Страница 1 из 3
Архиепископ Василий (Кривошеин)
КАФОЛИЧНОСТЬ И
ЦЕРКОВНЫЙ СТРОЙ
Замечания к докладу С.С. Верховского
Мне трудно отвечать на доклад профессора С.С. Верховского о кафоличности и структуре Церкви. Будучи весьма интересным и богословски значительным, этот доклад слишком мало говорит о церковном строе, а потому и не дает и материала, чтобы отвечать по этому вопросу. Единственно, что мне остается, это сделать несколько коротких замечаний по докладу профессора Верховского и по общей теме конференции. Прежде всего, хотелось бы подчеркнуть, что сам термин "кафоличность", который в современном греческом передается как (???????????) не встречается в новозаветном или святоотеческом греческом языке. Старому греческому известно лишь слово "кафолический" (?????????), из которого позже образовалось гораздо более абстрактное понятие кафоличности. Точнее, мы находим этот термин в святоотеческой литературе, как ???? ?????????, в контексте со словом ???????????, в "Церковной истории" Евсевия, где этим словом обозначается высшая финансовая должность [1]. Однако это исключение, притом с небогословским значением, столь отличным от современного словоупотребления, показывает только, что такое абстрактное понимание одного из свойств Церкви, какое выражается словом "кафоличность", было чуждо Древней Церкви. Со времени святого Игнатия Богоносца прилагательное кафолический, по-гречески ????????, служило главным и практически единственным определением Церкви [2].
Я сознательно говорю "прилагательное", потому что вообще слово "кафолический" почти никогда не употреблялось как существительное в греческом языке как языке Восточной Церкви. Такое словоупотребление появилось на латинском Западе, где оно обозначало члена Церкви. В восточной церковно-языковой практике существуют крайне редкие исключения, когда, например, существительное "католикос" используется как титул епископов или настоятелей с особыми полномочиями (например, "патриарх-католикос" в современной Грузии), или даже финансовые должности в государстве [3]. С другой стороны, слово "православный" часто употребляется и как существительное, и как прилагательное церковными писателями, начиная с 4 столетия (Мефодий, Евсевий, Афанасий), в течение арианских споров и в "Деяниях Вселенских Соборов" [4]. Специальное существительное "православие", по-гречески ?????????, также вошло в церковное словоупотребление, тогда как слово, соответствующее термину "католицизм", производное от "кафолический", никогда не употреблялось греческими святыми отцами (выражение ???????????? является современным греческим неологизмом, означающим римский католицизм). Следует, однако, подчеркнуть, что до самого последнего времени Церковь никогда не характеризовалась определением "православная", но всегда называлась "кафолическая" [5].
В святоотеческой терминологии сама Церковь является кафолической, а ее вера и учение есть "православие". Хотя вера тоже иногда называется кафолической, но члены Церкви суть "православные". Поэтому кафолическая Церковь часто называется "Церковью православных": ???????? ??? ?????????.
Эти предварительные замечания были необходимы, чтобы избежать недоразумений, с которыми часто приходится встречаться в современных дискуссиях о Церкви (особенно когда русский термин "соборность" используется - и совершенно неверно - в качестве синонима для "кафоличности"). Как мы видели, такие абстрактные понятия чужды православному преданию. Что же касается прилагательного "кафолический", внутренне присущего Церкви как ее главное свойство, мы думаем, что лучшим его определением или описанием являются слова святого Кирилла Иерусалимского в его "Катехизических беседах": "И (Церковь) называется "кафолической", потому что она простирается по всему миру, от одного края земли до другого и учит всецелому "знанию" и включает в себя все учения, которые должны стать частью человеческого знания... и обнимает весь род человеческий... и обладает всей полнотой благодати для врачевания любого греха души или тела и обладает всеми добродетелями в слове и в деле, какие могут быть мыслимы, и всеми духовными дарами" [6].
