Винокуров Н. И.

8. Бобровникова Т. А., 1996. Сципион Африканский. Картины жизни Рима эпохи Пунических воин. Кн. 1. Воронеж.

9. Болотов В.В., 2001. История церкви в период до Константина Великого // Лекции по истории древней церкви // Собрание церковно-исторических трудов. Т. 3.

10. Буркерт В., 2000. Ритуал жертвоприношения, охотничьи и погребальные обряды // Жертвоприношение. Ритуал в искусстве и культуре от древности и до наших дней. М.

11. Винокуров Н. И., 1998. Археологические памятники урочища Артезиан в Крымском Приазовье. М.

12. Винокуров Н. И., 2002. Античный социум: культ вина и винограда // Боспорские исследования. Вып. II. Керчь (в печати).

13. Воеводский Л.Ф., 1874. Каннибализм в древнегреческих мифах. СПб.

14. Гайдукевич В. Ф., 1958. Илурат. Итоги археологических исследований 1948-1953 гг. // МИА. Вып. 85.

15. Гайдукевич В. Ф., 1981. Боспорские города. Л.

16. Гайдукевич В. Ф., 1987. Античные города Боспора. Мирмекий. Л.

17. Горончаровский В. А., 1987. Исследование городища и некрополя Илурата // АО 1985 г.М.

18. Емец И. А., Масленников А. А., 1991. Культовые захоронения животных на позднеантичных поселениях Европейского Боспора // Реконструкция древних верований. СПб.

19. Зеест И. Б., 1960. Керамическая тара Боспора // МИА. Вып. 83.

20. Иванов В., 1994. Дионис и прадионисийство. СПб.

21. Клейн Л. С., 1998. Анатомия «Илиады». СПб.

22. Козак А.Д. Человеческие жертвоприношения в зольнике раннескифского времени Бельского городища (в печати).

23. Косарев М. Ф., 2000. Приобщение к внеземным сферам в сибирском язычестве (по жертвенным ритуалам и погребальным обрядам) // Жертвоприношение. Ритуал в искусстве и культуре от древности и до наших дней. М.

24. Масленников А. А., Бужилова А. П., 1999. «Ифигения на Меотиде» (материалы к обсуждению существования ритуальной декапитации в античном Приазовье // Древности Боспора. № 2.

25. Марти Ю. Ю., 1941. Разведочные раскопки вне городских стен Тиритаки // МИА. №4.

26. Медникова М. Б., 2001. Трепанации у древних народов Евразии. М.

27. Молева Н. В., 2001. Статус собаки в сакральном мировоззрении древних греков (по памятникам вазописи) // Из истории античного общества. Вып. 7. Нижний Новогород.

28. Молева Н. В., 2002. Очерки сакральной жизни Боспора. Нижний Новогород.

29. Мыц В. Л., Лысенко А. В., 2001. Позднеантичное святилище Таракташ в Крыму // Боспорский феномен: колонизация региона, формирование полисов, образования государства // Материалы межд. науч. конференции. Ч. 2. СПб.

30. Пономарев Л. Ю., 2002. Салтово-маяцкие погребальные памятники Керченского полуострова // Боспорские исследователи. Вып. II. Симферополь.

31. Русанова И. П., 1998. Культовые зольники скифского времени // Материалы по археологии, истории и этнографии Таврии. Вып. VI. Симферополь.

32. Русяэва М. В, 1997. Iнтерпретацiя зображень на золотiй пластинi з Сахновки // Археологiя. Ки(в.

33. Савостина Е. Л., 1992. Многоярусные стелы Боспора: семантика и структура // Археология и искусство Боспора // Сообщения ГМИИ им. А. С. Пушкина. Вып. 10.

34. Собака на грани миров. 1997. СПб.

35. Сорокина Н. П., Сударев Н. И., 2001. К вопросу о некоторых варварских погребениях Боспора // Древности Боспора. № 4. М.

36. Сорокина Н. П., Сударев Н. И., 2001а. Предметы, связанные с культами и магией, из погребений кепского некрополя VI-II вв. до н. э. // Боспорский феномен: колонизация региона, формирование полисов, образования государства // Материалы Межд. науч. конференции. Ч. 1. СПб.

37. Тайлор Э. Б., 1989. Первобытная культура. М.

38. Тульпе И. А., Хршановский В. А., 2001. Эллинистический ритуальный комплекс на некрополе Китея // Боспорский феномен: колонизация региона, формирование полисов, образования государства // Материалы Межд. науч. конференции. Ч. 1. СПб.

39. Флёров В. С., 1998. Разрушенные скелеты на могильнике Клин-Яр III на Северном Кавказе // Материалы по археологии, истории и этнографии Таврии. Вып. VI. Симферополь.

