Страница 21 из 202
10. Скрытно разложены по земле силки для него и западни на дороге.
7–10. Все проявления силы, могущества грешника будут сведены ни во что, и причиною этого являются его собственные дела (ст. 1). Сам того не замечая (ст. 10), он запутается в них, как птица в силках и западне (ср. Притч V:22).
11. Со всех сторон будут страшить его ужасы и заставят его бросаться туда и сюда.
12. Истощится от голода сила его, и гибель готова, сбоку у него.
11–12. Чем ближе гибель, тем сильнее становится ее предчувствие, и больше прилагается усилий к спасению («заставят его бросаться туда и сюда», — ст. 11). Но последнее невозможно: кругом грешника ужасы, — предзнаменования бедствий. Стремление избавиться от них только обессиливает его, как обессиливает человека голод: и гибель готова.
13. Съест члены тела его, съест члены его первенец смерти.
13. Подготовляя себе гибель, нечестивый умирает в страшных мучениях. «Члены тела его, съест … первенец смерти», т. е. тело его будет разрушено самыми страшными болезнями (ср. Иc XIV:30: «первенцы бедных» — самые бедные), в которых как бы концентрируется вся разрушительная сила смерти, подобно тому как в первенце концентрируется сила его родителей (Быт XLIX:3).
14. Изгнана будет из шатра его надежда его, и это низведет его к царю ужасов.
14. По точному переводу с еврейского первая половина данного стиха должна читаться так: «он будет изгнан из его шатра, который служил его безопасностью». Пораженный неисцелимою болезнью, нечестивый умирает («нисходит к царю ужасов» = смерти, ср. X:21–22) в том самом шатре, живя в котором, он считал себя безопасным.
15. Поселятся в шатре его, потому что он уже не его; жилище его посыпано будет серою.
15–21. Наказание постигает не только самого нечестивого, но его жилище и семейство.
15. Так как местности, посыпанные серою, необитаемы для людей (Втор XXIX:22), то под имеющими поселиться в шатре нечестивого естественнее разуметь не людей, но диких животных, между прочим, шакалов, которыми пророки заселяют постигнутые гневом Божьим развалины городов (Ис XIII:20–22; XXVII:10).
16. Снизу подсохнут корни его, и сверху увянут ветви его.
16. Полная гибель дерева с ветвями и корнями (Ис V:24; Ам II:9) — образ гибели семейства нечестивого, о чем идет речь ниже (ст. 19).
17. Память о нем исчезнет с земли, и имени его не будет на площади.
18. Изгонят его из света во тьму и сотрут его с лица земли.
17–18. От нечестивого, как и его жилища, не остается никакого следа: память о нем исчезает, что считалось величайшим несчастием (Втор XXV:6; Сир XLVI:14–16), и имя предается забвению «на площади», буквально с еврейского «на лице» «хуц» — «поля» (V:10; Притч VIII:26), в местностях, лежащих, за пределами той страны, в которой жил нечестивый. Ст. 18 представляет образное выражение мысли ст. 17.
19. Ни сына его, ни внука не будет в народе его, и никого не останется в жилищах его.
19. От нечестивого не остается потомства.
20. О дне его ужаснутся потомки, и современники будут объяты трепетом.
20. Навсегда лишь памятен день гибели грешника как для современников, так и для потомков, по объяснению других (Делича), — для народов востока и запада, потому что евр. слово «ахароним» («потомки») употребляется в смысле «запад», а «кадмоним» («современники») — «восток». Подобное толкование находит для себя подтверждение в замечании ст. 17, что имя нечестивого предается забвению в лежащих за пределами его родины местностях.
21. Таковы жилища беззаконного, и таково место того, кто не знает Бога.
21. Ввиду, может быть, заявления Иова (XVII:11–16) Вилдад не находит нужным закончить свою речь словом утешения, как он поступил в первый раз (VIII:21).
Глава XIX
Ответная речь Иова на речь Вилдада во втором разговоре. 1–22. Положение Иова должно вызывать в друзьях чувство сострадания, сожаления, но ни в каком случае не обвинения и обличения. 23–29. Вера Иова в будущее воскресение плоти.
1. И отвечал Иов и сказал:
2. доколе будете мучить душу мою и терзать меня речами?
3. Вот, уже раз десять вы срамили меня и не стыдитесь теснить меня.
