорбию, смотря на такую безмерную пустыню, видя, как та самая земля, которая прежде покрыта была столь многими растениями и украшалась цветами, вдруг была как бы острижена и сделалась обнаженною и пустынною. Итак, когда его обременяла великая скорбь, он, желая доставить себе хотя малое утешение, обращается к земледелию, как и говорит Писание: и начат Ное человек делатель быти земли, и насади виноград.