В. Легойда

По мнению американского президента, трагедия войны, моральный грех Америки заключался не в поражении и уж, конечно, не в неправедности решения участвовать в конфликте, а в том, что начатая борьба не была доведена до победного конца. Война во Вьетнаме - лишь эпизод глобальной борьбы свободы с тоталитаризмом; воевавшие американцы - благородные рыцари свободы, а вина и ответственность за поражение лежит как на политиках, которые не довели дело до конца, так и на всех гражданах, которые встретили своих солдат неподобающим образом - не как героев, а с осуждением и с неприязнью. Оценивая результаты произошедшего во Вьетнаме, Рейган открыто заявлял: "Вьетнам сегодня - это огромный тюремный лагерь физических пыток и идеологической обработки. Сотни тысяч людей жертвуют всем, рискуют собственными жизнями - только чтобы избежать коммунистического гнета. Все это говорит о том, что причина, по которой наши ветераны сражались во Вьетнаме, была благороднейшей причиной" [140].

Очевидно, что подобная переоценка ценностей имеет мало общего с собственно христианским переосмыслением истории (даже с позиций Новой религиозной правой), а направлена прежде всего на возрождение традиционных национальных идеалов, провозгласивших величие Америки и ее богоизбранность.

По мнению американских историков Пьерара и Линдера, "гражданская вера" Рейгана проявляется по крайней мере в четырех существенных элементах [141]. Первым элементом гражданской религии президента является постулат об американской исключительности (American exceptionalism), вера в то, что Америке отведено особое место в истории. Этой исключительности изначально придается сакральная оценка: "В глазах многих людей эта повторяющаяся каждые четыре года церемония, которую мы принимаем, как само собой разумеющуюся, является подлинным чудом", - говорит Рейган во время своей первой инаугурации в 1981 году [142]. О "чудесности", то есть божественности (и даже богоустановленности) такого положения президент и собирается напомнить американскому народу.

Рейган абсолютно убежден в том, что особое предназначение Америки - форпоста Свободы, Демократии и Добродетели - результат осуществления Божественного плана, который, в свою очередь, предполагает определенные обязательства самих американцев перед Богом, ответственность перед Творцом (здесь Рейган очевидно апеллирует к формообразующей протестантскую культуру модели завета). Имевшее место в последнее время забвение этих обязательств привело к некоторому упадку прежде всего морального состояния нации. Свою президентскую задачу Рейган изображает как необходимость напомнить великой нации о ее предназначении и о ее обязанностях.

Символично, что во время принесения президентской клятвы на церемониях инаугурации президент оба раза держит руку на Библии, открытой на странице, содержащей его любимую цитату из Ветхого Завета, - четырнадцатый стих из седьмой главы второй книги Паралипоменон: "И [если] смирится народ Мой, который именуется именем Моим, и будут молиться, и взыщут лица Моего, и обратятся от худых путей своих, то Я услышу с неба и прощу грехи их и исцелю землю их". Эти слова, которые Рейган часто любил цитировать в различных публичных выступлениях, действительно могут служить девизом его политики.

Рейган еще раз, подобно отцам-основателям, на которых, кстати сказать, он часто ссылается, обращается к ветхозаветной символике, напрямую ассоциируя избранность Израиля с особой миссией американцев в мире. Его подход не лишен и необходимой моральной оценки в духе Линкольна (хотя, как мы попытались показать в случае с Вьетнамом, интерпретация "правильного" и "неправильного" в рейгановском случае весьма специфична).

Вторым элементом гражданской религии Рейгана Пьерар и Линдер называют характеристику Рейганом Америки как духовной нации (spiritual nation). Подлинный дух американской нации, согласно мнению президента, есть добро, а источником духовной силы американцев является Бог, поэтому Рейган заявляет: "Защищать Америку значит - защищать Бога, Который благословил нашу землю. Нам нужна помощь Господа, чтобы пройти сквозь штормовое море жизни [...] Уповая на Него, веря друг другу, работая вместе, мы воссоздадим Америку - землю нашей мечты и последнюю величайшую надежду человечества" [143]. Действительно, это положение выдержано вполне в стилистике гражданской религии и в глубине означает (хотя эксплицитно это никогда не проявляется) не просто то, что Бог на стороне американцев, но возможно, и то, что Бог - американец, если защита земли приравнивается к защите Самого Бога [144].

