Страница 95 из 133
Вот ты живешь в удовольствии, вот упиваешься сегодня и завтра, и десять, и двадцать, и тридцать, и пятьдесят, и сто лет, — это невозможно, однако же допустим, если угодно. Какой же конец? Какая польза? Никакой. А потому не достойна ли слез и плача такая жизнь? Бог поставил нас на это поприще, чтобы увенчать нас, а мы сходим с него, не сделавши ничего доблестного. Итак, Павел плачет о том, чему другие смеются, чем другие услаждаются: столько–то он сострадателен, так–то он заботится о всех людях! «Их», — говорит, — «бог — чрево». Потому бог у них — «Станем есть и пить» (1 Кор. 15:32). Видишь ли, как худо удовольствию? У одних бог деньги, а у других — чрево. Таковые не идолопоклонники ли, даже не хуже ли их? «И слава их», — говорит, — «в сраме». Некоторые говорят, что этими словами указывается на обрезание; а я говорю совсем другое, именно вот что значат эти слова: они величаются тем, чего бы надлежало им стыдиться. То же говорит (апостол) в другом месте: «Какой же плод вы имели тогда? Такие дела, каких ныне сами стыдитесь» (Рим. 6:21)? Делать постыдное — тяжкий грех; грех наполовину уменьшается, если делающий стыдится; а когда кто еще хвалится постыдным, то это верх бесчувствия. Но об них ли одних сказано это? Не подлежит ли кто из присутствующих здесь с нами тому же обвинению? Или никто из вас не заслуживает его? Никто не почитает чрева богом? Не поставляет славы своей в студе?
Желаю, сильно желаю, чтобы подобного ничего нельзя было приложить к нам, желал бы даже не знать такого, кому бы сказанное можно было поставить в упреке, но боюсь, не к нам ли более, нежели к своим современникам, говорит (апостол). Ведь если кто всю жизнь тратит на то, чтобы пить и есть, нищим уделяет мало, а больше издерживает на чрево, — то не прилично ли и к такому отнести сказанное?
2. Ничто не может, более побудить стыд, и быть укорительнее этого изречения: «Их бог — чрево, и слава их — в сраме». Кто это такие? Те, которые «мыслят о земном», которые говорят: мы построим дома. Где? На земле. Говорят: купим поля, — опять на земле; получим власть, — опять на земле; достигнем славы, — тоже на земле; разбогатеем, — все на земле. Вот те, «их бог — чрево»! Те, которые не думают о духовном, которых все заботы и помышления ограничиваются землей, поистине имеют богом чрево, говоря: «Станем есть и пить, ибо завтра умрем!» (1 Кор. 15:32). И после того ты еще сетуешь, что тело твое из земли, хотя это нисколько не вредит тебе по отношению к добродетели; между тем, скажи мне, ты смеешься и забавляешься, низводя удовольствиями душу до праха, и вовсе не думая об этом? Какое же прощение получишь ты, повергнув себя в такую бесчувственность, тогда как и самое тело должно сделать духовным? И это возможно, если бы ты пожелал. Тебе дано чрево для того, чтобы питать, а не расширять его; чтобы управлять им, а не подчиняться ему; чтобы оно тебе служило для питания прочих частей, а не ты ему служил, — не для того, чтобы ты выходил из границ. Не столько зол причиняет выступившее из берегов море, сколько желудок вредит телу нашему и вместе душе. Море потопляет всю землю, а желудок (обременяет) все тело. Положи ему пределом довольство, как Бог оградил море песком.
И если он волнуется, если свирепствует, — запрети ему властью тебе данной. Смотри, как Бог почтил тебя разумом, чтобы ты подражал Ему; а ты не хочешь, но, видя желудок переполненным и расстраивающим всю твою природу, и обращающимся в болото, не смеешь сдержать и сделать умеренным. «Их бог», — говорит, — «чрево». Посмотрим, как Павел служил Богу; посмотрим, как и чревоугодники (служат) чреву. Не подвергаются ли они бесчисленным смертям? Не боятся ли отказать ему в каком бы то ни было требовании? Не раболепствуют ли ему даже в невозможном? Не хуже ли они невольников? Но Павел не таков, потому он и сказал: «Наше же жительство — на небесах». Не будем же и мы искать покоя здесь (на земле); пожелаем сделаться славными там, где и житие наше. «Откуда», — говорит, — «мы ожидаем и Спасителя, Господа нашего Иисуса Христа, Который уничиженное тело наше преобразит так, что оно будет сообразно славному телу Его». Постепенно возводит нас: с неба, говорит, Спаситель наш, доказывая величие местом и лицом. «Который уничиженное тело наше», — говорит, — «преобразит». Тело наше ныне много терпит; его вяжут, бьют, оно претерпевает бесчисленные беды. Но и тело Христово столько же терпело. На это он намекает, говоря: «что оно будет сообразно славному телу Его». Потому, хотя тело то же самое, но облекается в бессмертие. «Преобразит», — говорит.
