Страница 96 из 100
И опять их достаточно, чтобы предложение не вышло слишком длинным. «...И наконец… (Нам нужно до верха дойти, поэтому добавляется слово «наконец», настраивая на то, что сейчас будет самая верхняя ступенька) достигла своего совершенства молитва». Еще одна фигура речи: «анáфора» или «анафóра» ( др.-греч. ἀ ναφορά – приписывание, средство к исправлению)
– так по-гречески правильно ставится ударение. Это означает «единоначатие». Анафора — стилистическая и риторическая фигура , состоящая в повторении сродных звуков, слов или группы слов в начале каждого параллельного ряда, то есть в повторении начальных частей двух и более относительно самостоятельных отрезков речи. Анафора несколько отличается от восхождения (градации).
Вот слушайте, что батюшка использовал как анафору: «А цель – это определенный духовный импульс...». «Цель – это» – здесь и есть анафора. Записываем предложение дальше: «...определенный духовный импульс», – батюшка развивает, – «который от нашего сердца, с Божьей помощью, должен выйти и отпечатлеться в сердцах наших слушателей». Чувствуете, что-то здесь не то? Я уже смотрю как редактор.
Вы думайте, что батюшка все говорит прекрасно, и он редактирует то, что сам говорит. Уже есть «духовное назидание слушателей», обратите внимание, и «напечатлелся в сердцах наших слушателей». Получается некрасивый повтор, значит, надо заменить где-то слово «слушателей». Я предлагаю заменить так, смотрите: «который от нашего сердца, с Божией помощью, должен выйти и отпечатлеться во внимающих нам сердцах».
Вот теперь аккуратное, красивое предложение. Студент . А если в предложении слово «сердце» дважды повторяется – это нормально? Преподаватель . Вы говорите о таком явлении, как тавтология. Но тавтология может рассматриваться как стилистическая ошибка (неоправданное, небрежное, незамеченное повторение одних и тех же или однокоренных слов).
А может – как специальный литературный прием. «От нашего сердца к сердцам слушателей...» – в данном случае нет тавтологии как ошибки. Есть тавтология как специальный языковый прием. Разве вы подумаете об ошибке в таких примерах: «с глазу на глаз», «яблочко о яблоньки недалеко падает», «из уст в уста». Нет, здесь повторение является специальной фигурой речи, оно естественное и осознанное.
Но как стилистической ошибки, конечно, повторения одних и тех же и однокоренных близко стоящих слов надо избегать. Как и плеоназма – повторения того же самого другими словами. А что касается повторения слов, то это, кстати, может быть вызвано и применением такой фигуры речи, как анафора – повторение одних и тех же слов и конструкций. Например: «Не напрасно дули ветры,/Не напрасно шла гроза».
И еще один пример анафоры, который был использован в самом начале лекции: «Как говорить о Преподобном Сергии, чтобы скучно не было?! Как говорить о Преподобном Сергии, чтобы не умалить от высоты святости предмета?! Как говорить о Преподобном Сергии, чтобы лицом в грязь не ударить». Здесь анафора состоит из трех предложений. Как же получается красиво, когда у нас такая речь!
Здесь чувствуется даже некая музыкальность предложений, и становится легче говорить и слушать, потому что ты те же слова повторяешь, но повторяешь каждый раз с немножко разной интонацией. Итак, мы с вами познакомились с некоторыми видами фигур, т.е. речевых оборотов: антитезой, градацией и анафорой. Теперь вернемся к выступлению на тему о молитву Преподобного Сергия и посмотрим, какие слова употребляет батюшка перед эпизодом собеседования отрока Варфоломея с таинственным старцем?..
«Встретив непреодолимые трудности в изучении грамоты, Божий отрок прибегнул к испытанному средству – всем сердцем, всей душою, всем помышлением, с плачем воззвал он к Небесному Отцу и был услышан». Что здесь? Какая фигура? Студенты . Градация, потому что восхождение есть. – И анафора, потому что «всем – всей – всем». Преподаватель . Да.
Однако, скорее всего, батюшка специально не думал о том, что употребляет речевые фигуры, но он очень хорошо знает, что это такое. При учебе на филологическом факультете он все эти особенности греческой риторики впитал буквально во внутренности свои, и поэтому у него легко получается их вплетать в свою речь, одновременно пользуясь ими и сознательно.
