Страница 119 из 125
3. Заметь, возлюбленный, как и теперь (Бог) все ясно предрекает праведнику, и чтобы дать ему еще большее удостоверение, прилагает к имени его новую букву, и говорит: «Будешь отцом множества народов, и не будешь ты больше называться Аврамом, но будет тебе имя: Авраам, ибо Я сделаю тебя отцом множества народов». Прежнее имя его (Аврам) выражало переселение (слово Аврам на еврейском языке значит: переселенец, как это изъясняют сведущие в том языке); и так как он должен был выйти из своей земли в ханаанскую, то родители и дали ему такое имя. Может быть, кто–нибудь скажет: ведь родители его были неверные; откуда же у них могло быть такое предвидение, что они в самом имени (его) выразили то, что имело быть спустя долгое время? И это есть дело промыслительной премудрости Божией, которая часто чрез неверных устрояет такие случаи. Подобное много раз случалось, как мы можем видеть, и с другими; вот и сейчас приходит нам на память наименование Ноя. И ему не просто и не случайно родители дали такое имя, а предзнаменовали в нем через пять лет имеющий быть потоп. А что отец Ноя не потому дал такое имя своему сыну, что был добродетелен, послушай Писания, которое говорит ясно: «Ной был человек праведный и непорочный в роде своем» (Быт. 6:9). Не умолчало бы Писание и не сказало бы, что Ной один был праведен, если бы и Ламех, отец его, был ревнителем добродетели этого праведника.
Между тем, намереваясь дать своему сыну имя, (Ламех) говорит: «И нарек ему имя: Ной, сказав: он утешит нас в работе нашей и в трудах рук наших при [возделывании] земли, которую проклял Господь» (Быт. 5:29). Скажи, пожалуй, откуда у него (у Ламеха) такое знание о том, что должно было случиться через несколько поколений? Наречется, говорит он, имя ему Ной; «он утешит нас». Ной на еврейском языке означает покой. Итак, поелику (Ной) один только мог спастись во время потопа, покрывшего вселенную, и должен был положить начало бытию последующих (после потопа) родов, то он (Ламех) и говорит: «он утешит нас», упокоением называя потоп. Действительно, потоп, покрывши водами всю землю, отягченную грехами тогдашних людей и носившую на себе всякую скверну, и пресекши всякое зло беззаконных людей, очистил землю, которая сделалась нечистою от злобы своих жителей, и их самих чрез наказание упокоил: смерть бо, говорит Писание, мужу покой (Иов. 3:23). Теперь видишь ли, как нередко и чрез неверных предзнаменуется будущее по устроению Божию)? Таким же образом и этому праотцу (Аврааму) родители дали имя, заранее предзнаменуя то, что он будет пресельником, и, перешедши реку, пойдет в чужую землю. Итак, говорит Бог Аврааму, если имя, данное тебе родителями, предзнаменовало твое переселение оттуда сюда [т. е.
из земли отечественной в землю ханаанскую], то прими прибавление (к этому имени) буквы, в предзнаменование того, что ты будешь отцом многих народов. Заметь, какая точность в словах. Не сказал: всех «народов», а только — «множества». Так как были и иные народы, которым надлежало быть изгнанными оттуда [т. е. из земли ханаанской], чтобы семя праведника получило свое наследие, то Бог и говорит: «Будешь отцом множества народов». Зная величие твоей добродетели, Я сделаю тебя наставником многих народов, «и весьма, весьма размножу тебя, и произведу от тебя народы, и цари произойдут от тебя». Не пройдем, возлюбленные, без внимания этих слов. Если мы подумаем о возрасте праотца, — о том, что он услышал это в последней старости, то удивимся вере праведника и беспредельной силе человеколюбца Бога, который от человека, так сказать, уже умершего, ослабевшего телом и каждый день ожидающего своей кончины, предрекает такое умножение семени, что из него произойдут даже народы; и не только это предрекает, но что и «цари произойдут от тебя». Видишь ли, как постепенно возвышаются обетования? «Весьма, весьма, — говорит, — размножу тебя». Не без причины повторяет (Бог) это слово, а для того, чтобы показать праведнику необычайное множество (потомства).
