Страница 13 из 17
По окончании пения диакон произносит прошения: 1) „Помилуй нас Боже...“2) „Еще молимся о благочестивых и православных христианах...“, 3) „Еще молимся об архиепископе нашем (имярек)“, 4) „Еще молимся о милости, жизни, мире, здравии, спасении, посещении, прощении и оставлении грехов рабов Божиих, совершающих святый праздник сей, и рабов Его (здесь поминаются поименно принесшие хлебы)...“, 5) „Еще молимся о еже сохранитися святому храму сему...“ На каждое из этих прошений лики поют по-трижды „Господи помилуй“, так что получается общее количество на каждое прошение 12. Затем следует прошение „Еще молимся и о еже услышати...“, на что оба хора отвечают совместным пением троекратного „Господи помилуй“. Архиерей или иерей возглашает „Аминь“ и читает молитву „Услыши ны Боже...“ Затем следует главопреклонная молитва „Владыко многомилостиве...“ После нее иерей, в преднесении диаконом свечи, кадит кругом стола с хлебом и поет „Богородице, Дево, радуйся...“ до слов „яко Спаса родила“. С этих слов тропарь доканчивает правый хор. Иерей берет в руку один из хлебов и, благословляя им другие хлебы, читает молитву: „Господи, Иисусе Христе, Боже наш, благословивый пять хлебов...“ Если в храме присутствует архиерей, то он выходит на литию в епитрахили и малом омофоре и читает упомянутые иерейские молитвы; он же благословляет хлебы.
Архиерей или иерей, по прочтении молитвы хлебоблагословения, целует держимый в руке хлеб, полагает его на место и идет в алтарь. Священнослужители, идущие за ним в алтарь, поют стих из 33 псалма: „Богатии обнищаша и взалкаша...“ Тот же стих повторяется каждым из хоров. Затем следуют стиховные стихиры, „Ныне отпущаеши...“ и т. д. После пения тропаря и богородичного диакон возглашает: „Господу помолимся“, лик — „Господи помилуй“, архиерей же или иерей, встав во святых вратах и обратясь лицом к западу, благословляет народ со словами: „Благословение Господне и милость да приидет на вас, Его благодатию и человеколюбием всегда, ныне и присно и во веки веков“, лик — „Аминь“, иерей: „Слава Тебе, Христе Боже...“, чтец: „Слава и Ныне, Господи помилуй трижды, Владыко Святый благослови“. Далее следует отпуст [146].
Исторические особенности вечерни Русской Православной церкви
Русская Церковь на первых порах своего существования руководствовалась уставом Великой Константинопольской Церкви с его песненными последованиями [147], принесенными к нам первыми киевскими митрополитами и священниками — греками. Но чрез 74 года после крещения Руси преп. Феодосии Печерский ввел в своем монастыре Студийско-Алексиевский устав [148], который, как видно из Повести временных лет, скоро стал общерусским монастырским уставом [149]. Таким образом со второй половины XI века в Русской Церкви действовали одновременно два устава, из которых в одном излагалось древнее соборно-приходское богослужение с его песненным последованием, в другом же сравнительно новое — монастырско-приходское, возникшее на основе слияния иноческого келейного правила с теми же песненными последованиями. Наконец, в XV веке появился Иерусалимский устав [150], в свою очередь подвергшийся известным изменениям в процессе широкого распространения его в Греческой Церкви в XII — XIV вв. Все это вместе взятое определило собой многообразие русской богослужебной практики, вызвало появление своих русских богослужебных порядков, которые существовали на Руси до конца XVII столетия, когда в 1682 г. был издан типикон, устранявший все богослужебные особенности местного значения и унифицировавший богослужение применительно к современному ему греческому.
Оставляя в стороне особенности, принадлежащие согласно типикону Русской Церкви всенощному бдению (пение 103 псалма и каждение при этом храма и благословение хлебов), отмечу оригинальные русские черты, составлявшие принадлежность вечерни вообще.
