Страница 92 из 109
Не сказала: я та самая жена, которую ты обидел, оскорбил и осмеял за невоздержание и пьянство; вот Бог показал тебе, что я не пью, и что напрасно ты обвинил меня в том. Ни одного такого жесткого слова она не сказала, а говорит с большою скромностью. Хотя на своей стороне она имеет свидетельство самого исхода дела и может теперь упрекнуть священника, напрасно и без причины осудившего ее, однако она де делает этого, но говорит только о Божием благодеянии. И посмотри на благородство этой рабы. Когда она страдала, то никому не открывала своего несчастья, и не сказала священнику: у меня есть соперница, которая оскорбляет и поносит меня, и имеет много детей, а я, живя скромно, никак доселе не могла сделаться матерью; Бог заключил мою утробу, и, видя меня в скорби, не умилосердился надо мною. Ничего такого она не сказала, но, умолчав о виде своего несчастья, объяснила только, что она страдает душою сказав: «Я — жена, скорбящая духом»; да и этого не сказала бы, если бы не вынудил ее к тому священник подозрением в нетрезвости. Когда же перенесла она эту рану, и Бог даровал ей по ее прошению, тогда она открывает это благодеяние священнику, желая иметь его участником в благодарении, как тогда имела участником в молитве, и говорит: «О сем дитяти молилась я, и исполнил мне Господь прошение мое, чего я просила у Него; и я отдаю его Господу». Смотри, как она скромна.
Не подумай, говорит, будто я, посвящая (Богу) сына, делаю что–нибудь великое и удивительное. Не я виновница этого дела: я плачу долг. Я получила залог, и возвращаю его Тому, Кто дал. Говоря эти слова, она и себя, вместе с дитятей, посвящала Богу, привязав себя к храму, как бы цепью, природным сочувствием.
4. Если доброе расположение человека там, где его сокровище (Мф. 6:21; Лк. 12:34), то тем более душа матери была там, где ее дитя; и чрево ее вновь исполнялось благословения. Когда она сказала эти слова и помолилась, послушай, что говорит священник Елкане: «Да даст тебе Господь детей от жены сей вместо данного, которого ты отдал Господу!» (1 Цар. 2:20). В начале он не сказал: «Да даст тебе», но как? «И Бог Израилев исполнит прошение твое» (1 Цар. 1:17). Когда же она сделала Бога должником своим, тогда говорит: «Да даст тебе», внушая добрую надежду на будущее. Если Бог дал не вследствие долга, то тем более воздаст после того, как Сам получил. Итак, первый сын получил начало от молитвы, а следовавшие за ним — от благословения; и таким образом весь плод этой жены был освящен. Первенец был подвигом жены, а второй — ее и вместе священника. Как тучная и плодоносная земля, приняв семена, производит обильную ниву, так и эта жена, приняв с верою слова священника, дала нам другие добрые колосья, и отменила древнее проклятие, родив по молитве и благословению. И ты, жена, ей подражай. Если ты бездетна, помолись также, и попроси священника, чтобы он принял участие в твоей молитве. Подлинно, если ты примешь слова с верою, благословение отцов произрастит добрый и зрелый плод. Когда же сделаешься матерью, посвяти и ты своего сына Богу. Она ввела в храм, а ты себя саму сделай царским храмом.
Члены ваши, сказано, суть тело Христово «Храм живущего в вас Святаго Духа» (1 Кор. 6:15, 19). И в другом месте: «Вселюсь в них и буду ходить [в них]» (2 Кор. 6:16). Не странно ли, что обветшавший и готовый упасть, дом мы поправляем, издерживаем на это деньги, приглашаем строителей и употребляем все усилия, а дом Божий (именно домом Божиим может быть душа юноши) не удостаиваем и обыкновенного попечения? Смотри, чтобы не услышать тебе того же, что некогда услышали иудеи. Так как они, по возвращении из плена, оставили в небрежении этот чувственный храм, а собственные дома украшали, то этим так огорчили Бога, что Он послал к ним пророка — предсказать голод и оскудение всего необходимого и указать причину такой угрозы; она состоит в том, что вы живете в домах истесанных, «тогда как дом сей в запустении» (Агг. 1:4). А если нерадение о том храме возбудило такой гнев Божий, то тем более небрежение об этом храме оскорбит Господа, потому что последний тем досточтимее первого, чем более имеет символов святости. Не попусти же дому Божию сделаться вертепом разбойников, чтобы не услышать тебе и другого обличения, которое Христос сделал иудеям: «Дом» Отца Моего «домом молитвы наречется; а вы сделали его вертепом разбойников» (Мф. 21:13, Лк. 19:46). Как же он делается вертепом разбойников? Когда мы допустим войти и поселиться в душах юношей низким и грубым пожеланиям и всякому распутству.
