Творения

И снова: а Павел, стремясь к цели, — к почести горнего звания, восхищен чрез cиe до третьяго небесе (2 Кор. 12, 2); когда же, узрев горнее, он потом сошел, то и нам возвестил, благовествуя, то, что написано к Евреям: не приступисте бо, говорит он, к горе осязаемей и разгоревшемуся огню, и облаку и сумраку, и буре и трубному звуку, и гласу глагол… Но приступисте к Сионстей горе и ко граду Бога живаго, Иерусалиму небесному и тмам Ангелов, торжеству и церкви первородных на небесех написанных (Евр. 12, 18–19, 22–23). И кто же не возжелал бы насладиться этим небесным сожительством? И кто не почел бы за счастье написаться с таковыми, чтобы с ними же и услышать: приидите, благословеннии Отца Моего, наследуйте уготованное вам Царствие от сложения мира (Mф. 25, 34)?

Отрывок из сорок четвертого праздничного послания святого Афанасия

Коего начало таково: «все, что Господь и Спаситель наш Иисус Христос за нас и для нас совершил»…

А когда слуги первосвященников и книжников увидели cиe и услышали от Иисуса: аще кто жаждет, да приидет ко Мне и пиет (Ин. 7, 37); то узнали, что это был не простой человек, как они, но Тот, Кто и святым даровал питие; и что Он Тот, Кто был предузнан пророком Исаиею, поелику Он воистину — cияниe света и Слово Бога. И таким образом напаял Он древле, как поток из источника рай, а теперь дарует Он так же благодатный дар Духа каждому, говоря: аще кто жаждет, да приидет ко Мне и пиет. Веруяй в Мя, якоже рече Писание, реки от чрева его истекут воды живы (Ин. 7, 37, 38). Ни один человек не мог сказать сего, но только Бог Живый, Который воистину дарует жизнь и Святого Духа.

Отрывок из сорок пятого праздничного послания святого Афанасия

Все вознесем жертвы наши, не забывая касательно общения с бедными; и войдем во святилище, по написанному, — куда предтечею за нас вошел Иисус, вечное искупление обретый (Евр. 9, 12). От него же… Велико чудо cиe, что мы, бывшие пришельцами, нарицаемся своими; и те, которые были никогда чужими, получаем звание сограждан святых и чад небесного Иерусалима, образом которого был тот, который построил Соломон. Ибо, если Моисей все устроил сообразно с тем, как показано было на горе; то ясно, что совершавшееся в скинии служение было образом небесных таинств, к которым восхотев и нас возвести, Он уготовал нам путь новый и пребывающий. А если все ветхое было образом нового, то образ горней радости и нынешнее празднество, совершая шествие к которому с псалмами и песнями духовными, положил начало Поста.

Текст приводится по изданию: Святитель Афанасий Великий. Творения в 4–х томах. Том III. — М.: Спасо–Преображенский Валаамский монастырь, 1994. — С. 376–524. Репринтное воспроизведение издания: Свято–Троицкая Сергиева Лавра, 1902–1903, из фондов Государственной Исторической библиотеки.

Четыре послания к Серапиону, епископу Тмуисскому

К Серапиону, епископу Тмуисскому, послание 1–е. Против хулителей, утверждающих, что Дух Святой есть тварь.

1) Писание священной любви твоей отдано мне было в пустыне. Жестокое воздвигнуто против нас гонение, усильны поиски ищущих смерти моей, но Отец щедрот и Бог всякие утехи (2 Кор. 1, 3) утешил меня писанием твоим. Воспоминая любовь твою и любовь всех искренно мне преданных, представлял я тогда себе, что они со мною. И потому весьма обрадован был, держа в руках письмо твое.

Но, прочитав написанное, возболел я снова духом, что есть люди, однажды навсегда замыслившие идти против истины. И сам ты, возлюбленный и истинно желаннейший, со скорбью пишешь, что некоторые, хотя отступили от ариан за хулу их на Сына Божия, однако–же неправо мыслят о Святом Духе, и утверждают, будто бы Дух Святой не только есть тварь, но даже один из служебных духов, и единственно степению отличается от Ангелов. Но это притворное только разногласие с арианами, действительное же прекословие благочестивой вере. Как ариане, отрицая Сына, отрицают и Отца, так и эти, произнося хулу на Духа Святого, хулят и Сына. Те и другие разделили между собою жребий противления истине, и за неправомыслие свое, одни о Слове, а другие о Духе, виновны в одинаковой хуле на Святую Троицу. Итак, видя это, долго размышлял я сам с собою, и восскорбел духом, что диавол снова отыскал случай наругаться над подражателями его безумия.