И в следующем абзаце того же поучения святой Кирилл подчеркивает единственность этой кафолической Церкви: "Если вы придете в город, не просто спрашивайте, где находится собор, потому что все другие ереси в жалкой претензии называют свои вертепы "соборами"; и не просто спрашивайте, где находится церковь, но где находится кафолическая Церковь, потому что это истинное имя нашей святой Матери-Церкви" [7]. Можно сказать, что по воззрениям святого Кирилла Иерусалимского, который в этих словах выразил зрелое понимание Церковью ее главного свойства, "кафолический" означает:
1) универсальный, вселенский, как в географическом ("все концы света"), так и качественном аспектах, обнимающий людей различных рас, культур и социальных положений;
2) обладающий полнотой истины;
3) обладающий полнотой спасительной власти, препобеждающий любой грех и любое зло;
4) обладающий полнотой святости и милости;
5) и как следствие, "кафолическая" является единственной характеристикой истинной Церкви.
Мы видим, что хотя святой Кирилл и не отрицает внешних признаков кафоличности, он особенно подчеркивает качественное достоинство - полноту истины и милости.
Современное богословие уделяет много внимания природе кафолической Церкви, причем особенно подчеркивает ее евхаристическую основу и поместный характер. В крайней форме эта так называемая "евхаристическая экклезиология", как она выражена, например, профессором Афанасьевым в его недавно вышедшей книге "Церковь Духа Святого" [8], ведет практически к отрицанию вселенского аспекта кафоличности (который подчеркивал святой Кирилл Иерусалимский) и к отрицанию иерархического строя кафолической Церкви. Говоря так, мы отнюдь не хотим отрицать положительных сторон в теории Афанасьева, достоинство которой состоит в привлечении внимания богословов к экклезиологическим проблемам, которыми долго пренебрегали. Но он неправ, когда утверждает, что Священное Писание знает лишь поместные Церкви и что идея Церкви Вселенской была впервые сформулирована святым Киприаном Карфагенским. Евхаристия действительно занимает центральное место в жизни Церкви, так же как и в духовной жизни христиан, но ее нельзя отрывать от крещения, с которым она образует единое таинство христианского посвящения и созидания Церкви как тела Христова, как это выразил образно святой апостол Павел: "Все вы, во Христа крестившиеся, во Христа облеклись" (Гал.3:27). Следует также сказать, что в православном духовном предании евхаристия - это еще не все, молитва также имеет большое значение.
В любом случае, трудно понять, почему евхаристическая экклезиология должна вести к теории, в которой Церковь поместная противопоставляется так называемой "вселенской экклезиологии". Евхаристия есть таинство единения, и по разуму Древней Церкви именно оно собирало поместные общины, рассеянные по миру, в одну Вселенскую Церковь. Как прекрасно выражено в Didache, "как этот преломленный хлеб был рассеян на горсти, а затем собранный, вновь образует одну массу, так да будет Церковь Твоя собрана от концов земли во Царствие Твое... Помяни, Господи, Церковь Твою... и от четырех ветров собери ее" [9]; правда, что в большинстве случаев, когда в Новом Завете упоминается Церковь, ????????, там говорится о поместной Церкви, в единственном или множественном числе, географически локализованной или нет. Но трудно допустить, чтобы это всегда было так. Представляется совершенно очевидным, что когда Господь говорит: "Я... созижду Церковь Мою, и врата адовы не одолеют ее" (Мф.16:18), - Он имеет в виду не частную поместную Церковь (потому что поместных Церквей просто еще не существовало), но Кафолическую Церковь как целое. То же самое можно сказать о святом апостоле Павле, когда он говорит о "Церкви Господа и Бога, которую он приобрел Себе Кровию Своею" (Деян.20:28). И в Посланиях эфесянам и колоссянам, где святой Павел развивает свою экклезиологию, он говорит не о конкретной поместной Церкви.
То же самое можно сказать с еще большим основанием о "Послании евреям". И уже если говорить о ссылках на Священное Писание, то можно отметить, что само название книги Афанасьева "Церковь Духа Святого" не является библейским. Оно не встречается в Новом Завете, в котором говорится только о "Церкви Христовой", или "Церкви Божией", или "Церкви Господа".
Единственный авторитет, который смог привести Афанасьев в защиту своего названия, это монтанист Тертуллиан [10].