Такие помыслы свирепее разбойников, отнимая у детей свободу, делая их рабами безумных страстей, поражая их со всех сторон и нанося душе их множество ран. Поэтому каждодневно будем заботиться об этом и, пользуясь словом, как бичом, будем изгонять все такие страсти из их души, чтобы дети были в состоянии вместе с нами принять участие в высшей жизни и совершить всякое в ней служение. Не видите ли, как живущие в городах, лишь отнимут детей своих от груди, тотчас заставляют их носить масличные ветви, делают их судьями состязаний, начальниками этих состязаний и хоров? Так будем делать и мы: с раннего возраста будем вводить их в жизнь небесную, потому что эта земная жизнь требует только трат, а пользы никакой не приносит.
5. Скажи мне, в самом деле, какая может быть польза от народных похвал? Когда наступает вечер, тотчас прекращается весь этот шум и рукоплескания; когда пройдет праздник, остаются без всякого удовольствия; повеселившись, как будто во сне, и не находя, несмотря на свои поиски, радости, которую доставил им венок, или блестящая одежда, или какая–либо другая роскошная вещь: все это пробежало мимо их быстрее ветра.
А жизнь небесная совсем не такова: не требуя издержек, она приносит нам великую и верную пользу. Ведущему такую жизнь рукоплещут постоянно — не люди нетрезвые, а сонм ангелов. Что говорю: сонм ангелов? Сам Владыка ангелов похвалит и прославит его. А кого хвалит Бог, тот не один, не два и не три дня, но вечно торжествует с венцом на голове, и никогда не увидишь его голову лишенною этой славы. Время этого торжества не ограничено определенными днями, а продолжится в бесконечность будущего века. К тому, чтобы совершилось это служение, никогда не может служить препятствием бедность; напротив —
Это служение пусть совершают и у нас не только дети мужеского пола, но и дочери. К нему призваны не одни мужчины, как это бывает в мирских делах; на это зрелище принимаются и жены, и старцы, и юноши, и рабы, и свободные. Там, где дело идет о проявлениях души, не может служить препятствием ни пол, ни возраст, ни житейское отличие, и ничто другое. Поэтому прошу всех вас посвящать на это служение сыновей и дочерей своих с самого раннего возраста, и заготовлять для них богатство, свойственное этой жизни, не закапывая в землю золота и не собирая серебро, но слагая в душе их кротость, целомудрие, скромность и все другие добродетели. Таких свойств требует это служение. И если это богатство мы соберем и для себя и для детей, то и в настоящей жизни насладимся великим счастьем, и в будущей услышим тот блаженный голос, которым Христос прославляет всех исповедавших его. А исповедание бывает не только чрез веру, но и чрез дела; если нет этого последнего, то мы находимся в опасности — быть наказанными наравне с отвергшимися (Господа). Ведь, не один способ отречения, но много и есть различные, которые и описывает нам Павел в следующих словах: «Говорят, что знают Бога, а делами отрекаются» (Тит. 1:16); и в другом месте: «Если же кто о своих и особенно о домашних не печется, тот отрекся от веры и хуже неверного» (1 Тим. 5:8); и еще: бегайте «любостяжание, которое есть идолослужение» (Кол. 3:5).
А если есть столько способов отречения, то очевидно, столько же, и еще больше, есть и способов исповедания. Постараемся же всеми ими исповедать (Бога), чтобы и нам получить небесную честь, по благодати и человеколюбию Господа нашего Иисуса Христа, чрез Которого и с Которым Отцу, со Святым Духом, слава, ныне и присно, и во веки веков. Аминь.
СЛОВО 4
К тем, которые оставляют священные собрания и уходят на зрелища; также о том, что быть в церкви не только полезнее, чем быть на зрелищах, но и приятнее; далее о второй молитве Анны, и о том, что нужно молиться непрестанно и во всяком месте, будем ли мы на площади, или на пути, или на ложе.