Страница 25 из 39
Эти евангельские слова обычно воспринимаются с каким-то внутренним сопротивлением. Любовь к родным - это пример самой сильной земной человеческой любви. Заповедь состоит не в том, чтобы Бога любить в сто раз больше, чем маму с папой, здесь имеется в виду качественное различие - ничто вровень не может быть поставлено с Богом, а любая земная любовь дается нам как прообраз любви к Богу. Не возлюбив всецело одного лишь Бога, невозможно быть с Богом. Слова тяжелые, страшные для нас, столь многое возлюбивших на земле. Бог занимает лишь малое место у нас в уме, и Ему почти нет места в нашем сердце. Христос говорит, что тот, кто от всего отречется, все обретет. Тот, кто отвергает страстную любовь, отрекается от привязанности к близким, тот освобождает свое сердце. С него как бы спадают оковы, и тогда оно расширяется. Об этом пишет апостол Павел: "Сердце наше расширено. Вам не тесно в нас..." (2 Кор. 6, 11-12). Такое сердце способно вместить в себя всех. Обретается истинная любовь к ближним, чистая и святая, которая обнимает всех, в том числе и родственников, конечно. 139. Если возымеем пристрастие к пище, одежде, - это будет идолопоклонство... Старайтесь только Бога возлюбить и к Нему единому прилепиться. (495) Место Бога у нас в душе занято различными тленными вещами. Мы переживаем многое именно как источник блага для нас, источник утешения.
Но истинный источник благ - это только вечный Бог. Временное всегда обманывает нас. Привязываемся душою к людям - они умирают, пристращаемся к занятиям - они исчезают, или перестают нас интересовать, или мы теряем способность ими заниматься. Строим себе дома, приобретаем вещи, готовим пищу... Все съедается, проживается, ломается, в конце концов мы сами исчезаем, обычно раньше, чем то, что накопили. Но если душой и сердцем прилепимся к Богу, а не к тленному миру, то и на земле будем иметь благо и утешение, и в вечности - блаженство. 140. Уж нет этого хуже в обителях, как раздор, противоречие, презрение других. (432) И не только в монашеских обителях, а вообще нет ничего хуже, чем раздор, противоречие и презрение других. Как бы мы себя ни увешивали крестами, сколько бы мы ни причащались, если не будем преодолевать злобу и своеволие, если будем презирать друг друга, то христианами называем себя напрасно. 141. Когда мы в непокорении, в непослушании, в раздоре между собою, Господь Бог не может быть с нами... А где в обители провождают мирную жизнь, угодную Господу, там присутствуют ангелы. (434, 435) Бог, Он скромный, Он кроткий и ничего общего с нами, когда мы ропщем и злобствуем, не имеет - Он тихо от нас отступает. Так бывает и в человеческом общении. Нежный, тонкий, благородный человек не выдерживает грубой среды, он незаметно покидает ее. Так и Бог оставляет нас с нашей злобой.
Он насильно нас не переделывает, в Царство Небесное насильно не влечет. Если не исправимся в этой временной жизни, то так навечно и останемся наедине со своею самостью, со своей злобой. 142. Остеречь согрешающего ради общей пользы можно; примет ли он предостережение или не примет, только бы сказать не от злобы, со смирением, для спасения души ближнего. (449) Почему часто вроде бы доброе слово только раздражает человека? Потому что оно говорится от злого сердца. 143. Ежели кто сердится, враждует с сестрою, тот недостоин и в церковь ходить, и молитву приносить Господу. (460) Если человек в душе своей с кем-то враждует, то молитва его вменяется ему в грех и он не имеет права причащаться. Хотя грех, на поверхностный взгляд, небольшой и, казалось бы, не может сравниться ни с блудом, ни с убийством, ни с грабежом, но перед Богом нераскаянная ненависть равна убийству. Недооценка мысленных грехов происходит по двум причинам. Во-первых, за них не наказывает общество. Преступная мысль, пока она не стала словом или делом, неподвластна уголовному кодексу, и вообще, люди, не зная наших мыслей, не осуждают нас за них. Во-вторых, в мысленных грехах легче покаяться, нежели в совершенных делом. Отсюда возникает иллюзия невиновности, ненаказуемости. Греховная мысль кажется чем-то безобидным. Однако Божий суд вершится по иному кодексу.
