Страница 18 из 132
3. Музыка в узком смысле слова и хоровод
"Музыкальный" относится у Платона также и к музыке в узком смысле слова. Если говорится о привлечении поэтов и музыкантов (Legg. VII 802 b), то, очевидно, музыка здесь уже отличена от поэзии как самостоятельное искусство. Читаем и просто об элементах музыки (Theaet. 206 b). Музыкальный голос связан со слухом в целях гармонии, которая даруется музами (Tim. 47 d).
При перечислении разных типов деятельности говорится о том, что музыканты не могут создавать немузыкантов - опять в узком смысле слова (R. Р. I 335 с). "Музыкальные живые существа" (лебедь и другие) при переселении душ принимают в себя человеческую душу (X 620 а). "Музыкальное искусство учит сочинять песни" (Gorg. 449 d). "Музыка" и живопись создают образы, подражая телам, душам, голосам (Politic. 306 d). "Музыка" пастуха успокаивает животных (268 b). Когда мы воспроизводим голоса животных путем простого звукоподражания, то это не значит, что мы тем самым даем уже и имена этим животным; а "музыка" как раз именно и занимается таким бессмысленным звукоподражанием (Crat. 423 cd). Здесь Платон уже чересчур снижает значение музыки, потому что сам же он в других местах своих сочинений говорит о музыке гораздо глубже, с учетом ее художественной специфики. "Музыкант, живописец и создатель имен подражают вещам по-разному" (424 а). Имя Аполлона объясняется в связи с гармонией сфер (405 d), что связано уже с музыкой. "Музыкальное искусство есть знание любовных влечений, касающихся строя и ритма" (Conv. 187 с). "Благодаря музыкальному искусству строй возникает из звуков" (187 b). Софистика прикрывается поэзией, песнопениями, гимнастикой, музыкой (Prot. 316 е).
Здесь "музыка", по-видимому, употребляется даже в еще более узком смысле, а именно в смысле "инструментальной" музыки, поскольку песнопения упомянуты здесь отдельно. Юношей обучают музыке, арифметике, астрономии и геометрии (318 е). Поскольку здесь перечисляются основные "искусства" древних, постольку "музыка" здесь тоже связывается с астрономией, то есть с учением о гармонии сфер. Платон рекомендует опасаться новых видов "музыки", явно имея в виду музыку в узком смысле (R. Р. IV 424 с). "Музыкант" тот, кто умеет различать и объединять высокие и низкие звуки (Soph. 253 b; Phaedr. 268 е; R. P. I 349 e).
"Музыкальность" относится у Платона специально также и к хороводам. Говорится о "мусической стройности" хороводов (Legg. VI 764 е).
4. Искусство вообще
Наконец, изучаемый нами термин Платон иной раз относит и к искусству вообще, когда бывает трудно судить, о каком именно отдельном искусстве Платон хочет здесь упомянуть. "Эрос - хороший поэт, сведущий вообще во всех видах мусических творений" (Conv. 196 е). Читаем о любителе мудрости, красоты или о поклоннике Муз (moysiсоу) или Эроса (Phaedr. 248 d). Цикады после своей смерти возвещают Музам о людях, которые почитают "музыку" этих Муз (259 d). Гармония - искусство музыкальное, а не рассудительное (Charm. 170 с). Мусическое искусство уподобительное и миметическое. Мусическое искусство сходно с красотой и подражает ей (Legg. II 668 а-с). Читаем о наслаждении от мусического искусства (658 е), о разного рода мусических состязаниях (Menex. 249 b; Ion. 530 a; Legg. 11658 a, VIII 828 c, 835 a, XII 955 a). Может быть, Музы получили свое название от "мусического" племени лигуров (Phaedr. 237 а).
5. Итог
Свои мусические искусства, поэзию и риторику, музыку и орхестику, Платон всегда склонен трактовать весьма обобщенно, стараясь понимать их как результат деятельности самих Муз, а не просто как человеческую забаву и субъективные удовольствия. Мусические искусства говорят Платону о самых общих закономерностях жизни и, следовательно, прежде всего о вечной и предельной упорядоченности космического целого. Об этом мы уже не раз догадывались и при анализе общеэстетических взглядов Платона, об этом же свидетельствует сейчас анализ термина moysicos.
