Страница 3 из 9
Очень многие процессы, происходящие сегодня в мире человеческом, в самых разных его областях: в политике, в науке, в искусстве, во всех направлениях религиозной жизни, в философии и культуре вообще, все они постепенно выравниваются друг на друга и, сговорившись, дружно устремляются к одной цели – к приготовлению гладкого пути и великолепного трона долгожданному всемирному царю-миродержцу.
Итак, дьявол ни в коем случае не противник религии вообще, а скорее наоборот, он то и есть основатель большинства религий. Дьявол и правоверных христиан старается всегда уклонить не прямо в неверие, а в искаженную веру, – дьяволу нужна религия, только как можно более универсальная, аморфная, адогматическая, туманная, как можно более расплывчатая, чтоб привлечь возможно большее число людей к поклонению антихристу и в его лице самому сатане. Вот почему сегодня так часто слышится в среде строителей новой религии такое недовольство и фырканье в отношении догматов веры. Слова "догмат", "догматическое богословие" стали чуть ли не ругательством, как будто догмат – враг жизни. Адогматизм сегодня чаще всего не отрицает прямо истинности Божественных догматов, но "всего лишь" отрицает необходимость ясного знания догматов для нравственной, духовной, христианской жизни. Адогматизм отучает христиан мыслить, отличать истинное учение от ложного, а не вовсе верить в Бога и в нечто духовное и мистическое, – что как раз на руку грядущему антихристу.
Обратим внимание, Священное Писание предрекает как признак скорого пришествия антихриста и кончины мира – всеобщее, среди всех народов, распространение Евангелия. Христос говорит: И проповедано будет сие Евангелие Царствия по всей вселенной, во свидетельство всем народам; и тогда придет конец (Мф. 24, 14); во всех народах прежде должно быть проповедано Евангелие (Мк. 13, 10). Другой признак скорого пришествия антихриста и кончины мира указывает нам Божественное откровение в некотором особенном отступлении от христианской веры, которое произойдёт, когда за умножение беззакония, изсякнет любы многих (Мф. 24, 12) и когда антихрист явится в собственном лице, облеченный всею силою сатаны, и воздвигнет последнюю жестокую брань против Христа, Церкви Христовой и христиан. Тогда будут предавать верующих на мучения и убивать верных последователей Христовых, и они будут ненавидимы всеми народами за имя Христово (Мф. 24, 9-10).
Таким образом, пришествие антихриста, по предречению Спасителя, должно быть предварено повсеместным распространением проповеди евангельской, между всеми без исключения народами, во свидетельство всем языком, т. е. чтобы не остался ни один народ, ни один человек, который бы не слышал слова любви и истины, чтобы все имели возможность спастись, чтобы все, наконец, не принявшие истины и поверившие лжи были безответны в день Суда (2 Сол. 2, 12). Но обращает на себя внимание несколько странный момент: при всемирной проповеди Евангелия очень многие обратятся к истинной вере, значит – будет великое множество православных храмов, священнослужителей, монахов, значит – и христианских книг, икон и т.д. Но вдруг тут же, вскоре после этого – начнётся небывалое гонение на Православную Церковь, весь мир восстанет против истинных христиан, будут их убивать, мучить, изобретут новые ужаснейшие пытки для них: И будет время скорби, скорбь, якова не бысть, отнележе создася язык на земли, даже до времене онаго (Дан. 12, 1). Но как же произойдёт такая внезапная перемена в людях, как же так скоро весь мир, просвещённый святым Евангелием, станет лютым гонителем Церкви, из войска Христова так скоро и столь многие перебегут в стан антихристов и останется только малое стадо истинных сынов Церкви, которое вынуждено будет спасаться бегством в пустыню?
Не означает ли это также то, что и проповедники веры последних времен не будут отличаться действительной горячностью веры, будут проповедовать не в духе смирения и покаяния, но подобно фарисеям и книжникам произносить красные речи, пленять народы красотой православной обрядности и восторженностью слов. Но мало кто из проповедников и из слушателей допустит слова эти до глубин сердечных. Тогда слово Божие будет сеяться изобильно – и много будет сеятелей, но жнецам не будет работы: семена будут падать на дорогу, на каменистую почву или среди сорных трав. Почти уже не обретаются клочки доброй земли, как предсказал о последних временах Дух Святый через пророка Давида: Господь с Небесе приниче на сыны человеческая, видети, аще есть разумеваяй или взыкаяй Бога. Вси уклонишься, вкупе неключимы быша: несть творяй благостыню, несть до единого (Пс. 13, 2-3).