Об этом Господь возвестил через Евангелие, и все мы предупреждены, что будем судимы за мысли так же, как и за дела. 144. Как я буду приносить Ему молитву, когда не слушаю Его? (460) Речь здесь идет не о немощах человеческих, а о том, чему человек отдает предпочтение: заповеди Божьей или своей злобе. Если он сознательно избирает злобу, признает, что у него есть право обижаться на людей, считать их виноватыми, значит, он сознательно идет против Бога. 145. Нам должно более любить Его, нежели бояться; демоны боятся; если в нас нет любви, то и мы им уподобляемся. (21) Мы имеем не спасительный страх Божий, а такой, который имеют бесы. Про них сказано: "Бесы веруют и трепещут", то есть у них страх безнадежный. Вот и нами обычно такой страх владеет. Мы Бога боимся, но не верим, что можем спастись. Мы находимся очень часто, незаметно для себя, в состоянии отчаяния и поэтому впадаем в такое духовное уныние, что думаем, если спастись невозможно, то хоть сейчас кусок урву, и погружаемся в житейскую суету. На самом же деле нужно Бога бояться, но не впадать в отчаяние. И все, что можем, делать для своего спасения. 146. "И вам, законникам, горе, что налагаете на людей бремена неудобоносимые, а сами и одним перстом своим не дотрагиваетесь до них" (Лк. 11, 46). То есть понуждаете людей и смущаете их совесть, заставляете делать то, что сами сделать не можете.
Самое обычное явление - взаимные поучения. Мы, еще и не прикоснувшись к деланию заповедей Божьих, любим поучать других. К Богу у нас такая холодность, что, если честно говорить, почти и не знаем Его и почти никогда не вспоминаем Его, какая уж там любовь. Заповедь о любви к Богу не исполняем, заповедь о любви к ближнему тоже, однако с утра до вечера друг друга поучаем, каждый в меру своего убогого понимания. Кто мнит себя духовным человеком, тот в духовном поучает, а кто о внутренних вещах не знает, тот о внешнем: как в храме стоять, как свечку ставить... Но понятно же, что учить других могут лишь те, кто призван к этому Богом (священники в церкви, начальники на работе, родители дома), или человек должен обладать особой благодатью Божьей или особой любовью к ближнему, когда он готов за него душу свою положить. Тогда можно любовью целый город обратить в христианство. Когда-то святитель Григорий Неокесарийский пришел в город Неокесария, где было семнадцать христиан. А через несколько лет там осталось семнадцать язычников. Своей любовью, своей молитвой святой Григорий привлек благодать Божью, которая обратила людей ко Христу, и они соединились любовью. Я человек грешный, но если я не буду с амвона проповеди говорить, то от этого мои грехи только умножатся. Так же и с родителями. Если они своих детей не воспитывают по ложному смирению - это грех. Каждый на своем месте обязан учить.
А если мы не поставлены учить, если мы любовью и смирением не переполнены, то нам лучше молчать, чтобы пустословием не умножать свои грехи. 147. Вы говорите в молитве: "Отче наш!". Если Он Отец, то и печется о вас. Скорее, говорит, матерь забудет исчадие, Аз же не забуду тебе. Создатель мой! Младенец к матери как бежит! А мы от Тебя удаляемся! (409) Мы должны были бы к Богу относиться, как любящие дети к любящей матери, а мы, как безумцы, убегаем от Него. И даже всемогущий Господь ничего не может сделать, если мы своевольно Его оставляем и уходим с пути заповедей Его.
Молитва
Без любви не увидим Бога * Страстная любовь неугодна Господу * Любовь, лишающая свободы, греховна * Не нас обязаны любить ближние, а мы их * Любим ли мы Бога, выясняется в страданиях * Житейские привязанности - наша немощь * Возненавидеть, чтобы возлюбить * Можно и мыслями изменять Богу * Как полюбить родственников * Если враждуем друг с другом, напрасно называемся христианами * В Царство Небесное насильно не гонят * Доброе слово от злого сердца * Враждующие не имеют права причащаться * Ненависть равна убийству * Учить других могут те, кто призван к этому Богом * Не умножайте грехи пустословием * 131. Без любви Божией, без мира с ближними лицезрения Божия не сподобимся. (7) Как бывает гангрена на руке или ноге, так и нелюбовь к ближнему - это гангрена нашей души. Если мы с Божьей помощью от этой болезни не излечимся, то будем отсечены от вечного Тела Церкви. 132. "Аще кто грядет ко Мне, и не возненавидит отца своего и матерь, и жену и чад, и братию и сестр, еще же и душу свою, не может Мой быти ученик" (Лк. 14, 26). Из письма Вашего видно, что Вы очень горячи к своей сестрице; сие не согласно с учением Христа Спасителя нашего. (85) Горячая человеческая любовь не согласна с учением Спасителя. И понятно почему. Сказано еще в Ветхом Завете, и Христос подтвердил эту заповедь: "Возлюби Господа Бога твоего всем сердцем твоим, всею мыслию твоею, всею душою твоею". Именно всем сердцем.