И хотя положено было мною в настоящее время молчать, однако–же, убеждаемый твоим преподобием, подвигнутый иномыслием и сатанинскою продерзостью этих еретиков, пишу это послание, как едва достает моих сил, пишу кратко, чтобы ты, в написанном имея для себя повод, по свойственному тебе благоразумию, сам присовокупил недостающее, и таким образом, обличение злочестивой ереси сделалось полным.

2) Итак, мнение это нечуждо ариан; однажды решившимся отрицать Божие Слово естественно изрекать такие хулы и на Духа. Поэтому и в опровержение ариан нет нужды говорить что–либо новое; достаточно и того, что сказано против них прежде. Но с погрешающими в учении о Духе надобно говорить, исследовав дело в некотором обратном порядке, как сами они назвали бы это.

И иной подивится их неразумию, как они, не соглашаясь признавать тварью Сына Божия, и мудрствуя о сем справедливо, могут даже слышать терпеливо, когда Дух Сына именуется тварью? Если по единству Слова со Отцем не соглашаются Сына именовать единым из созданных, но (что и справедливо) признают Его Зиждителем тварей; то почему же Духа Святого, имеющего то же единство с Сыном, какое Сын имеет с Отцем, называют тварью? Почему не дознали они того, что, как, не отделяя Сына от Отца, соблюдают единство Божие, так, отделяя Духа от Слова, не сохраняют уже единого в Троице Божества, рассекая Его, примешивая к Нему естество чуждое и инородное, делая Его равным с тварями? Это же показывает опять, что Троица есть уже не единое, но сложное из двух, и притом (по причине иносущия Духа, какое воображают себе еретики) различных естеств. Что же это за богословие, слагаемое из Создателя и твари? Или уже Божество не троично, но двойственно, и притом есть тварь? Или, если Оно есть Троица (чтò и действительно), то почему Духа Троицы ставят в один ряд с тварями, нисшими Троицы? Это опять значит разделять и разлагать Троицу. А посему, неправомудрствующие о Духе Святом не мудрствуют право и о Сыне. А если бы право мудрствовали о Слове, то здраво мудрствовали бы и о Духе, Иже от Отца исходит, и собствен Сыну, от Него подается ученикам и всем верующим в Него.

Погрешая в учении о Духе, еретики не имеют здравой веры и во Отца. Ибо противящиися Духу, как назвал их великий мученик Стефан (Деян. 7, 51), отрицают и Сына; отметающiися же Сына, ни Отца имут (1 Иоан. 2, 23).

3) Итак, где же взят вами предлог к такой дерзости, что не убоялись вы сказанного Господом: а иже восхулит на Духа Святого, не имать отпущения ни в сей век, ни в будущий (Марк. 3, 29; Матф. 12, 32)? Ариане, не уразумев пришествия Слова во плоти и сказанного о Слове относительно к сему пришествию, это однако–же обратили в предлог к своей ереси, и за сие признаны богоборцами, как подлинно от земли тщесловующии (Ис. 8, 19). Но вы чем введены в обман? У кого выслушали это? Или, как дошли до такого заблуждения?

Говорят: читали мы, что у Пророка Амоса глаголет Богь: се Аз утверждаяй гром, и созидаяй дух [189], и возвещаяй в человецех Христа Своего, творяй утро и мглу, и восходяй на высокая земли: Господь Бог Вседержитель имя Ему (Амос. 4, 13) И это убедило нас согласиться с арианами, которые говорят, что Дух Святой есть тварь. — Так читали вы у Амоса; но читали, или не читали вы, сказанное в Притчах: Господь созда Мя начало путей Своих в дела Своя (Притч. 8, 22)? И если последнее изречение толкуете согласно с истиною, не называя Слова тварью; то почему же сказанное у Пророка не толкуете таким же образом, и, услышав одно именование: дух, думаете, что Дух Святой называется тварью? Хотя в Притчах Премудрость явственно говорит о Себе: созда Мя; однако–же, вы сему изречению (что весьма хорошо) даете такое толкование, что Зиждительную Премудрость не сопричисляете к тварям. В пророческом же изречении нет прямого указания на Духа Святого, а сказано просто о духе. Почему же, хотя в Писаниях слово «дух» употребляется в весьма различных значениях, и пророческому изречению можно дать собственный его правильный смысл, вы, как упорствующие или как угрызенные змием арианства, думаете, что у Амоса говорится о Духе Святом, только бы не отказаться вам от той мысли, что Он есть тварь?