Страница 75 из 146
Как неведение о величии сана делает беспечными тех, которые почтены им, так познание делает их признательными и располагает их к большему усердию. С другой стороны стыдно и смешно было бы, получивши от Бога такую честь, не знать, что значат ее названия. Но что я говорю об этом даре? Если ты станешь размышлять об общем имени рода нашего, то и отсюда получишь величайший урок и увещание к добродетели. Это имя — «человек» — мы определяем не так, как внешние (язычники), но как повелевает Божественное Писание. Человек — не тот, кто имеет только руки и ноги человеческие, и не тот, кто имеет только разум, но кто с ревностью упражняется в благочестии и добродетели. Так, послушай, что Писание говорит об Иове: сказав, что «был человек в земле Уц», оно не описывает его теми признаками, которыми описывают человека внешние, и не говорит, что он имел две ноги и широкие ногти, но, соединяя отличительные черты его благочестия, говорит: «непорочен, справедлив и богобоязнен и удалялся от зла» (Иов. 1:1), выражая, что это и есть «человек». Так и другой говорит: «бойся Бога, и заповеди Его соблюдай, потому что в этом все для человека» (Еккл. 12:13). Если же название «человек» заключает в себе такое увещание к добродетели, то тем более название «верный».
Верным ты называешься потому, что веруешь в Бога и тебе самому Он верит, подавая оправдание, освящение, чистоту души, усыновление, царство небесное, все это Он вверил и предоставил тебе, а ты со своей стороны вверяешь и предоставляешь Ему другое: милостыню, молитвы; целомудрие и все прочие добродетели. Но что я говорю — милостыню? Если ты подаешь Ему даже «чашу холодной воды» (Матф. 10:42), и это не погибнет для тебя, но и это Он верно сохранит до того дня и воздаст с великим избытком: то и удивительно, что Он не только сохраняет вверенное Ему, но и умножает это воздаяниями.
То же повелел Он и тебе, по твоим силам, делать с тем, что тебе вверено: увеличивать святость, которую ты получил, делать более светлой праведность, полученную через крещение, являть более блистательным этот дар, — как поступал и Павел, который последующими трудами, ревностью и усердием умножил все блага, им полученные. И заметь попечение Божье: Он и не все дал тебе здесь, и не всего лишил, но одно дал, а другое обещал. Для чего же Он не все дал здесь? Для того чтобы ты показал веру в Него, по одному обещанию Его, веруя в то, что еще не дано. А для чего, с другой стороны, Он не отложил всего до той жизни, но даровал и благодать Духа, и праведность, и освящение? Для того чтобы облегчить тебе труды и через то, что уже дано, возбудить благую надежду на то, что будет. Потому ты и будешь называться новопросвещенным, что у тебя всегда будет, если захочешь, новый свет, никогда неугасающий. Обыкновенный свет, хотя бы мы желали или не желали, сменяется мраком, а это солнце не знает тьмы: «свет во тьме светит, и тьма не объяла его» (Иоан. 1:5). Действительно, не столько светел бывает мир при лучах восходящего солнца, сколько ясна и светла душа, получившая благодать Духа.
Вникни тщательнее в природу вещей: ночью во время мрака, иной, увидев веревку, часто принимает ее за змея, от приближающегося друга убегает как от врага, и, услышав какой–нибудь шум, объемлется страхом, а днем не бывает ничего такого, но все является таким, каково оно есть. То же случается и с нашей душой: когда нисшедшая благодать изгоняет из ума тьму, тогда мы познаем точное значение вещей и для нас становится ничтожным то, что прежде казалось страшным. Мы уже не боимся смерти, верно научившись от этого священного тайнодействия, что смерть не есть смерть, а сон и временное успокоение; не боимся ни бедности, ни болезни, и ничего другого подобного, узнав, что мы шествуем к жизни лучшей, нетленной, бессмертной и свободной от всякого такого нестроения.
