Страница 3 из 5
39. Нужно земные планы и желания исторгнуть из сердца и только тогда мы сможем с помощью Божьей искренне любить ближнего своего. Иначе, наша земная любовь прилепляется то к одному, то к другому, все непостоянно и преходяще. Нас постоянно разрывает, разбивает это непостоянство. Жизнь мы воспринимаем поверхностно, без понимания.
40. Все, что мы планируем делать, должно быть освящено общим желанием, общей мыслью, ибо так угодно Богу, чтобы все были единомысленны, Господь хотел, чтобы мы были — одно. А мы постоянно разъединяемся, даже в своем семейном кругу разъединяемся. Это плохо, человек хочет, чтобы все совершалось по его воле. Понимаю, когда случится так, что в доме атеиста, Господь призовет к вере кого-то из членов его семьи. А та душа, которую Господь призвал должна мудро действовать, она ни в коем случае не должна мысленно воевать с главой семьи, иначе не будет развития. Потому что он тогда становится разбойником, убивающим своих родных мыслями и желаниями. Другое дело, если мы идем к Богу, а родитель скажет: «Отрекись!» Тогда он нам не родитель и не ближний. «Я не могу отречься от Господа, я сердцем соединен с Ним, я принадлежу Ему и Его божественная жизнь во мне, Я не могу отречься от Бога, а ты как хочешь». Но и тут мы не смеем подумать о нем в сердце ничего обидного, потому что даже малейшая дурная мысль нарушает наш мир. Наше состояние ухудшается и отношения обостряются, потому и малейшая мысль, не основанная на любви, разоряет мир, разрушает все доброе.
41. Когда в большой семье недоволен хоть один из ее членов, даже если он никак это не выражает, достаточно того, что он думает, что с ним поступают несправедливо, мир в семье нарушается, от этих мыслей разрушается мир в этой семье. И все недовольны, а почему, не понимают.
42. К ближним надо относиться одинаково. Нельзя делить людей: этот мне симпатичен, а тот нет, потому что тогда мы объявляем ему войну, и он не будет нас выносить. Хотя внешне вы не дали никакого повода, ни словом, ни движением, только мыслью, в себе так подумали.
43. Мы христиане Крещением облеклись во Христа, облеклись в Бога, а Бог — любовь. И как же это, в крещении с Богом соединились, а на самом деле воюем с Ним! Как воюем? Мыслями, потому что плохо думаем о ближних и дальних.
44. Как только в нас зародится один помысл, в котором нет любви, знайте, что мы приняли духа злобы. Принимая злую мысль, мы принимаем в свое тело самого врага. Духи невидимы, а мы даем им тело, чтобы были видимы.
45. Духи злобы поднебесные, духи зла, невидимы. Мы даем им тела, чтобы они были видимы миру, когда дух захватывает человека, во всем дурном, что проявляется через него: сквернословие, гнев, мы видим духа зла, которым одержим человек… Не душа поносит Господа, потому что она от рождения христианка, а тот дух, которым одержима душа, которой он вертит, как хочет. И вместо того, что понимать это, мы противимся и мысленно восстаем против человека и сами становимся злыми, потому что как только принимаем в себя такой помысл, принимаем и врага, потому что он — мысленная сила и как только мы согласились с ним, все, он тут как тут. Сколько раз он уже входил в нас, занимал в нас свои позиции, в нас — верующих, не говоря уже о других. Сколько раз мы гневались на тех, чье отношение к нам было неучтивым и обидным! Думали о нем плохо, а значит, убили его душу. Господь все видит это. И доброе и злое, что мысленно соединено с нашими сердечными чувствами.
46. Поэтому с рассуждением нужно замечать зло и с пониманием принимать добро. Будем на страже, не будет впускать в нашу клеть тех, кто не желает нам добра, всегда будем хранить внимание, всегда будем на стороже.
47. Хранение внимания, трезвение, важнее подвига, поста и трудов.
48. «Непрестанно молитесь», — заповедал апостол. Внутренняя молитва, вот самый великий труд, который может совершать человек. Потому что наш враг — сила мысленная, знает, что в молитве человек сердцем и чувствами приближается к Богу, а духи злобы стараются привязать человека к земному предмету.
