Страница 107 из 114
Господь, конечно, Сам ясно провидел добродетель Своего раба, благообразие его души, и вполне знал цену этому маргариту; но хотел явить его всем его современникам, чтобы и в последующие роды добродетель праведника привлекала желающих к ревности и подражанию ему. Потому-то Бог постепенно раскрывает богатство души праведника, для того, чтобы и мы научились никогда потерять веры в обетования Божия, и не унывать в случае медленности (их исполнения)
Как Господь и Создатель естества, Он может даровать нам и то, что выше естества. Итак, смотря на свои немощи, не будем испытывать дел Божиих, и не будем колебаться в мыслях, разсматривая естественный порядок (вещей); но как благоразумные рабы, зная безпредельное всемогущество нашего Господа, будем веровать Его обетованиям, возвысимся над естественною нашею немощию, чтобы и обещанное получить, и Его благоволением насладиться, и всеми силами будем оказывать Ему подобающее почитание. В том-то и состоит истинное с нашей стороны богопочитание, когда мы уповаем на Его всемогущество, хотя бы видимое для плотских очей и казалось противным (Его обетованиям). Что же ты удивляешься, если (я сказал, что) самое великое богопочитание в том именно состоит, чтобы не сомневаться (в Его обетованиях)? И подобные нам люди, когда обещают что-нибудь из этих временных и тленных вещей, и мы не сомневаемся, а смело верим их обещанию, считают это за большую для себя честь, т.е. что мы не сомневаемся, а верим их обещаниям. Если же так бывает у людей, которые и изменяются часто, и, по немощам, не всегда могут исполнять свои намерения, то не гораздо ли больше должны мы веровать в обетования Божии, хотя бы и не скоро они исполнились?
Я сказал теперь это не без цели, а для того, чтобы, приступая к началу нынешняго чтения, видеть, как человеколюбивый Бог, желая соделать праотца для всех досточтимым, столько лет медлит (в исполнении своих обетований), и праведник не скорбит, не унывает от замедления, не отчаивается, но питаясь благими надеждами, во всем обнаруживает свою боголюбивую душу. Мы ясно увидим всю добродетель праотца, когда узнаем, сколько прошло между тем времени. Это показывает нам блаженный Моисей, вдохновляемый Святым Духом. Что же он говорит? Когда (Авраам) внял повелению Божию, и, востав, устремился из Харрана в землю ханаанскую, тогда ему было семьдесят пять лет (Быт. XII, 4). И как только вступил он в землю ханаанскую, (Бог) обещал всю эту землю дать ему и семени его, и так размножить (его потомство), что оно будет безчисленно, как песок и звезды. Между тем после этого обетования многое случилось с праведником: удаление, по причине голода, в Египет, похищение Сарры, и вслед затем (открывшееся) промышление (о нем) Божие, потом, по возвращении (из Египта), оскорбление Сарры от царя герарскаго, и немедленное заступление от Бога.
Праведник, видя все эти события после даннаго обетования (Божия), не смущался духом, не испытывал, для чего, получив такия обетования, он каждый день подвергается столь многим и столь великим искушениям, и столько времени остается безчадным; но, как муж благочестивый, не дерзая дела Божии подвергать суду своего немощнаго разума, был спокоен и с утешением принимал все угодное Богу.
2. Спустя девять лет получил (Авраам) Измаила от рабыни, и думал, что на нем-то исполнятся обетования. Бе бо, говорит Писание о праотце, лет осьмидесяти шести, егда роди Исмаила (Быт. XVI, 16). Между тем Бог еще тринадцать лет испытывает терпение праведника, и только тогда исполняет Свое обетование. Он хорошо знал, что, как золото, очищаемое чрез долгое время в горниле, добродетель праведника явится (в искушении) чище и светлее. Когда же, говорится, Аврааму было девяносто девять лет, явился опять ему Бог (Быт. XVII, 1). Для чего Он медлил столько времени? Для того, чтобы мы узнали не только терпение и великую добродетель праведника, но и безпредельное всемогущество Божие. Когда уже изнемогла природа и стала неспособною к деторождению, потому что тело (Авраама) уже увяло и изсохло от старости, - тогда только, открывая вполне всю добродетель праведника, и являя Свою силу, (Бог) исполняет Свои обетования. Необходимо впрочем выслушать самыя слова, сказанныя Богом Аврааму: когда ему было девяносто девять лет, явися ему Бог и рече ему. Когда ты слышишь, что Бог явился, не предполагай тут ничего земного, и не думай, (что можно) видеть телесными глазами божественное и безтелесное естество, но разсуждай обо всем благочестиво.