§6. Поэзия
1. Терминологические вопросы
Согласно общему методу нашего изложения истории античной эстетики мы сначала должны были бы коснуться терминологических вопросов, связанных с учением Платона о поэзии. Однако, ввиду того, что соответствующее исследование уже проведено{32}, мы не будем здесь исследовать всю соответствующую платоновскую терминологию в исчерпывающем виде, а коснемся только самого главного.
а) Термин poёta, как и все платоновские термины, имеет весьма широкое значение, выходящее вообще за пределы эстетики. Он обозначает прежде всего просто любое действие или созидание, взятое в целом, без всякого специального отношения к эстетике. Говорится о всяком произведении, которое справедливо лишь постольку, поскольку причастно к красоте (Legg. IX 859 е). Здесь, впрочем, "действие", кажется, имеет некоторое отношение и к эстетике. В нескольких текстах "действие" противопоставляется "страданию" (Soph. 248; R. Р. IV 437 b; Legg. IX 859 е, X 894 с). Другие тексты фиксируют при помощи этого термина какой-нибудь устойчивый результат действия или творения. В "Меноне" (97 е) развивается та чисто платоновская мысль, что произведения искусства должны обладать устойчивой связностью, не убегать от нас, как убегает преступник от преследования; но это значит, что и наши знания не должны обладать постоянной текучестью, а должны быть связаны нашими воспоминаниями о соответствующих чистых и неподвижных идеях. Если красавцы обладают кожей желтого цвета, то наименование их "медокожими" есть создание каких-нибудь их поклонников (R. P. IV 474 e). Здесь указанный термин говорит уже о некотором элементе вымысла. Произведения мусического искусства основаны либо на подражании, либо на уподоблении (Legg. II 668 b).
Имеется некоторое количество текстов, в которых указанный термин относится уже к художественным произведениям и даже к стихам. Один ученик Сократа интересуется, какие он писал поэтические произведения, причем тут же выясняется, что вопрошавший имел в виду переложение Сократом басен Эзопа и гимн в честь Аполлона (Phaed. 60 с). Другие тексты вовсе не выясняют значение термина, а употребляют его чисто номенклатурно с указанием то ли на поэзию, то ли на музыку (Lys. 221 d; Hipp. Min. 363 b, 368 c; Prot. 325 e; R. P. I 330 c, III 398 a, X 606 b; Parm. 128 a, Tim. 21 c; Legg. VII 802 ab, 811 e).
Таким образом, термин роёта имеет у Платона как самое широкое внеэстетическое значение, так и самое широкое эстетическое значение, включая не только поэзию, но и вообще всякое мусическое искусство.
б) Poiesis, указывающий на самый процесс создания или творения, также отнесен у Платона прежде всего и ко всем внеэстетическим областям (Conv. 197 а; Soph. 233 d; Epin. 975 b). Важно противопоставление этого "созидания", которое может иметь и положительный и отрицательный результат, и "работы" (ergasia), направленной всегда только к положительному результату (Charm. 163b-d), причем poiesis и praxis здесь, по-видимому, не. различаются (е). Важно также определение этого термина как указывающего на переход от небытия к бытию, впрочем, с опорой именно на художественную деятельность в области поэзии и музыки и также и вообще на ремесла (Conv. 205 bc). Различается божественное и человеческое творчество, причем и то и другое может быть как творчеством самих вещей, так и их образов (Soph. 266 cd). Однако в чем заключается разница между божественным и человеческим творчеством, в данном тексте не рассматривается. Подражание трактуется как творчество призраков (Soph. 265 b), a музыка как творчество напевов (Gorg. 449 d).
Наконец, указанный термин употребляется и в специально художественном смысле и, конечно, как всегда у Платона, без точного определения этой художественности. Прежде всего его мы находим в текстах, относящихся к поэзии как к самостоятельному и отдельному искусству (R. P. II 366 e; Tim. 20 e). Далее, этот термин относится у Платона не только к поэзии вообще, но и к разным ее видам (Prot. 316 d; Conv. 196 e, 205 с; Phaedr. 245 a, 278 c; R. P. III 394 c, VI 493 d, X 603 b; Legg. VIII 829 e). Специально к эпосу этот термин тоже имеет прямое отношение (Ion. 531 d), то же к лирике, а именно к дифирамбу (Gorg. 502 а) и к Солону (Critias. 113 а), а также к трагедии и комедии (Gorg. 502 b; Theaet. 152 e).