Алфавитная Синтагма

А в 18-м правиле, "хотя анкирские отцы", говорит (св. Василий Великий), "дев, падших после обета хранить девство, рассудили подвергать епитимии двоебрачных", но поелику благодатию Божиею Церковь окрепла, то справедливо наказывать таковых как прелюбодейц, (говорит святый отец), подтверждая свое положение различными доводами. А разумеет здесь тех, которые, достигши 16 или 17-летнего возраста, добровольно обещали безбрачие, отказавшись от брака, а не тех, которых приводят родители или иные родственники, "промышляя через то нечто для себя житейское", не имея, например, возможности дать за ними приданое; таковых как не возымевших собственного стремления к безбрачию, не должно принимать легко, "доколе не узнаем ясно собственного их расположения". Но по отношению к монахиням и подвижницам сего обыкновенно не бывает: ибо хотя бы они в меньшем определенного святым (отцем) и самом нежном возрасте отложили мирские волосы, обет их должен быть тверд и на последующее время.

А в 19-м правиле говорит (св. Василий Великий): "Обетов мужей не знаем иных, как разве которые причислили себя к чину монашествующих, которые молчанием показуют, яко приемлют безбрачие"; однако и они должны быть спрашиваемы и обязаны ясно обещать безбрачие, дабы, если окажутся лжецами в своем обете, могли быть подвергнуты епитимии как учинившие блуд. Впрочем, и не давшие такового обета монахи, а только надевшие рясу, не могут переменить одежды и вступить в брак.

А в 60-м правиле - давшей обет девства и нарушившей обет повелевает (св. Василий Великий) "исполнить время наказания, положенное за грех прелюбодеяния", т.е. 15 лет. [По правилу св. Василия Великого 58-му.] То же, говорит (св. отец), должно быть и относительно монашествующих (мужей).

Кроме того, священный Златоуст во 2-м послании к Феодору говорит: "Сочетавшемуся с небесным Женихом - Его оставлять и сопрягать себя с женою есть дело прелюбодеяния, хотя бы ты и тысячекратно называл это браком; сие даже хуже прелюбодеяния, хотя бы ты и тысячекратно называл это браком; сие даже хуже прелюбодеяния потолику, поколику Бог лучше человеков. Ибо если жена своим телом не владеет, но муж, то тем более во Христе живущие не должны быть господами своего тела".

А 44-е правило VI Собора, устрояя нечто более человеколюбивое, - монаха, согрешившего блудом [Собственно: "обличенного в любодеянии", как и в подлиннике; но такому переводу препятствуют дальнейшие слова "и после сего раскаявшагося и исповедавшаго свой грех". И по толкованию Вальсамона, настоящее правило делает постановление касательно "монахов которые сами исповедали свой грех", а не тех которые обличены по суду, которые наказываются строже. И по объяснению еп. Смоленского Иоанна, это правило без сомнения должно разуметь о тех, которые, хотя впали в грех любодеяния, но сами раскаялись и, добровольно оставив грех, снова возвратились в монашество (Опыт Курса Церковного Законов, т.2, стр.422).] и после сего раскаявшегося и исповедавшегося, повелевает наказывать не более, чем блудодействующих. Итак я думаю, [Согласно с Зонарою, в его толковании на правило.] что это именно правило должно иметь большую силу, как позднейшее прочих. Ищи еще 11-ю гл. буквы , в 12-й гл. буквы 4-е правило IV Собора и в 12-й гл. буквы Ε 17-е пр. VII Собора.

Законы

Не должно быть отчуждения монастыря с тем, чтобы священный вид (его) был преобразуем в обыкновенное жилище, так как епископы имеют власть возвращать (его) и приводить в прежний вид.

А из 131-й Юстиниановой новеллы ты можешь узнать, что бываемые в монастырях ктиторские уставы должно принимать, если они не противоречат правилам; ибо не позволительно им (ктиторам) лишать местных епископов канонических их прав в созидаемых ими монастырях; не могут также и архиереи, воздвигающие монастыри, ни обязывать, под угрозою запрещения, своих преемников (т.е. относительно монастырей), ни иметь в них какого-либо права: ибо нерассудительное отлучение обращается на их головы.