2–3. Рассуждения друзей о гибели нечестивого и его потомства содержат довольно ясные намеки на судьбу Иова (см. XV:29–34; XVIII:13–19). В их глазах он — грешник, что прямо и высказано Елифазом (XV:4–5). Подобные обвинения, соединенные с отсутствием сострадания, доставляют мучение невинному страдальцу (ср. XVII:2). И так как в своих неоднократных речах («десять» — круглое число) друзья исчерпали, по-видимому, все доводы, то им пора замолчать, прекратить мучения (ст.2).
4. Если я и действительно погрешил, то погрешность моя при мне остается.
4. И действительно, друзья не имеют права и достаточных оснований безжалостно относиться к Иову. Если он и согрешил, то причинил вред только себе, но ни в каком случае не им. Почему же они так вооружаются против него?
5. Если же вы хотите повеличаться надо мною и упрекнуть меня позором моим,
6. то знайте, что Бог ниспроверг меня и обложил меня Своею сетью.
5–6. Достаточным, по-видимому, поводом к высокомерному поведению друзей («повеличаться»; ср. Пс XXXIV:26; XXXVIII:17; LIV:13) служит ужасная болезнь Иова, свидетельствующая о его нечестии. Но в этом случае надо принять во внимание то обстоятельство, что Бог поступает с ним более строго, чем он заслуживает.
7. Вот, я кричу: обида! и никто не слушает; вопию, и нет суда.
7–22. Друзья безжалостно относятся к Иову, а между тем его положение должно возбуждать чувство сострадания.
8. Он преградил мне дорогу, и не могу пройти, и на стези мои положил тьму.
7–8. Невинно наказанный Иов требует беспристрастного суда (IX:35; XIII:18–22), но не находит его. И пока длится такое состояние, он не имеет возможности избежать содержащих его великих бедствий («преградил мне дорогу, и не могу пройти» ст. 8; ср. Плач I:6–7), даже понять причину их «на стези мои положил тьму» (ст. 8; ср. III:23).
9. Совлек с меня славу мою и снял венец с головы моей.
10. Кругом разорил меня, и я отхожу; и, как дерево, Он исторг надежду мою.
11. Воспылал на меня гневом Своим и считает меня между врагами Своими.
12. Полки Его пришли вместе и направили путь свой ко мне и расположились вокруг шатра моего.
9–12. Эти бедствия состоят прежде всего в лишении того, что создавало в прежнее время его славу, доставляло ему в обществе почет и уважение (ст. 9; ср. XXXIX:7 и особенно ст. 14, по которому венцем его была правда, в неверности которой он теперь обвиняется); во-вторых, в поражении тяжкою болезнью (ст. 10), разрушающею плоть (ст. 20), даже кости (XXX:17), и приводящею к смерти («и я отхожу» ст. 10; ср. X:21; XVI:22), так что Иов подобен ниспровергнутому дому «кругом разорил», евр. «иттецени», от «таца», употребляемого для обозначения разрушенного здания, — Лев XIV:15; Суд IX:45; Иер XXXIX:8, и, в-третьих, в непрекращающемся до настоящего времени божественном гневе (ст. 11–12). Бог поступает с ним, как с враждебною крепостью: Его полки, — постигшие Иова бедствия, делают приступ за приступом (ср. VI:4; X:17; XVI:13–14).
13. Братьев моих Он удалил от меня, и знающие меня чуждаются меня.
13–19. В результате подобных отношении Бога к Иову он, прежде уважаемый, ниоткуда не встречает теперь проявлений любви, верности, почтения и привязанности. Все его избегают, а некоторые даже презирают.
14. Покинули меня близкие мои, и знакомые мои забыли меня.
13–14. Иов оставлен своими родными братьями («ах» — братья в буквальном смысле, как и в Пс LXYIII:9) и забыт знающими и близкими, — лицами, стоявшими к нему в самых интимных отношениях (Пс XXXVII:12).
15. Пришлые в доме моем и служанки мои чужим считают меня; посторонним стал я в глазах их.
16. Зову слугу моего, и он не откликается; устами моими я должен умолять его.
15–16. Еще более отдалились от него те, кто не стоял с ним в таких отношениях. Он сделался совершенно чужим для находивших приют в его доме (ср. XXXI:31–32; «пришлые», еdр. «гарей бейти», ср. Исх III:22); облагодетельствованные прежде слуги, встречавшие с его стороны самое гуманное обращение (XXX:13), теперь не отзываются на его призыв, и он, их господин, должен умолять их, чтобы добиться какой-нибудь услуги.
17. Дыхание мое опротивело жене моей, и я должен умолять ее ради детей чрева моего.