По-видимому, недостаток будет не во внешнем – формальном – знании буквы христианского учения, его правил, канонов, обрядов, даже канонического стиля православной иконописи и церковного пения (так Серафим Роуз говорит: "Пожалуй, и "образ зверя" будет написан с соблюдением византийских иконописных традиций"). Не незнание христианства уже и теперь главная болезнь мира, а всяческое удаление от истинно христианского, глубоко покаянного, смиренного, деятельного образа жизни – в духе прежних истинных христиан. Последнее христианство возьмёт от древнего только оболочку, содержание же незаметно будет подменено новым духом, иным стилем жизни, образом мышления и другими ценностями. Вспомним, как обличает Господь в Апокалипсисе именно Ангела Церкви последнего периода: знаю твои дела; ты ни холоден, ни горяч; о, если бы ты был холоден, или горяч!
Но, как ты тепл, а не горяч и не холоден, то извергну тебя из уст Моих. Ибо ты говоришь: "я богат, разбогател и ни в чем не имею нужды"; а не знаешь, что ты несчастен, и жалок, и нищ, и слеп, и наг (Откр. 3, 15-17).
И такое внутреннее искажение веры православной есть самое коварное, злостное, утончённое искушение; началось оно уже давно. Еще епископ Игнатий ясно подметил это искушение в середине XIX века: в одном письме он говорит, что "скорби, постигавшие малое Христово стадо [во все времена] очень различны. Сперва было явное гонение на христиан... Впоследствии... это явное гонение преобразилось в более тонкое, неприметное для каждого, но вполне ясное для умов очищенных: начали требовать гонители от христиан не отречения от Христа, а принятия ереси, столько же душепагубной, как и отречение, т.е. требовать не прямо нечестия, но злочестия. Далее гонение сделалось ещё тоньше: оставлено на произвол верование во Христа, а отвергнуто жительство по заповедям Христовым: – принято жительство противоположное им, отчего вера никак не может перейти из вводной в деятельную, тем менее в живую, т. е. духовную. Вера без дел веры, т.е. без исполнения заповедей Христовых, мертва. Самые вводные познания её остаются для человека крайне тёмными и сбивчивыми, как не объяснённые в нём и ему – деянием, паче – Духом Святым.
В этом состоянии сбивчивости и темноты, мы видим в настоящее время многих, считающих себя христианами, и даже учителями Христовой Церкви, – из них иной не верит чудесам Христовым, исчисленным в Евангелии, – другой верит одной части учения Христова, а другую отвергает, иной не верит существованию демонов; опять иной думает, не умея различить дел веры от дел естества, что все спасутся за свои добрые дела, и проч. и проч. По этой причине весьма редко можно слышать истинное Слово Божие из уст человеческих, хотя и часто можно слышать поддельное" (Свт. Игнатий Брянчанинов. Собрание сочинений. Издание Донского монастыря и издательства "Правило веры". М., 1993. Т. VII. С. 93).
«...Истинно, истинно говорю вам: ныне, когда дел уже вовсе нет и духовное мудрование крайне редко, ныне диавол столько ненавидит это мудрование, что хотел бы истребить его с лица земли, дабы Евангелие осталось у нас только для нашего осуждения, а не назидания: ибо мы будем судимы по Евангелию... Диавол готов нам придать вдесятеро здравого смысла и умножить тысячекратно наши практические сведения, лишь бы украсть у нас знание крестное, при коем можем стать одесную Бога" (Свт. Игнатий Брянчанинов. Указанное собрание. Т. VII. С. 82). "Священное Писание свидетельствует, что христиане, подобно иудеям, начнут постепенно охладевать к откровенному учению Божию; они начнут оставлять без внимания обновление естества человеческого Богочеловеком, забудут о вечности, всё внимание обратят на свою земную жизнь; в этом настроении и направлении займутся развитием своего положения на земле, как бы вечного, и развитием своего падшего естества для удовлетворения всем повреждённым и извращённым требованиям и пожеланиям души и тела" (Свт. Игнатий Брянчанинов. Указанное собрание. Т. 1. С. 455). "Ныне во многом люди дерзнули в установления Святого Духа ввести свои установления. По этой причине сделались установления небесные земными, духовные плотскими, святые греховными, мудрые нелепыми... Начало бедствий заключается в непозволительном и гордом презрении велений Св.