Первую такую особенность составляло пение 1-й кафизмы „Блажен муж…“ Этот элемент иноческого богослужения, в истории вытеснивший первое трехпсалмие песненной вечерни, в Русской церкви подвергся своеобразной обработке, приблизившей его самого к этим антифонам. Как уже говорилось выше, греческие монастырские уставы предписывают пропевать постишно по крайней мере три первых псалма (см. выше).
В Русской церкви, под влиянием практики исполнения псалмов-антифонов на песненных последованиях, и „Блажен муж…“ исполняли певчески — все три славы, но пели псалмы не целиком, а лишь отдельные стихи из них, прилагая к каждому припев „Аллилуиа“. Ниже приводится эта кафизма, распетая песненно, как она изложена в древнерусских церковно-певческих сборниках (с сохранением транскрипции).
„БЛАЖЕН МУЖ, АЛЛИЛУИА [151].
ИЖЕ НЕ ИДЕ НА СОВЕТ НЕЧЕСТИВЫХ.
прип. Аллилуиа, аллилуиа, аллилуиа.
И ПУТЬ НЕЧЕСТИВЫХ ПОГИБНЕТ
прип. тойж.
НА ГОСПОДА И НА ХРИСТА ЕГО. БЛАЖЕНИ ВСИ НАДЕЮЩЕСЯ НА НЕ.
ВОСКРЕСНИ ГОСПОДИ СПАСИ МЯ БОЖЕ МОЙ
И НА ЛЮДЕХ ТВОИХ БЛАГОСЛОВЕНИЕ ТВОЕ.
Слава Отцу и Сыну и Святому Духу
И ныне и присно и во веки векомо аминь.
Аллилуиа, аллилуиа, слава Тебе Боже
Аллилуиа, аллилуиа, слава Тебе Боже.
Таж Господи помилуй 3-ж Слава по сем начинает левая страна слав 2-ю и ныне.
ВНЕГДА ВОЗЗВАХ УСЛЫШИ МЯ, БОЖЕ ПРАВДЫ МОЕЯ,
ВО СКОРБИ РАСПРОСТРАНИЛ МЯ ЕСИ УЩЕДРИ МЯ И
УСЛЫШИ МОЛИТВУ МОЮ.
И УВЕДИТЕ ЯКО УДИВИ ГОСПОДЬ ПРЕПОДОБНОГО СВОЕГО.
ГОСПОДЬ УСЛЫШИТ МЯ ВНЕГДА ВОЗЗОВУ К НЕМУ.
Слава.
ПОЖРИТЕ ЖЕРТВУ ПРАВДЕ И УПОВАЙТЕ НА ГОСПОДА
И ныне.
ЗНАМЕНАСЯ НА НАС СВЕТ ЛИЦА ТВОЕГО ГОСПОДИ
Аллилуиа.
ЯКО ТЫ ГОСПОДИ ЕДИНАГО НА УПОВАНИИ ВСЕЛИЛ МЯ ЕСИ
Аллилуиа.
ВОНМИ ГЛАС МОЛИТВЫ МОЕЯ ЦАРЮ МОЙ И БОЖЕ МОЙ
Аллилуиа.
И ПОХВАЛЯТСЯ О ТЕБЕ ЛЮБЯЩИЕ ИМЯ ТВОЕ.
Господи помилуй 3-ж. Слава. Посем начинает правая страна слав 3-ю и ныне.
ГОСПОДИ БОЖЕ МОЙ НА ТЯ УПОВАХ СПАСИ МЯ
Левая страна тоиж слав.
ГОСПОДИ СУДИТЬ ЛЮДИ МОЯ СУДИ МИ ГОСПОДИ ПО ПРАВДЕ МОЕЯ
И ныне.
ПОМОЩЬ МОЯ ОТ БОГА, СПАСАЮЩАГО ПРАВЫЯ СЕРДЦЕМ
Аллилуиа.