40. Фролова Н. А., 1997. Монетное дело Боспора. М.

41. Фролова Н. А., Савостина Е. А., 1998. Находки под стенами боспорской усадьбы: клад или строительная жертва // РА.

42. Фрэзер Дж., 1986. Золотая ветвь. М.

43. Штаерман Е. М., 1985. От религии общины к мировой религии // Культура Древнего Рима. Т. I. М.

44. Хршановский В. А., 2000. Жертвоприношение в погребально-поминальной обрядности Европейского Боспора II в. до н. э. – IV в. н. э. (по материалам археологических раскопок некрополей Илурата и Китея // Жертвоприношение. Ритуал в искусстве и культуре от древности и до наших дней. М.

45. Энциклопедия «Исчезнувшие цивилизации». 1997. «Удивительные Эгейские царства». Пер. с англ. М.

46. Эрлих В. Р., 2001. Святилища в меотской культуре Закубанья скифского времени (к постановке проблемы) // Боспорский феномен: колонизация региона, формирование полисов, образования государства // Материалы Межд. науч. конференции. Ч. 2. СПб.

47. Янковский А. И., 1998. Раннегреческая тирания и возникновение трагедии // Античный мир. Проблемы истории и культуры. СПб.

48. Frontisi-Ducroux F., 1997. Dioniso e il suo culto // I Greci. Storia, cultura, arte societ? // 2. Una storia greca. II. Definizione. XL. Torino.

Резюме

Как показывают археологические материалы с территории Крымского Приазовья, местному населению были совершенно не чужды религиозные воззрения и обряды, связанные с кровавыми жертвоприношениями не только животных, но и людей. Объяснение этих ритуалов можно найти в многочисленных сюжетах мифов, связанных с почитанием божеств хтонического круга. Недаром во многих из них описываются сцены с отчленением головы, терзанием тела и ритуальным каннибализмом.

Не случайным в этой связи представляется захоронение ритуально отчлененной головы мальчика 10-12 лет, открытое на окраинной прибрежной части поселения Бакланья скала около двух крупных виноделен. Подобные находки известны в усадьбе около Мирмекия и в Илурате.

В 2000 г. на городище Артезиан было открыто совершенно иное, но не менее загадочное ритуальное захоронение II в. после Р.Х., содержащее остатки совместной кремации не менее 7-ми человек (детей и взрослых) и 18 домашних и диких животных. Такая кремация, остатки которой были закопаны почти в центре городища, неподалеку от проездных ворот, не может быть признана обычным захоронением. Фактически, это массовая гекатомба, вызванная каким-то необычным событием. Следует отметить, что в непосредственной близости с кремацией располагалось святилище, связанное с почитанием хтонических божеств.

Не менее интересные и сложные для понимания ритуальные комплексы открыты на городища Артезиан, но совершенно иной средневековой эпохи, когда здесь в период VIII-X вв. находилось поселение салтово-маяцкой культуры.

Всего раскопано три ритуальных комплекса, для которых характерны захоронения расчлененных детей и подростков, целых и частей туш быков и собак, присутствие остатков тризн, сопровождающей пищи и напитков, жерновов, каменных корыт и других ритуальных атрибутов. Обрядовый смысл таких объектов далеко еще не ясен. Возможно, это был единый средневековый комплекс с выраженной хтонической символикой.

Вероятно, в основе человеческих жертвоприношений в античное и средневековое время находились сходные представления. По представлениям древних, человеческие жертвоприношение являлись символами искупления и новой жизни. Жертва выступала как бы видимым медиатором между живущими людьми и божеством, находившимися под землей умершими предками, которые призывались повлиять на урожайность и плодородие земли и на благополучие всего сущего, с нею связанного. Однако, такие обрядовые действия, которые фиксируются нарративными и археологическими источниками, нельзя признать обычными.

Следует полагать, что человеческие жертвоприношения в цивилизованных древних сообществах могли быть вызваны только какими-то экстраординарными обстоятельствами: войнами, неурожаями, голодовками, эпидемиями, искуплениями за тяжелые преступления и пр. В этих условиях обычные компромиссы, когда вместо людей приносились в жертву согласно закону симпатической магии (подобное рождает подобное и должно заменяться подобным) животные, символические фигурки из дерева, ткани, глины, теста или воска, были невозможны, а заместительные жертвы исключались. Устойчивость и консерватизм религиозных обычаев и привычек, желание сохранить «священные» обряды предшествующих более варварских, кровожадных и расточительных времен оказывали воздействие на практику человеческих жертвоприношений, существовавшую на протяжение многих тысячелетий и сохранившуюся у отдельных народов и до наших дней.