2. Итак, не будем более прилепляться к житейскому, — ни к роскошной трапезе, ни к драгоценным одеждам; ты имеешь одежду важнейшую, имеешь трапезу духовную, имеешь славу высшую, и Христос для тебя все — и трапеза, и одежда, и дом, и глава, и корень. «Все вы, во Христа крестившиеся, во Христа облеклись» (Гал. 3:27), — вот, как Он стал одеждой для тебя. Хочешь ли знать, как Он делается для тебя и трапезой? «Ядущий Меня», говорит Он, «как послал Меня живый Отец, и Я живу Отцом, жить будет Мной» (Иоан. 6:57). Он делается и домом для тебя: «ядущий Мою Плоть пребывает во Мне, и Я в нем» (Иоан. 6:56). Также и корнем: «Я есть лоза», говорит Он, «а вы ветви» (Иоан. 15:5). Он же и брат твой, и друг, и жених: «Я уже не называю вас рабами: вы друзья Мои» (Иоан. 15:14–15). И Павел говорит: «я обручил вас единому мужу, чтобы представить Христу чистой девой» (2 Кор. 11:2). И еще: «дабы Он был первородным между многими братьями» (Римл. 8:29). И не только мы — братья Его, но и дети: «вот», говорит, «я и дети, которых дал мне Господь» (Ис. 8:18). И не только дети, но и «члены» Его и «тело» Его (1 Кор. 12:27). Но, находя все вышесказанное как бы недостаточным для выражения любви и благоволения, которые Он являет к нам, Он предложил и другое, большее и ближайшее доказательство, назвав Себя нашей «главой» (Ефес. 1:22).
Зная все это, возлюбленный, воздавай своему Благодетелю лучшим образом жизни, и, представляя себе величие жертвы, украшай члены своего тела. Подумай, что принимаешь ты рукой — и никогда не допускай ей ударить кого–нибудь, чтобы не посрамить руки, удостоившейся такого дара, грехом биения; подумай, что принимаешь ты рукой, и соблюдай ее чистой от любостяжания и всякого хищения. Помышляй, что не только рукой ты принимаешь, но и к устам приближаешь жертву, и соблюдай язык чистым от срамных и обидных слов, от богохульства, клятвопреступления и всего другого подобного, так как гибельно — тот язык, который служит столь страшным таинствам, обагрен такой кровью и сделался золотым мечом, обращать в орудие злословия, оскорблений и посмеяния; устыдись чести, которой удостоил его Бог, и не унижай его бесчестием греха. Обрати внимание также на то, что после руки и языка еще сердце приобщается этого страшного таинства, и никогда не строй козней против ближнего, но соблюдай ум свой чистым от всякого злоумышления; таким же образом ты можешь оградить и глаза, и уши. Разве не нелепо после этого таинственного голоса и нисходящего с небес, т. е. от херувимов, осквернить слух блудными песнями и развратными напевами? Не достойно ли крайнего наказания — теми же глазами, которыми созерцаешь неизреченные и страшные таинства, смотреть на блудниц и мысленно совершать прелюбодеяние?
Ты, возлюбленный, приглашен на брак; не входи же одетым в грязные одежды, но возьми одежду, приличную браку. Если люди, приглашенные на чувственные браки, хотя бы они были беднее всех, часто заимствуют или покупают чистую одежду и, таким образом, являются к пригласившим их, — то ты, приглашенный на брак духовный и пиршество царское, подумай, какую тебе нужно было бы купить одежду, или — лучше — и покупать не нужно, а сам Зовущий дает тебе ее даром, чтобы ты не мог ссылаться и на бедность. Храни же ту одежду, которую ты получил; если ты потеряешь ее, то уже не сможешь ни занять, ни купить ее, потому что такая одежда нигде не продается. Слышал ли ты, как некогда приглашенные к таинству стенали и били себя в грудь от угрызения совести? Смотри же, возлюбленный, чтобы и тебе когда–нибудь не потерпеть этого; а как не потерпишь, если не оставишь худой привычки к злу? Посему я и прежде говорил, и теперь говорю, и не перестану говорить, что, кто не исправил своих нравственных недостатков и не приготовил себя к добродетелям, тот пусть и не крестится. Эта купель может отпустить прежние грехи; но не мал страх и не маловажна опасность, чтобы мы опять возвратились к ним, и чтобы врачевство не сделалось для нас язвой. Чем больше благодать, тем строже будут наказаны те, которые после того согрешают.
3. Итак, научимся отсюда — не возвращаться к прежней блевотине (2 Петр. 2:12). А что нужно наперед покаяться и отстать от прежних пороков, и, таким образом, приступать к благодати, об этом, послушай, что говорит Иоанн, и что верховный из апостолов, имеющим креститься. Первый говорит: «сотворите же достойные плоды покаяния и не думайте говорить в себе: отец у нас Авраам» (Лук. 3:8); а второй говорил спрашивавшим его: «покайтесь, и да крестится каждый из вас во имя Иисуса Христа» (Деян. 2:38). Кающийся уже не допускает тех дел, в которых покаялся; посему нам и заповедано говорить: «отрекаюсь от тебя, сатана», — чтобы нам уже не возвращаться к нему.