ИСПОВЕМСЯ ГОСПОДЕВИ ПО ПРАВДЕ ЕГО И ПОЮ ИМЕНИ ГОСПОДНЮ ВЫШНЕМУ.
Аллилуиа.
ГОСПОДИ ГОСПОДЬ НАШ ЯКО ЧУДНО ИМЯ ТВОЕ ПО ВСЕЙ ЗЕМЛИ
Аллилуиа.
Тоиж стих [152].
Как видно, эта кафизма по образу ее исполнения не отличалась от псалмов-антифонов песненной вечерни. Все ее отличие состояло в том, что после „слав“ ее не было малых ектений, как это полагалось на песненной вечерне после каждого псалма-антифона.
Точно таким же образом исполнялись и светильничные псалмы. Целиком их не пели, а исполняли антифонно с особыми припевами следующие стихи:
Правый хор
„ГОСПОДИ ВОЗЗВАХ К ТЕБЕ [153],
прип. Услыши ны Господи.
ЕГДА ВОЗЗОВУ К ТЕБЕ
прип. тоиж.
Левый хор
Лев. крил. строк поем
ЖЕРТВА ВЕЧЕРНЯЯ
Прип. Услыши ны Господи.
Правый хор
НЕПЩЕВАТИ ВИНЫ О ГРЕСЕХ
НЕОТЫМИ ДУШУ МОЮ .
ГЛАСОМ МОИМ КО ГОСПОДУ ПОМОЛЮСЯ
прир. Воззвах к тебе спаси мя.
Левый хор.
ДА НЕ НАМАСТИТ ГЛАВЫ МОЕЯ
ДОНДЕЖЕ ПРЕЙДУ.
И ПЕЧАЛЬ МОЮ ПРЕД НИ ВОЗВЕЩУ.
прип. Воззвах к Тебе спаси мя.
Правый хор
„И НЕСТЬ ВЗЫСКАЯЙ ДУШУ МОЮ ИСПОВЕДАТИСЯ ИМЕНИ ТВОЕМУ.
ГОСПОДИ ГОСПОДИ УСЛЫШИ ГЛАС МОЙ.
прип. Христе Спасе помилуй нас.
Левый хор
ЧАСТЬ МОЯ ЕСИ НА ЗЕМЛИ ЖИВЫХ
ДОНДЕЖЕ ВОЗДАСИ МНЕ
ВНЕМЛЮЩЕ ГЛАС МОЛИТВЫ МОЕЯ
прип. Христе Спасе помилуй мя.
Правый хор
ЯКО ОТ ТЕБЕ ОЧИЩЕНИЕ ЕСТЬ
ДА УПОВАЕТ ИЗРАИЛЬ НА ГОСПОДА ПОХВАЛИТЕ ЕГО ВСИ ЛЮДИЕ
Левый хор
лев. крил. строк поем 1
ВО СЛОВО ТВОЕ УПОВА ДУША МОЯ НА ГОСПОДА
ОТ ВСЕХ БЕЗЗАКОНИЙ ЕГО
И ИСТИНА ГОСПОДНЯ ПРЕБЫВАЕТ ВО ВЕКИ [154].
Как видно из приведенного текста светильничных псалмов, хоры, чередуясь между собой, пели не полные стихи того или иного псалма, а отдельные фразы из них, которые, будучи изъяты из контекста псалма, иногда оказывались лишенными смысла, напр, „жертва вечерняя“ или „дондеже прейду“. В этом было непосредственное подражание тем начальным фразам вроде „И спах. Слава Тебе Боже“, которыми когда-то доместики начинали пение того или иного псалма-антифона на песненных последованиях. При таком исполнении псалмов молитвенное внимание присутствующих за богослужением сосредоточивалось на умилительных припевах: „Услыши ны Господи“, „Воззвах к Тебе, спаси мя“ и „Христе Спасе, помилуй нас“, которые прилагались к той или иной фразе псалма. К последним шести фразам припев не прилагался, так как они соединялись со стихирами.