Многократно в различных публичных выступлениях Рейган подчеркивал насущную необходимость духовного возрождения, лидером которого он видел себя, соглашаясь с мнением Теодора Рузвельта о том, что пост президента - великолепная кафедра проповедника. И действительно, многие обращения президента к народу - инаугурационные в первую очередь - содержат в себе мощный элемент проповеди, произносимой предстоятелем великого избранного народа - благословенной американской нации: "И сейчас мы слышим эхо прошлого: генерал опускается на колени в глубокий снег Вэлли Фордж [...] поселенец продвигается на запад и поет песню, и звуки этой песни несутся в вечность [...] Это американская песнь. Она полна надежды, сердечности, идеализма, дерзновения, порядочности и искренности. Это наше наследие, это наша песнь. И мы по-прежнему ее поем. Несмотря на все проблемы и различия между нами, мы, как прежде, вместе, когда возносим молитву к Богу, Который является Автором этой прекрасной музыки. И да укрепит Он и впредь наше единство [...] единство нации под Богом, посвятившей себя мечте о свободе, которую Он поместил в глубину человеческого сердца и призвал нас возвестить об этой мечте всему ожидающему и надеющемуся на нее миру" [145].

Третий элемент гражданской веры Рейгана - убеждение в том, что религия как таковая абсолютно необходима для "здорового" существования нации. Эта характеристика также вполне традиционна для американской гражданской религии. Президент Рейган следовал этой традиции не только в речах, но и в поступках. С согласия Сената и Палаты представителей (резолюция конгресса №487) Рейган провозгласил 1983 год "Годом Библии". Он неоднократно цитировал Библию в своих публичных выступлениях и любил повторять, что Библия содержит в себе ответ на любые вопросы как отдельного человека, так и всей нации.

Рейган, вполне в духе гражданской религии, подчеркивал, что Бог является одной из ключевых американских ценностей, что для оздоровления всей культуры в американскую жизнь необходимо вернуть активную религиозную составляющую. Исходя из таких позиций, президент говорил о необходимости восстановления в школах молитвы. Эта инициатива американского президента представляется нам весьма существенной характеристикой именно его гражданской религиозности: сам факт общей молитвы в поликонфессиональном государстве вряд ли всерьез может быть предметом собственно конфессионального интереса, поэтому сама постановка вопроса выдержана в духе традиционной американской религиозности.

И, наконец, четвертый элемент в гражданской вере Рейгана - признание необходимости усиления военной и духовной силы Америки перед лицом злейшего врага - коммунизма. Иными словами, здесь мы имеем дело с внешнеполитической составляющей гражданской религии. Безусловно, во внешней политике (и прежде всего в отношении к СССР) Рейган занимает в целом позицию, подобную той, которую занимали все американские президенты после окончания второй мировой войны. При этом, активно используя религиозно-ориентированную риторику, он актуализирует тему ценностного противостояния двух систем.

При Рейгане подобное отношение к СССР достигает своего апогея. Президент провозглашает Советский Союз "империей зла", объявляет "крестовый поход" против безбожного коммунизма. Среди бесчисленных речей и обращений, в которых Рейган говорил о необходимости борьбы с коммунистической угрозой свободе и справедливости, наиболее известным является его выступление перед Национальной ассоциацией евангеликов в Орландо (Флорида) в марте 1983 года. Пьерар и Линдер характеризуют это тридцатиминутное выступление президента как литанию гражданской религии. Отмечая, что единственная мораль, которую признает Советский Союз, есть та, которая способствует распространению революции во всем мире, Рейган отмечает, что, хотя он и готов вести переговоры с русскими, дабы уменьшить угрозу ядерной войны, коммунисты должны хорошо понимать, что американцы никогда не пойдут на идейные компромиссы, никогда не откажутся от свободы и не отвергнут свою веру в Бога. Президент напоминает слова одного из американских политических лидеров, который заявил: "Я предпочел бы, чтобы мои две дочери, которых я люблю больше всего на свете, умерли сейчас с верой в Бога, чем выросли бы при коммунизме" [146].