Страница 4 из 54
Так, Тихон на тридцать седьмом году своей жизни получил сан епископа.
С любовью новгородцы встретили нового викария, как воспитанника тамошней семинарии и бывшего недавно там учителем. Многие из товарищей его, которые смеялись некогда над его лаптями, были тогда священниками и диаконами в Новгороде. Когда они явились к новому пастырю, он с любовью вспомнил детские годы и, улыбаясь, сказал: «Вы на меня махали отопками, а теперь кадилами будете кадить». Они смутились и просили прощения. «Я шутя это говорю», — отвечал святитель. В числе свидетелей торжественной встречи нового епископа была и родная сестра Тихона, которая жила в Новгороде. На другой день по прибытии Тихон послал за ней. Она не смела и вступить в комнаты; обливаясь слезами, вспоминала, в какой бедности воспитывались при матери, так что не было иногда и дневной пищи, а теперь в таком высоком сане видя своего брата, для которого поставляли высшим счастьем, если достигнет места дьячка. Он приглашал ее навещать его почаще. «Ты никогда, родная, не наскучишь мне, ибо я люблю и почитаю тебя, как старшую сестру». Только месяц после сего прожила сестра и скончалась. Святитель Тихон сам отпевал ее. Он рассказывал, что когда в последний раз он осенил ее крестным знамением, она будто улыбнулась.
В августе 1762 г., когда Святейший Синод для совершения коронования императрицы Екатерины II из С.-Петербурга отправился в Москву, а в С.-Петербурге во время отсутствия своего оставил Синодальную контору, то Преосвященному Тихону велено было председательствовать в сей конторе, и посему он переехал в С.-Петербург. Пока Двор и Святейший Синод находились в Москве, 1 января 1763 г. скончался Воронежский и Елецкий епископ Иоанникий Павлуцкий. Святейший Синод на место Преосвященного Иоанникия в епископы Воронежские представил кандидатами Варлаама, архимандрита Донского монастыря и Симона, архимандрита Кирилло-Белозерского монастыря, особенно рекомендуя первого. На этом докладе Государыня 3 февраля 1763 года написала своей рукой: «Быть епископом Воронежским викарию Новгородскому». По возвращении Святейшего Синода в С.-Петербург отправился он на новую паству свою в конце апреля 1763 года и 14 мая прибыл в загородный Воронежский Троицкий архиерейский дом.
Глава III.
Служение святителя Тихона в сане епископа Воронежского
Меры по улучшению нравственного состояния духовенства. — Заботы о воспитании духовного юношества. — Любовь свт. Тихона к простому народу и попечение о нравственном его воспитании. — Научение народа истинам веры устно и через писание. — Обличение пороков и бесчинных игр. — Прекращение бесчинных празднеств в Сырную неделю и праздника ярилы. — Частная жизнь святителя Тихона. — Болезнь и отречение от епархии
Нелегкое бремя возложено было на святителя Тихона назначением его в епископы Воронежские. Епархия Воронежская была одна из обширнейших и менее устроенных во всех отношениях. При первоначальном образовании Воронежской епархии, к ней причислены были только семь городов, отделенных от Рязанской епархии: Воронеж, Елец, Костенек, Орлов, Коротояк и Землянск с уездами. Но в 1696 г. приписаны были к епархии все поселенцы но рекам Осереду, Битоку и Икорцу с верховья и до устья; в 1699 г. приписаны еще от Рязанской епархии города Усмань, Острожки. Белокольск и Демшинск, а от Белгородской — город Острогожск с уездом. В 1718 г. приписаны были еще все селения, лежащие ниже Воронежа по рекам Дону, Донцу, Хопру, Бузулуку, Медведице и Айдару, и крепости Бахмутская и Хоперская со всеми монастырями и часовнями, прежде бывшие в ведении архиереев Сарских и Подонских, и еще город Павловск, Донецкий Предтечев монастырь и новонаселенные слободы по реке Тулушве. В 1720 г. отчислены были от Рязанской епархии еще города Тамбов, Козлов и Борисоглебск с их округами. Хотя в 1758 г., при восстановлении архиерейской кафедры в Тамбове, все приписные от нее города были отчислены от Воронежской епархии, но при учреждении штатов в 1765 г.