Явися ему Бог, то есть, его сподобил откровения, и видя его достойным Своего промышления, являет ему особенное снисхождение, и вступает с ним в беседу: Аз есмь Бог твой: благоугождай предо Мною и буди непорочен; и положу завет Мой между Мною и между тобою, и умножу тя зело. И паде Аврам на лицы своем (ст. 1 и 2). Велико благочестие праведника, необычайно и благоволение к нему всеблагаго Бога! Говорит: Аз есмь Бог твой. Как бы так сказал: Аз есмь, до настоящаго времени многоразлично устроявший судьбу твою, Аз есмь, воззвавший тебя из дома твоего и приведший сюда; Аз есмь, поборавший по тебе и возвеличивший тебя над всеми наветниками твоими. И не сказал просто: Аз есмь Бог; но - Аз есмь Бог твой. Примечай великую благость; смотри, как и этим прибавлением выражает Он Свое благоволение к праведнику. Бог всей вселенной, Содетель всяческих, Творец неба и земли, говорит: Аз есмь Бог твой. Великая почесть праведнику! Так обыкновенно говорят и пророки. Как теперь Сам Он, общий всех Господь, позволяет рабу называть Себя Богом своим, и после, как увидим, Он говорит: Аз есмь Бог Авраамов, Исааков, Иаковлев, - так и пророки нередко говорили: Боже, Боже, - не ограничивая собою только господства Его, а показывая свою неизмеримую любовь. Но когда это делают люди, ничего нет удивительнаго; а когда сам Бог так делает в отношении к людям, это необычайно и чудно.
Впрочем не будем удивляться, возлюбленные, а послушаем пророка, который говорит: лучше един день творяй волю Господню нежели тьмы грешников (Сир. XVI, 3), также блаженнаго Павла, который говорит: приидоша в милотех и в козиих кожах лишени, скорбяще, озлоблени, ихже не бе достоин мир (Евр. XI, 37). Таким образом пророк выражает, что один, творящий волю Божию, лучше безчисленнаго множества беззаконных; а блаженный Павел, учитель вселенной, вспомнив о всех праведниках, проводящих свою жизнь в скорбях и во всякой тесноте, говорит: ихже не бе достоин мир. Целому миру он противопоставил этих гонимых и скорбящих, чтобы показать величие добродетели. Потому-то и Содетель всех говорит праотцу: Аз Бог твой; благоугождай предо мною и буди непорочен. Я не презрю подвигов столь великой твоей добродетели, но положу завет Мой между Мною и между тобою, и умножу тя. Не просто (говорит) умножу, но умножу зело, показывая необычайное размножение. Что прежде выразил Он словами: якоже песок и звезды, тоже и теперь означает словом: зело. А признательный и благочестивый раб, видя столь великое снисхождение к себе от Бога и такое попечение Его о своем служителе, изумляясь и помышляя о собственном немощном естестве, о благости Божией и безконечной силе, паде, говорит Писание, на лицы своем, выражая таким образом свою признательность.
Не только не возгордился и не вознесся мыслию от оказаннаго ему благоволения, но еще более смирил себя: паде, сказано, на лицы. Такова признательная душа: чем больше пользуется приближением к Богу, тем больше обнаруживает благоговения к нему: паде на лицы своем. И когда праведник, после того (даннаго ему) дерзновения, смотря на себя и на немощь человеческой природы, не дерзал даже восклонить главы, а преклонившись долу, выражал тем свое глубокое благоговение, - смотри опять, какое неизреченное милосердие являет всеблагой Бог. Рече ему Бог, глаголя: се Аз, и завет Мой с тобою, и будеши отец множества языков; и не наречется к тому имя твое Аврам, но будет имя твое Авраам, как отца многих языков положил тя. И возращу тя и положу тя в народ, и царие из тебя изыдут (ст. 3 - 6).
3. Заметь, возлюбленный, как и теперь (Бог) все ясно предрекает праведнику, и чтобы дать ему еще большее удостоверение, прилагает к имени его новую букву, и говорит: будеши отец множества языков, не наречется (ктому) имя твое Аврам, но Авраам, яко отца многим языков положих тя. Прежнее имя его (Аврам) выражало переселение (слово Аврам на еврейском языке значит: переселенец, как это изъясняют сведущие в том языке); и так как он должен был выйти из своей земли в ханаанскую, то родители и дали ему такое имя. Может быть, кто-нибудь скажет: ведь родители его были неверные; откуда же у них могло быть такое предведение, что они в самом имени (его) выразили то, что имело быть спустя долгое время? И это есть дело промыслительной премудрости Божией, которая часто чрез неверных устрояет такие случаи. Подобное много раз случалось, как мы можем видеть, и с другими; вот и сейчас приходит нам на память наименование Ноя. И ему не просто и не случайно родители дали такое имя, а предзнаменовали в нем чрез пять есть лет имеющий быть потоп. А что отец Ноя не потому дал такое имя своему сыну, что был добродетелен, послушай Писания, которое говорит ясно: Ной един обретеся праведен, совершен в роде своем (Быт. VI, 9). Не умолчало бы Писание и не сказало бы, что Ной один был праведен, если бы и Ламех отец его был ревнителем добродетели этого праведника.