Следовательно (оно будет иметь) и другой образ; или же он так назвал изменение в несобственном смысле. Сказал же — «уничиженное тело наше» потому, что оно ныне уничижено, подвержено тлению, болезни; ныне оно кажется ничтожным и ничем не лучше прочих (тел). «Что оно будет сообразно», — говорит, — «славному телу Его». Увы! Это тело будет сообразно тому телу, которое сидит одесную Отца, которому поклоняются ангелы, которому предстоят бесплотные силы, которое превыше всякого начальства, власти и силы, — вот какому оно сообразно будет. Итак, если вся вселенная будет слезно оплакивать (людей), потерявших эту надежду, то оплачет ли она достойно, что и при данном нам обещании — «что оно будет сообразно» тело наше отходит вместе с демонами? Я не упоминаю уже о геенне; что бы ты ни сказал — все почитаю за ничто в сравнении с такой потерей. Что ты говоришь, Павел? Тому ли сообразно будет? Да, говорит. А для удостоверения приводит и доказательство: «Силою», — говорит, — «которой Он действует и покоряет Себе все». Христос имеет силу, говорит (апостол), покорить Себе все, следовательно, и тление и смерть, и преимущественно той же самой силой Он сделает и это. И для чего, скажи мне, потребно больше силы: покорить ли ангелов, и архангелов, и херувимов, и серафимов, и демонов, или сделать тело нетленным и бессмертным? Без сомнения гораздо более для первого, нежели для последнего.
Он показал большие дела Своей силы, чтобы ты и последнему поверил. Итак, хотя вы видите (миролюбцев) в радости, хотя видите в славе, — стойте, не соблазняйтесь их примером, и не страшитесь. Надежда (на прославление тела) сильна возбудить самого ленивого и сонливого. «Итак, братия мои возлюбленные и вожделенные, радость и венец мой, стойте так в Господе, возлюбленные» (4:1). «Так» — каким образом? Как вы стояли непреклонными. Смотри как он после увещания присовокупляет похвалы: «радость и венец мой». Не только радость, но и слава; не только слава, но и венец. Той славе ничего нет равного, — когда они составляют венец Павла. «Стойте так в Господе, возлюбленные», т. е. в надежде на Бога. «Умоляю Еводию, умоляю Синтихию мыслить то же о Господе. Ей, прошу и тебя, искренний сотрудник, помогай им» (ст. 2, 3).
3. Некоторые говорят, что (апостол) этими словами — «искренний сотрудник» просит жену свою; но это несправедливо: он просит какую–то жену, или мужа одной из них. «Помогай им», — говорит, — «подвизавшимся в благовествовании вместе со мною и с Климентом и с прочими сотрудниками моими, которых имена — в книге жизни». Видишь ли, как он свидетельствует об их добродетели? Что Христос сказал (апостолам): «Однако же тому не радуйтесь, что духи вам повинуются, но радуйтесь тому, что имена ваши написаны» в книге жизни (Лк. 10:20), то же свидетельство он дает им (филиппийцам) словами: «которых имена — в книге жизни». Мне кажется, что эти жены были важны в церкви (филиппийской), и он препоручает их мужу, конечно — достойному удивления, которого и называет сотрудником, — которому, быть может, он обыкновенно поручал как споспешнику, сподвижнику, соучастнику и брату. Это он делает и в послании к Римлянам, говоря: «Представляю вам Фиву, сестру нашу, диаконису церкви Кенхрейской» (Рим. 16:1). «Сотрудник». Так он называет или какого–нибудь брата их, или мужа одной из них; как бы так сказал: ныне ты искренний брат, ныне ты истинный муж, потому что сделался членом. «Подвизавшимся в благовествовании вместе со мною». Твоя честь в тебе, не в дружбе, но в добрых делах. «Подвизавшимся вместе со мною». Что ты говоришь? Жены подвизались вместе с тобою? Да, говорит; немало и они помогали.