приписаны были еще города к Воронежской епархии, именно: от Крутицкой — Ливны и Черкасск, от Коломенской — Ефремов, от Рязанской — Лебедянь, Сокольск и Романов в степи, от Белогородской — Усердь и Ольшанск. В епархии считалось до 800 церквей, духовенства обоего пола более 15 000 человек и всего православного населения более 800 000. Само образование епархии из городов приписных от других епархий, из случайных поселений людей всякого рода, большей частью бродяг и раскольников, уже показывает, что в епархии не могло быть твердого порядка, ни в духовенстве, ни в народе. К этому присоединилась еще скудость средств содержания архиерейского дома.
А чем бы оное все исправить, таковых сумм в оном архиерейском доме не находится, ибо с имеющихся за тем архиерейским домом вотчинных крестьян (коих состоит по минувшей второй ревизии в подушном окладе 1361 душа), никаких денежных сборов никогда не бывало и ныне нет, а состоят те крестьяне на пашне, сенокосе и на заготовлении дров и прочих работах». Посему святитель просил, чтобы оставшиеся после его предшественника епископа Иоанникия деньги, около 6 000 рублей, следовавшие по закону в Коллегию экономии, отданы были на необходимые поправки, тем более, что сам преосвященный Иоанникий в частных записках уже назначил более 3 000 руб. на поправку архиерейского дома. На просьбу свт. Тихона ответа не было. Он повторил ее в 1766 г., и также безуспешно. Лишенный средств улучшить внешнее положение архиерейского дома и украсить благолепно кафедральный храм, святитель Тихон употребил свою деятельность на то, что зависело от него, и для чего средства были в богодарованных ему силах духа и обилие благодати и в его пастырской ревности. Он озаботился созиданием и украшением живых храмов Божиих в сердцах своей паствы [4].
Святитель Тихон обратил заботливое попечение на духовенство Воронежской епархии. Он хотел дать необходимые сведения тем, которые были мало образованы, и всех одушевить новым духом ревности к совершению своего служения. Тотчас по приезде своем в 1763 году он написал для духовенства особую книжку под названием «Должность священническая о семи Святых Тайнах» и разослал ее по всем монастырям и духовным правлениям для раздачи священникам. В сем сочинении святитель Тихон дал понятие о сущности каждого Таинства, об образе совершения, о лице совершающем и лицах приемлющих Святые Тайны. Это был как бы малый катехизис, изложенный по вопросам и ответам. Изложение учения о каждом Таинстве святитель заключает убеждением священникам благоговейно совершать их и быть чистыми посредниками даров небесной благодати.
В следующем году, в дополнение к сему, он издал «Прибавление к сущности священнической о тайне Святого Покаяния». Указывая на важность обязанности священника как духовника, как врача душ, святитель Тихон дает руководственные правила к совершению Таинства Покаяния, и предлагает образец убеждений, с какими духовник должен обратиться к кающемуся. «Так ты можешь говорить кающемуся,— учит святитель священника,— Богу ты, чадо, исповедуешься, Которого грехами прогневал, а я служитель Его недостойный, и свидетель твоего покаяния. Ничего не утаи, не стыдись и ничего не бойся; понеже трое только здесь нас: Бог, пред Которым ты согрешил, Который все твои грехи, так как они делались, совершенно знает; понеже Бог везде есть на всяком месте, и где ты что делал или говорил и думал худое или доброе, Он тут был и все то совершенно знает, и ныне с нами есть, да только единого твоего покаяния и исповедания самовольного ожидает. Ты сам также грехи свои знаешь. Не стыдись же их выговорить, всех, которых делать не стыдился. Я третий, тебе подобострастен, такой же человек, как и ты; того ради и мене нечего стыдиться». Если не усматривается в кающемся истинного сокрушения о грехах, то святитель советует пробуждать сокрушение той мыслью, что Бога так благого, так милостивого, так великого благодетеля грехами прогневал.
После исповеди святитель советует внушать грешнику покаявшемуся, чтобы он впредь не грешил; потому что Бог весьма ненавидит грехи и за них наводит всякую казнь. Но при исповеди больных внушает преимущественно говорить о милосердии Божием, никакими грехами непреодолимом, и утешать надеждой на милость Божию.