Страница 13 из 202
20. Видишь, Бог не отвергает непорочного и не поддерживает руки злодеев.
21. Он еще наполнит смехом уста твои и губы твои радостным восклицанием.
22. Ненавидящие тебя облекутся в стыд, и шатра нечестивых не станет.
20–22. Вывод из опыта предков и приложение его к Иову. Бог не отвергает человека непорочного и не покровительствует злодею, — «не поддерживает его руки» (Ис XLI:13; XLII:6; Иер XXIII:14). Под условием обращения Иова к Богу его дальнейшая жизнь будет полна радости (ст. 21; ср. Пс CXXV:2–3), а враги его окажутся посрамленными («облекутся в стыд»; ср. ст. 13–15; Пс XXXIV:26; CVIII:29; CXXXI:18) и даже исчезнут с лица земли («шатра их не станет», ср. ст. 18–19; Пс LI:7).
Глава IX
Первая половина ответной речи Иова на речь Вилдада.
1. И отвечал Иов и сказал:
1–35. Правосудие Божие есть правосудие существа сильного, нарушающего требования правды по отношению ко всем людям, в частности, и по отношению к Иову.
2. правда! знаю, что так; но как оправдается человек пред Богом?
2. Соглашаясь с мнением Вилдада о Божественном Правосудии (VII:3, 20), Иов в то же время не допускает, подобно псалмопевцу (CXLII:2) мысли о возможности оправдания человека пред Богом («как оправдается человек перед Богом?»). Отсюда само собою следует, что Божественное Правосудие представляется ему в ином, чем друзьям, свете.
3. Если захочет вступить в прение с Ним, то не ответит Ему ни на одно из тысячи.
4. Премудр сердцем и могущ силою; кто восставал против Него и оставался в покое?
3–4. По взгляду Иова, человек должен признать Бога правосудным потому, что Он превосходит его двумя свойствами: премудростью и всемогуществом, — силою. Бог — премудр; человек не в состоянии возразить ни на одно из тысячи Его слов, а потому каждое из них вынужден признать истинным, справедливым. Премудрый сердцем, Господь обладает достаточною силою для того, чтобы заставить людей исполнить свои повеления. И сколько бы ни противился последним человек, в конце концов он принуждается подчиниться им, согласиться, что так и должно быть («кто восставал против Него и оставался в покое?» ст. 4). Правда Божия — правда существа сильного по уму и, благодаря всемогуществу, непреклонного в Своих определениях.
5. Он передвигает горы, и не узнают их: Он превращает их в гневе Своем;
6. сдвигает землю с места ее, и столбы ее дрожат;
7. скажет солнцу, — и не взойдет, и на звезды налагает печать.
5–7. Эта не терпящая противодействия (ст. 4) сила божественного всемогущества сказывается прежде всего в мире физическом, в таких его явлениях, как землетрясения и затмения. Во время первых передвигаются и уничтожаются горы, земля сдвигается с того места (Ис XIII:13), которое она занимает в мировом пространстве (XXVI:7), и колеблются ее основания (Пс СIII:5; Иов XXXVIII:6), при вторых солнце не дает света, кажется как бы не взошедшим, и ослабевает блеск звезд («печатать» в смысле ограничивать силу у Даниила IX:24).
8. Он один распростирает небеса и ходит по высотам моря;
9. сотворил Ас, Кесиль и Xима [3] и тайники юга;
8–9. Показателями божественного всемогущества служат далее распростертые, как свиток, небеса (Ис XL:22; XLIV:24; Пс CIII:2); возникающие по воле Господа морские бури (Пс СVI:25–6; Авв III:15) и, наконец, созвездия северного и южного полушария: Ас — большая Медведица, Кесиль — Орион (ср. Ам V:8), Xима («куча») — созвездие Плеяд и тайники юга — все звезды южного полушария.
10. делает великое, неисследимое и чудное без числа!
10. Все приведенные Иовом факты составляют незначительную часть не поддающихся исчислению великих дел Божиих (ср. V:9; XXVI:14).
11. Вот, Он пройдет предо мною, и не увижу Его; пронесется и не замечу Его.
12. Возьмет, и кто возбранит Ему? кто скажет Ему: что Ты делаешь?
11–12. То же непостижимое и неограниченное всемогущество высказывается и в отношениях Бога к людям. Он поступает с ними без их ведома (ст. 11), тем более, не спрашиваясь их согласия или несогласия (ст. 12; ср. Ис XL:9; Иер XLIX:19; L:44); поступает единственно по собственному усмотрению (ср. Пс LXXVII:38).
13. Бог не отвратит гнева Своего; пред Ним падут поборники гордыни.
13. Не терпящая противоречий воля всемогущего Владыки попирает волю «поборников гордыни» (евр. «рагав»), всех гордых, надменных. Как видно из Пс LXXXVIII:11, Ис LIX:9 «рагав» означает морских чудовищ, отсюда чтение LXX: «ύπ αυτού εκαμφτη κήτη τά ύπ οερανών», — «слякошася (смирились) под Ним кити поднебеснии».