49. В молитве, прежде всего, необходимо внимание, молитва без внимания ничего не стоит, но если молитва совсем оставлена, тогда еще труднее. Значит, необходим труд!
50. Святые Отцы постоянно просили Господа, чтобы он избавил их от рассеянности на молитве, а мы постоянно думаем о чем-то постороннем.
51. Ко всякому делу нужно приступать с мыслью о Боге, потому что враг непрестанно отвлекает наш ум (рассеивает) воспоминаниями о том, где мы когда-то были, что делали, что слышали, начиная с детства, враг комбинирует эти мысли, и мы думаем, что это все наше. У него целая опись нашей жизни, все, что мы делали, как поступали…, потому что они не знают наших внутренних мыслей, но видят образ души. Поэтому нам необходимо огромное усилие, чтобы сердцем приблизиться к Господу и не разлучаться с Ним. Это — трудовая молитва.
52. Кроме трудовой, существует благодатная молитва. Она обретается как дар от Господа. Видя наш труд, видя, что мы всем своим существом хотим соединиться с Ним, отвергая от все мирские желания. Он постепенно очищает нас от мирских забот, от привязанности к земным вещам, приводит душу к смирению и простоте, и душа уже не принимает к сердцу обид, чтобы не происходило она спокойна, говоря — «так должно быть». Это значит, что душа очищается, чтобы принять божественный огонь и непрерывно молиться в Духе Святом.
53. Простодушные, невинные, необремененные заботами мира быстро принимают божественной огонь непрестанной молитвы. Но мы, которые хотим узнать все: что вот это такое, а что вон то такое, настолько завалили себя мирскими интересами и тяготами, что должно пройти время, чтобы мы могли возродиться, отвергнуть все, чтобы родиться заново…Но нам самим это не под силу, Дух Святой должен сойти в наше сердце, чтобы мудрость мира сего больше не могла заполнить его, до тех пор, пока мы в простодушии не соединимся с Господом. Только тогда приходит от Него истинная мудрость и истинное знание обо всем сущем, глубокое понимание всего происходящего. Насколько душа смирится, настолько ей открываются тайны небесные, потому что только смиренному и кроткому открываются глубины всего, что нас окружает, он познает это духовным знанием. Понимает намного глубже тех, кто годами изучал мирскую мудрость. Потому что в Боге тайна, и до тех пор, пока человек не освободиться от мудрости мира, он не может проникнуть в глубину (понимания). Он думает, что много приобрел, много знает, но до тех пор, пока он так думает мудрость Божья не может войти в него, но лишь поверхностно, по усердию дает откровение в науках, медицине, физике..
54. В духовном мире мысли понятны также как слова. Они слышны. Поэтому труд над своей душой драгоценней любого дара в этом мире. Если человек не очистившись, перейдет в вечность с плохими качествами характера, то он не сможет находится среди ангелов и святых. И он уйдет в вечность, в вечную жизнь, с этими своими недостатками.
55. До тех пор, пока у нас в этом мире есть хоть малая опора, мы мало доверяем Господу. Святые Отцы принимали все и радость и скорбь как из рук Божиих и смирились. Когда Господь видит, что душа готова, Он осеняет ее благодатью Духа Святого, и она получает свободу, покой, радость и утешение, уходит страх. А мы тут все время чего-то боимся.
56. Нас одолевают страхи, пока не сойдет озарение Святого Духа, он гонит всякий страх и такая душа жалеет каждого, видя, как все страдают за свое падение, что бы не увидела, оплакивает всех и молится за всех.
57. В этом мире человек может много потрудиться, может вложить много сил на благо других, но (все еще) не очистить свою душу от греха. Может пройти большинство мытарств, а мысленная привязанность на мытарстве милосердия столкнет его в пропасть, потому что он, несмотря на весь свой труд, не заметил, что жестокосердие связывает его с адскими силами. При жизни он сделал много добра, многие спаслись его усилиями, но он не обратил достаточного внимания на очищение души, ибо привязан к земному (и мысленная привязанность к земным вещам не пускает его войти в мир непреходящих ценностей, которые только чистая душа может постичь — это написано в другом варианте Стослова — прим ред.). И по степени своего не милосердия он находится во власти духов злобы, как пленник исполняет их приказы, не только здесь, пока он во плоти, но и после выхода из тела, ему придется им подчиняться.