Страница 1 из 3
Августин. Слово о разорении города Рима. СЛОВО О РАЗОРЕНИИ ГОРОДА РИМА -------------------------------------------------------------------------------- Текст приводится по изданию: "Вестник древней истории". 2001 г. №2. Предисловие и перевод с латинского С.А. Степанцова.
-------------------------------------------------------------------------------- Проповедь блаженного Августина, названная позже «Слово о разорении города Рима», была произнесена им вскоре после взятия Рима Аларихом в 410 г., как явствует из его слов о «недавнем разорении столь великого города». Главный вопрос, который Августин решает перед слушателями: за что Рим постигла такая страшная кара?
Означает ли это, что великий город погряз в беспросветной греховности? Кажется, что в обществе распространено было именно такое суждение. Ведь согласно библейскому повествованию, которое вспоминает Августин, Бог сказал Аврааму, что пощадил бы даже Содом, если бы в нем нашлось хотя бы десять праведников. Августин дает более сложное объяснение происшедшему: хотя по божественной мере в мире нет вообще ни одного праведного человека, однако Рим все-таки не был разрушен полностью (в отличие от Содома)
, а если при его разорении и погибли невинные и праведные люди — для них это скорее освобождение от мук временной земной жизни. Стало быть, все происшедшее надо воспринимать не как наказание, а как увещевание. Проповедник не использует бедствие для устрашения паствы, но утверждает независимость от земных невзгод и сосредоточенность на внутренней жизни как христианский идеал.
Некоторые темы «Слова» предвосхищают трактат «О Граде Божием», что без труда увидит читатель. Проповедь интересна еще и тем, что для сопоставления с плачевными событиями в Риме довольно подробно описывается бедствие (calamitas) в Константинополе «при императоре Аркадии». Об этом бедствии Хроники Проспера и Марцеллина упоминают как о землетрясении, в описании же Августина оно выглядит как ряд атмосферных явлений неясной природы1.
Беглое упоминание Августином того, что среди слушателей могут находиться свидетели событий в Константинополе, породило предположение о том, что проповедь могла быть произнесена в Константинополе, однако подтвердить эту догадку нечем. Лучшим изданием текста «Слова» является издание М.В. О'Рейли в его диссертации: Sancti Augustini De Excidio Urbis Romae Sermo: A Critical Text and Translation with Introduction and Commentary (Patristic Studies. № 89)
Washington, 1955 = Corpus Christianorum. Series Latina. V. 46. Turnhout, 1969. Перевод, выполненный по бенедиктинскому изданию, воспроизведенному в Латинской патрологии Миня, сверен с критическим текстом. В квадратные скобки заключены позднейшие заголовки смысловых разделов проповеди. Новейшую литературу по вопросам, связанным со «Словом», см. в статье: Fitzgerald A.D.
De Excidio urbis Romae sermo // Augustine through the Ages / Gen. Ed. A.D. Fitzgerald. Grand Rapids (Michigan) — Cambridge, 1999. P. 344.
-------------------------------------------------------------------------------- I. 1. [Прибегая к примеру Даниила, исповедавшего свои грехи, опровергает тех, кто из-за разорения Рима ропщет на Бога. Кого знаменуют собою Ной, Даниил и Иов.] Рассмотрим первое зачало из книги святого пророка Даниила, где, как мы слышим, пророк молится и, к нашему удивлению, исповедует не только грехи своего народа, но и свои собственные.
После самой молитвы, слова которой являют его не только просителем, но и исповедником, после этой самой молитвы он говорит: Когда молился я и исповедовал грехи мои и грехи народа моего Господу Богу моему (Дан. 9:202). Кто же может объявлять себя безгрешным, если Даниил исповедует собственные грехи. Вот и некоему гордецу сказано было через пророка Иезекииля: Разве ты мудрее Даниила? (Иез. 28:3)
Кроме того, этого Даниила Бог поставил в числе трех святых мужей, которыми ознаменовал три рода людей, коих хочет избавить, когда великая скорбь постигнет род человеческий, и сказал, что никто от нее не избавится, кроме Ноя, Даниила и Иова (Иез. 14:14). Притом ясно, что этими тремя именами Бог знаменует, как я уже сказал, некие три рода людей. Ибо почили эти три мужа, и души их у Бога, а тела их сгинули в земле; они ожидают воскресения и поставления одесную и уже не боятся никакой скорби в этом мире, от которой они желали бы избавиться.