14. Тем более могу ли я отвечать Ему и приискивать себе слова пред Ним?
15. Xотя бы я и прав был, но не буду отвечать, а буду умолять Судию моего.
14–15. Пред лицом премудрого и непреклонного в своих определениях Бога, обращающего ни во что человеческие рассуждения, ничего не значат приводимые человеком соображения в доказательство своей правоты. Такого Бога можно не убеждать, а лишь умолять, просить, чтобы Он преложил гнев на милость. Подобный исход указывал Вилдад (VIII:5), к нему склоняется и сам Иов.
16. Если бы я воззвал, и Он ответил мне, — я не поверил бы, что голос мой услышал Тот,
17. Кто в вихре разит меня и умножает безвинно мои раны,
18. не дает мне перевести духа, но пресыщает меня горестями.
16–18. Умолять Бога можно, но нельзя рассчитывать, чтобы мольбы достигли цели. Господь в гневе поражает Иова (ст. 16), ни на минуту не дает отдохнуть ему от страданий. И если гнев неотвратим (ст. 13), то напрасны мольбы и создаваемая ими надежда на прощение.
19. Если действовать силою, то Он могуществен; если судом, кто сведет меня с Ним?
20. Если я буду оправдываться, то мои же уста обвинят меня; если я невинен, то Он признает меня виновным.
19–20. Нельзя и заставить Бога внять мольбам: всемогущество не поддается давлению слабого человека. Елифаз советовал Иову передать свое дело Богу (V:8). Но, во-первых, никто не в состоянии принудить всемогущего Господа войти в его обсуждение. Во-вторых, если бы суд и состоялся, то его результаты были бы неблагоприятны для Иова. Самооправдание Иова премудрый Бог превратит в обвинение. Если даже он и сумеет оправдаться, доказать свою невинность, то и тогда не отвращающий своего гнева Господь объявит его виновным; и подобному приговору всемогущего Бога Иов должен будет подчиниться.
21. Невинен я; не хочу знать души моей, презираю жизнь мою.
22. Все одно; поэтому я сказал, что Он губит и непорочного и виновного.
23. Если этого поражает Он бичом вдруг, то пытке невинных посмевается.
24. Земля отдана в руки нечестивых; лица судей ее Он закрывает. Если не Он, то кто же?
21–24. При подобном положении дела Иов не может воспользоваться советом друзей ждать улучшения своего положения (V:19 и д.; VIII:21). Как невинный (ст. 21), он мог бы надеяться на это, и тем не менее не хочет даже знать души своей, жизни, т. е. заботиться о ней (евр. «йада», см. Быт XXXIX:6), чувствует к ней отвращение. Причина такого явления заключается в том, что при Божественном неправосудии невинность и греховность человека безразличны («все одно», ст. 22) для его судьбы. Если Господь одинаково губит виновного и невинного, в попрании правды доходит до того, что находит удовольствие в продлении страданий праведного, и делает представителей правосудия неспособными различать добро и зло (ст. 24; ср. Ис XXIX:10), то и невинность Иова не избавит его от страданий, а такая жизнь для него отвратительна (VI:7).
25. Дни мои быстрее гонца, — бегут, не видят добра,
26. несутся, как легкие ладьи, как орел стремится на добычу.
25–26. Жизнь внушает Иову одно лишь отвращение; желание ее продолжения неуместно. Наличною действительностью оно не поддерживается: в жизни Иова, протекающей так быстро, что с нею не может сравниться быстрота гонца, легкой сделанной из папируса лодки (евр. «ebeh»; cp. Ис XVIII:2) и орла (VII:7; Пс LXXXIX:10), нет ничего отрадного; все оно осталось позади.
27. Если сказать мне: забуду я жалобы мои, отложу мрачный вид свой и ободрюсь;
28. то трепещу всех страданий моих, зная, что Ты не объявишь меня невинным.
27–28. Желание жизни можно поддержать искусственным образом, путем создания жизнерадостного настроения, путем подбадривания самого себя (ст. 27). Но и это невозможно ввиду факта страданий. Они — показатели божественного неотвратимого гнева (ст. 17–18), показатели того, что Бог считает Иова грешником и не освободит его от наказания.
29. Если же я виновен, то для чего напрасно томлюсь?
30. Xотя бы я омылся и снежною водою и совершенно очистил руки мои,
31. то и тогда Ты погрузишь меня в грязь, и возгнушаются мною одежды мои.
29–31. Не желательна и жизнь в роли виновного. Она — «томление» (ст. 29), мучительное ожидание наказания. Последнее неизбежно ввиду невозможности виновному оправдаться пред Богом. Даже при наивысшей чистоте, подобной той, которая достигается омовением снежною водою (Пс L:9; Ис I:18) и мылом («совершенно очистил руки мои», точнее «омыл руки с мылом»; ср. Иер II:22), Бог признает его настолько нечистым, что к нему почувствуют отвращение одежды.