Напоследок хочу поразмышлять о последних словах предложенного о. Артемием выступления на тему о П Преподобном Сергии: «Когда Авраамий Палицын… уже готов был плакать о погибели Русской Земли, то он на заре стал молиться и услышал с небес глас Божий: «Авраамий! Как ты можешь сомневаться в Промысле Божием над Русской Землею, ибо она и православие не погибнут, покуда у Престола Божия молятся за Русь три святых: святой великомученик Димитрий Солунский, святитель Василий Великий и Преподобный Сергий Радонежский!
» Вам не приходило в голову, почему Авраамий Палицын назвал этих трех человек – Василия Великого, Дмитрия Солунского и Сергия Радонежского? Так Господь сказал, но ведь в этом есть некая реальная причина. Вот слушайте, что написал князь Дмитрий Николаевич Трубецкой: «В ризнице Троице-Сергиевой лавры есть шитое шелками изображение святого Сергия, которое нельзя видеть без глубокого волнения.
Это покров на раку преподобного, подаренный лавре великим князем Василием, сыном Дмитрия Донского. Первое, что поражает в этом изображении, – захватывающая глубина и сила скорби. Эта не личная или индивидуальная скорбь, а печаль о всей земле Русской, обездоленной, униженной, истерзанной татарами. Внимательно всматриваясь в эту пелену, вы чувствуете, что есть в ней что-то более глубокое, чем скорбь, тот молитвенный подъем, который предваряется страданиями.
Вы отходите от нее с чувством успокоения, сердцу становится ясно, что святая печаль дошла до него и там обрела благословение для грешной, многострадальной России...» Видите, к этой пелене имеют прямое отношение и Дмитрий Донской, и его сын Василий, а их небесными покровителями как раз и являются великомученик Дмитрий Солунский и святитель Василий Великий. Все не случайно.
Работы студентов Приложение № 4 к лекции 2 (ч.1).
Пример выполненного домашнего задания.
Размышление на тему: Имя Господа – крепкая башня: убегает в нее праведник – и безопасен (Притч. 18, 11). Выражение «Мой дом – моя крепость» давно бытует в народе. И действительно, настоящий дом похож на крепость, а слово «крепость» всегда ассоциируется с грандиозным сооружением, в котором ни один противник не страшен; и знаешь, что за родными стенами есть все необходимое, чтобы отразить врага, а в случае неудачи – спрятаться в укрепленной башне родной крепости.
Что представляет собой башня, знают многие. Раньше она была нужна для дозора, т.е. была смотровой и служила местом, где наверняка можно было продержаться долгое время, откуда можно было послать почтового голубя в другой город с вестью о нападении. Знаменитая Иерихонская башня, например, имела в себе и специальные погреба для хранения запасов зерна, и так называемые цистерны для воды, что давало возможность долгое время продержаться в осаде до прихода подкрепления.
Так и настоящий дом является той крепостью с замечательной башней, где всегда найдешь защиту и поддержку. Ведь, когда бы ты ни постучался в родной дом, там всегда тебя ждет любящее родное сердце, там всегда обретешь утешение, спокойствие и радость. И каждый человек имеет такой дом. Конечно, на подобное утверждение можно и возразить. Но христианин вправе утверждать, что у него есть такой дом-крепость, это – Церковь, а башня, где можно спрятаться от врагов, – это молитва.
Именно молитва к Господу для каждого из нас есть великое убежище: Господи! прибежище был еси нам в род и род (Пс. 89, 2). Все найдет праведник в имени Божием, как в крепкой башне: Иисусе, пище крепкая; Иисусе, питие неисчерпаемое (акафист Иисусу Сладчайшему, икос 10). Христианин – воин Христов. И что бы он делал, если бы не было у него молитвы- башни?
Пребывая в молитве, он может распознать нападающего на него противника. Как через смотровое окошко, смотрит праведник на приближающегося или удаляющегося врага. И уходит в глубину башни-молитвы, питаясь в случае долгой осады запасами – добродетелями. Верно сказал Иоанн Златоуст: Молитва – виновница всех добродетелей, т.к. если бы не было молитвы-башни, где бы пребывали запасы? А добродетели подаются самим Господом.