Епископ должен производить (кого-либо в) авву, или (в) архимандрита какого-либо монастыря не непременно по степени, [т.е. занимаемой производимым в монастыре, потому что, по замечанию Вальсамона, в игумены монастыря могли быть поставляемы и лица, не имеющие священства (см. толк. его на прр. 14-е и 19-е VII Вс. Соб. и Карфаг. 6-е, как замечает и Властарь в изложении пр. 19-го VI Вс. Соб.: а если игумен не причастен священства, ибо иногда производятся в игуменство и таковые (см. выше в той же главе).] но кого изберут все монахи или благомыслящие, перед Евангелием подтверждающие, что избрали его не по дружбе или за подарок, но потому, что знают его как православного, целомудренного и достойного управления и могущего сохранить монашескую дисциплину и состояние монастыря. То же самое (должно быть соблюдаемо) и относительно женских монастырей и скитов.

А 123-я (новелла Юстиниана) говорит: повелеваем, чтобы во всех монастырях, которые называются общежительными, согласно монашеским правилам, [Карфаг. соб. пр. 53-е и др.] все жили в одном доме и имели общую пишу, и чтобы все отдельно в одном доме спали, так чтобы взаимно могли дать друг другу свидетельство в целомудренном поведении. - а все сие должно соблюдать и в женских монастырях.

А 15-я [Следует читать: 3-я.] глава той же [Следует читать: 133-й.] новеллы говорит: ни женщина совершенно не должна входить в мужской монастырь, ни мужчина - в женский, ни под предлогом поминовения кого-либо умершего, хотя бы и там лежащего, ни по какой другой причине, ни даже в том случае, если кто имеет в монастыре, например, брата, или сестру, или кого-нибудь из родственников: ибо у монахов, поревновавших о жизни небесной, на земле нет родства; и пусть ни мужчины не полагаются в могилах женских монастырей, ни женщины пусть не зарываются в мужских монастырях, дабы этим не дать естеству доступа к самому себе, т.е. к непозволительным делам, наслаждениям, и забавам и к посрамлению божественных дел.

Если же в женском монастыре будут погребать женщину (ибо погребать мужчину мы считаем непозволительным), постановляем, чтобы входили для этого одни только носящие одр и копающие могилу, и чтобы монахини оставались в своем жилище, а при совершаемом чтобы присутствовала одна привратница и игуменья, если захочет; и чтобы те, скорее совершивши все, относящееся к погребению, тотчас уходили, не видев ни одной из монахинь и не быв замечены ими. А совершающим, по обычаю, по умершим третины, и девятины, и далее сорочины и прочия в учиненные времена поминовения, - в женском монастыре все это должно делать женщинам, а в мужском - мужчинам.

В монастырь должно быть не много входов, но один или, может быть, два; а при вратах должны стоять мужи состарившиеся и целомудренные, которые не позволят ни монахам выходить из монастыря без позволения игумена, ни посторонним свободно бывать в монастыре ночью и днем.

Кто приходит в монашеское житие, того, если известно, что с ним не было никакого особенного случая, игумен, по испытании, должен облечь в монашеский образ; а если он не известен, то игумен обязан испытывать его в течении трехлетия, и, если окажется достойным, постригать его, без опасения потерпеть что-либо ужасное, хотя бы после сего и случилось несчастие. Ищи еще закон в 12-й гл. буквы .

Епископ должен иметь попечение о том, чтобы ни монахи, ни монахини не ходили по городам, но чтобы ответы свои давали через апокрисиариев (, пребывая в монастырях). Ищи еще в 7-й главе буквы (т.е. гражданский закон).

Если кто из монахов, оставив монастырь, возвратится в мирскую жизнь, тот, быв предварительно лишен местным епископом и гражданским начальником воинской службы и чести, если какую имел, потом с имуществом, которое приобрел, должен быть ввергнут в монастырь и против воли.

Избравшие монашеское житие не могут быть ни попечителями, ни опекунами, ни вести тяжебных дел за других, ни в том даже случае, если бы имеющие тяжбы были их родственники, разве за свою только обитель, но и в этом случае - с соизволения игумена.

Если монах оставит свой монастырь и придет в другой, в таком случае, если окажется, что он имел какое-либо имущество в то время, в которое оставил монастырь, повелеваем, чтобы таковое принадлежало первому монастырю, в который он вступил.

Запрещаем родителям отвлекать детей своих, избирающих монашеское житие, от святых монастырей, или лишать их своего наследства, хотя бы даже и была какая-либо (к тому) причина прежде монашеской (их) жизни.

Желающий вступить в монастырь должен прежде своего вступления сделать завещание относительно своего имущества, так как все его имущество, хотя бы он и не сказал ясно, что принес его с собою, утверждается за монастырем, и он уже никаким образом не может быть господином его.