Затем, через приложение буквы, на самом имени праотца, как бы на каком столпе, начертав неизгладимое знамение (своего) обетования, Бог говорит далее праотцу: «И поставлю завет Мой между Мною и тобою, и между потомками твоими после тебя в роды их, завет вечный в том, что Я буду Богом твоим» (ст. 7). Не только о тебе, говорит, покажу великое попечение, но и о семени твоем после твоей смерти. Смотри, как (Бог) ободряет дух праведника, обещая ему, что будет иметь великое промышление и о семени его. В чем же сила завета? «Я буду, — говорит, — Богом твоим и потомков твоих после тебя». Это будет величайшее из всех благ для тебя и для семени твоего. «И дам тебе и потомкам твоим после тебя землю, по которой ты странствуешь, всю землю Ханаанскую, во владение вечное; и буду им Богом» (ст. 8). За твою добродетель и потомки твои будут пользоваться Моим промышлением, и дам им землю «Ханаанскую, во владение вечное; и буду им Богом». Что значит: «И буду им Богом»? Это значит, что покажу о них великое попечение и промышление, во всем буду являть им Свою помощь; только «ты же соблюди завет Мой, ты и потомки твои после тебя в роды их» (ст. 9). Ничего другого не требую от вас, кроме послушания и благодарности; а Я все, что обещал, исполню.
4. Но, желая усвоить Себе потомков (Авраама) и сделать их Своим народом, Бог не хотел, чтобы с течением времени, когда они размножатся, они смешались с теми народами, землю которых должны были наследовать; затем, так как впоследствии, по Его предречению, они должны были еще подвергнуться рабству в Египте, то, чтобы и там они не смешались с египтянами, Бог в качестве знамения заповедует праведнику обрезание и говорит: «Сей есть завет Мой, который вы [должны] соблюдать между Мною и между вами и между потомками твоими после тебя: да будет у вас обрезан весь мужеский пол; обрезывайте крайнюю плоть вашу» (ст. 10, 11). Потом, вразумляя их и всех нас о том, для чего дал такую заповедь, — именно для того, чтобы это было знаком избранного народа Его, Он говорит: «И сие будет знамением завета между Мною и вами» (ст. 11). Далее назначает и время, когда должно совершать (обрезание). «Восьми дней от рождения, — говорит, — да будет обрезан у вас в роды ваши всякий [младенец] мужеского пола, рожденный в доме и купленный за серебро» (ст. 12), словом — все вообще, живущие с вами, примут это знамение. И всякий, кто не обрежется в назначенный день, «истребится» за то, что разорил завет Мой, преступил заповедь (ст. 14).
Заметь премудрость Господа, как Он, предвидя в будущем развращение сердец их, полагает на них как бы некую узду, дает им такое знамение — обрезание, чтобы обуздать неукротимые страсти их и не допустить их до смешения с языческими народами. Он знал их похотливость и то, что они не воздержатся от животных стремлений, несмотря ни на какие внушения; поэтому, давая им всегдашнее напоминание в знамении обрезания, Он полагает на них это знамение, как бы некоторые узы, назначает им меру и пределы, которых они не должны были преступать, оставаясь всегда в кругу своего племени, и не позволяя себе никакого смешения с другими народами, и таким образом сохраняя чистым семя своего праотца (Авраама), чтобы и обетования Божии могли на них исполниться. И как иной честный и скромный человек, имея невоздержную рабу, обуздывает ее тем, что дает ей ограничительное правило никогда не выходить за ворота своего Бога и не показываться проходящим, а часто еще и ноги ее заключает в узы, чтобы, хотя таким образом, можно было удержать ее неумеренность, — так и человеколюбец Господь полагает на плоть знамение обрезания, как узы на ноги, чтобы постоянно имея при себе такое напоминание, они (евреи) не нуждались уже в наставлении от других. Но неразумные и бесчувственные иудеи хотят и ныне, вовсе безвременно, хранить обрезание, и обнаруживают (тем) в себе детский смысл.
Для чего, в самом деле, скажи мне, хотят они ныне обрезываться? Тогда они получили эту заповедь, чтобы не смешиваться с другими нечестивыми народами, а ныне, когда по благодати Божией все (народы) приводятся к свету истины, какая польза в обрезании? Разве отсечение плоти способствует сколько–нибудь свободе души? Не слышали ли они (евреи), как ясно Бог сказал: «И сие будет знамением завета», — как бы показывая тем, что (только) по великому своему неразумию они имели нужду в таком знамении? Подобное часто бывает и в делах человеческих. Когда мы не доверяем кому–нибудь, то стараемся получить от него какой–либо знак в виде залога; так и Бог всяческих, зная легкомыслие их (евреев), восхотел потребовать от них этого знамения — не с тем, чтобы оно осталось навсегда, но чтобы, с окончанием тогдашнего завета, было отменено и употребление этого знамения. Как между людьми, требующими друга от друга какого–либо знака или залога, этот знак тотчас уничтожается, как скоро кончится между ними предпринятое дело, так точно и здесь.