Как же будут избавлены от скорби Ной, Даниил и Иов? Когда Иезекииль говорил об этом, пожалуй, только Даниил был в теле. Ибо Ной и Иов уже давно к тому времени почили и в смертном сне приложились к отцам. Как же могли быть избавлены от надвигающейся скорби те, кто уже давно освободился от плоти? Однако Ной знаменует собою добрых предстоятелей, которые правят и окормляют Церковь, подобно тому как Ной во время потопа окормлял ковчег.
Даниил знаменует собой всех святых воздержников, Иов — всех, праведно и добродетельно живущих в супружестве. Эти-то три рода людей освободит Бог от скорби. Сколь достохвальным оказался Даниил, ясно из того, что он удостоился быть названным в числе этих трех, и, однако же, он исповедует грехи свои. А если Даниил исповедует грехи свои, чья гордыня не содрогнется? Чье надмение не будет подавлено?
Чья спесь, чье превозношение не будет обуздано? Кто похвалится, что сердце его чисто, и кто похвалится, что он чист от греха? (Притч. 20:9). II. [Почему Бог не пощадил великий город ради праведников. «Праведный» по двум мерам.] Люди дивятся — о, если бы они только дивились и не доходили до богохульства — когда Бог наказует род человеческий и ударами отеческого исправления взыскивает, до суда подавая научение, и часто бичует без разбора, чтобы избавить от осуждения.
Ибо он бичует вместе праведных и неправедных; впрочем, кто праведен, если даже Даниил исповедует собственные грехи? 2. Несколько дней назад читалось зачало из книги Бытия, которое, если я не ошибаюсь, привлекло внимание многих. Там Авраам говорит Господу: если бы тот нашел в городе пятьдесят праведников, пощадил бы он город ради них или вместе с ними погубил бы город?
И ответил ему Господь, что если бы нашел в городе пятьдесят праведников, то пощадил бы город. Тогда Авраам продолжил испытывать и спросил, пощадит ли он город, если будет на пять меньше и останется сорок пять. Отвечал Господь, что пощадит и ради сорока пяти. Стоит ли долго говорить? Мало-помалу, расспрашивая и отнимая от первоначального числа, дошел он до десяти и спросил у Бога: если он найдет десять праведников, погубит ли их вместе с остальными бесчисленными дурными людьми или же скорее ради десяти праведников пощадит город?
Ответил Бог, что и ради десяти праведников не погубит города (Быт. 18: 23-32). К чему мы об этом говорим, братья? Перед нами встает важный и настойчивый вопрос, и более всего его предлагают те люди, которые по нечестию строят козни против наших Писаний, а не исследуют их во благочестии. Они говорят, особенно по поводу недавнего разорения столь великого города: «Разве не было в Риме пятидесяти праведников?
Среди такого числа верных, среди такого числа монашествующих, воздержников, среди такого числа рабов и рабынь Божиих ни пятидесяти праведников не нашлось, ни сорока, ни тридцати, ни двадцати, ни десяти? А если это невероятно, то почему ради пятидесяти или хоть ради десяти праведников Бог не пощадил этого города?» Писание не обманывает, если человек сам не обманывается.
Когда вопрошают о праведности и когда Бог отвечает о праведности, он ищет праведных по божественной мере, не по мере человеческой. Поэтому я без промедления отвечаю: либо он нашел там стольких праведников и пощадил город, или, если он не пощадил города, то и праведников там не нашел. Но мне ответят: ясно, что Бог не пощадил города. Отвечу: а мне совсем не ясно.
Этот город не был погублен, как был погублен Содом. (Речь ведь шла о Содоме, когда Авраам вопрошал Бога.) И Господь сказал: Не погублю города, но не сказал: «Не накажу города». Содома он не пощадил, Содом он до основания уничтожил огнем, не откладывая его до суда, но совершил с Содомом то, что для прочих грешников сберег на суд. Решительно никто из Содома не избежал гибели, не осталось там ни одного человека, ни скота, ни дома, все совершенно поглотил огонь. Вот как Господь погубил город!
А из города Рима сколь многие вышли и вернутся, сколь многие остались там и избежали гибели, сколь многих в священных местах даже тронуть не посмели! «Но многих, — скажут мне, — увели в плен». — Так и Даниила, и не в наказание ему, а в утешение другим. «Но многих, — скажут, — убили». — Так и многих праведников и пророков от Авелевой крови до крови Захарии (Мф. 23:35)