Творения

Так вот и лицо Духа отдельно представило нам Слово Божие. Если же это написано прежде, а на конце Отец и Сын, то такое изменение порядка нисколько не вредит вере, ибо Писание обычно делает это: то называет оно одного Сына, то Духа с Сыном, иногда начинает с Отца и оканчивает Духом, и наоборот — сделав начало с Духа, чрез Сына переходит в речи к Отцу. Эту особенность речи преимущественно у великаго Павла можно видеть употребляемою безразлично (См. Рим. 5, 5-8; 8, 2-3; 8, 9-12; 16, 24; 1 Кор. 16, 23; 2 Кор. 13, 13; Гал. 6, 18; Ефес. 6, 24 и др.).

Так, исполнен и наш долг в отношении к Стефану, — если судить по величию (предмета) — недостаточно; а если по способности проповедника — довольно для него, за что Богу нашему слава, ныне и присно и во веки веков. Аминь.

Источник: Святаго Астерия Амасийскаго, Похвальное слово в день святаго первомученика Стефана (27-го Декабря). / [Перевод с греческаго и примечания М. Д. Муретова.] // Журнал «Богословскiй Вестникъ», издаваемый Московскою Духовною Академиею. — Сергиев Посад: 2-я типография А. И. Снегиревой. — 1894. — Том I. — Январь. — С. 1-14.

Похвальное слово в день святого мученика Фоки (22-го Сентября).

[Прекрасна и полезна для ревнителей нравственности память святых, ибо не словом только наставляет она стремящихся к добродетели и благочестию, но и в качестве удобопонятных учителей предлагает дела праведно живших. Посему и Господь наш, давая наставления высоким подвигам, говорит: «кто сотворит и научит, тот великим наречется", – и в другом месте: „да светит свет ваш пред людьми, чтобы они видели добрые дела и прославили Отца вашего Небесного" (Матф. 5, 19. 16). Ведь словесное наставление есть учитель низший и слабейший, чем практическая деятельность, – и насколько зрение мы считаем более точным (чувством) сравнительно со слухом, настолько дело признается превосходящим слово. Так узнаем мы науки, так научаемся искусствам, сначала наставляемые словом, а потом рукою и опытом осиливая трудности. И геометр, много поработав над книгою и выслушав объяснения учителя, значение разнообразных фигур не усвоит иначе, если не изучит точек, линий и кругов на доске. Точно также и имеющего любовь к астрономии одно только слово не научить излюбленному предмету, если учитель, умело поворачивая пред ним глобус, не представить пред глазами движение неба. Равно и врач, много потрудившись над Гиппократом и другими наставниками, есть неумелый целитель, прежде чем, сходив ко многим недужным, от самих болящих не научится лечить.

Так-то и мы, ученики мучеников, имея пред исповеданием в качестве учителей дела сильных мужей, научаемся до последней опасности соблюдать благочестие, взирая на самые священные гробницы их как бы на столбы, начертанные письменами и точно повествующие о подвиг мученичества.

Но как приближающиеся к дубу Мамврийскому (Быт. 18, 1 сл.), или к пещере купленной, - которую Ефраим Хеттеянин продал для погребения Сарры (Быт. 23, 1 сл.), где также и сам патриарх (Авраам) с детьми похоронен, – тотчас вместе с видением мест возобновляют в мыслях образ (Авраама) и умом созерцают верного патриарха, начаток благочестия, обрезание в нем, – а также размышляют и о произросших от корня оного – Исааке, Иакове, и с воспоминанием о сих мужах делаются созерцателями всей истории о них: так и я сегодня, достигнув пречестного святилища треблаженного Фоки, от (видения) места наполняюсь воспоминанием о всех вместе, рассказываемых о нем, повествованиях. Вижу вертоградаря по занятию, простеца по дуге, страннолюбца изрядного на морском прибережьи, благодетеля внутренней страны, святых святого и прославленных чрез Христа, преславнейшего]. Священен конечно и достославен весь сонм доблестных мучеников, страданием за страдания принесший благодарность и кровию за кровь исполнивший воздаяние Спасителю всех: однакож между ними самими не одна слава у всех и не по одной мере назначаются всем равные награды, но первенства и второстепенности не избегает и лик святых. Виною же сего, думаю, служит наивысшая точность Судьи и непреклонность, ибо Он наблюдает и величину наказаний и постоянство доблести, и, исследуя подвиги, назначает награды подвижникам по достоинству.

И странного в том ничего нет, если от Бога так чтится правда, когда и у нас военачальники и судьи ристалищные не одинаковы бывают к храбрым воинам, или состязателям, но каждому соразмерно совершенному им доблестному делу, присуждают соответствующие дары.

Я коснулся этого для того, чтобы показать, что давший нам сегодня побуждение к собранию славнее сотоварищей своих и сподвижников. Другие (мученики), и не все известны всем, и не имеют (повсюдной) славы за свою доблесть мужества. Фоку же кто бы не знал, нет такого; но как луч солнца распростирается пред глазами у всех, так и слава сего мученика огласила повсюду всякий слух. [И чтобы сказать сосредоточенно: – которые Владыку познали Христа, те и верного раба знают. Впрочем, если угодно, оставив общие с другими похвалы, расскажу вам, чтителям мучеников, особенные подвиги сего мученика].

Быв сейчас в пречестном святилище его и прикасаясь к священной гробнице тела, я от (посещения) места наполняюсь воспоминанием о всех вместе, рассказываемых о нем, повествованиях. Вижу веpтогрaдapя по занятию, простоту души, страннолюбие изрядное на морском побережьи, благодетеля внутренней страны, – и учеником мученика становлюсь, научаясь до последней опасности соблюдать благочестие. Но, если угодно, оставив общее и многим известное, расскажу вам, чтителям мучеников, только особенные подвиги мученика. Произрастила сего святого мужа, великую пользу христиан, соседняя Синопа, город древний и известный, обилующий доблестными и любомудрыми мужами. [Пусть никто не указывает мне ныне на различие религии, но помышляет только о том, что он оказался воспитателем и матерью весьма ревностных мужей]. Средством жизни ему служил уход и обработка сада, которым он владея где-то там пред вратами города на краю косы, возделывал его трудолюбиво, для себя и для нуждающихся в облегчении жизни. Отверзал он и чужестранцам весьма радушно малый и бедный дом свой.

Живя на людном месте, он предлагал имущество свое в общее пользование всем приходящим. И (таким образом) будучи новым Лотом, не Содомлян (Быт.19, 1сл.), но Синопян, – он, с течением времени, обрел заповедь эту не лишенною награды, ибо вследствие страннолюбия нашел себе случай к животворной смерти. A от кого и как, о сем выслушайте от меня небольшое воспоминание.

Когда возвещено было учение нашей религии и дивная проповедь дошла до слуха всех, поведав Христа и таинства (сообщенные) от Него: тогда "возмутились народы", по псалмопевцу, "и цари и князи собрались вместе" (Псал. 2, 2 ср. Деян. 4, 25), - и люди заблуждения гневались, когда воцарился Иисус. Всякий христианин отыскивался как злодей, - наказывался, кто был близко, и подвергался преследованию находившийся вдали.

Посему и Фоку даже и простота занятия и садоводство не укрыло (от преследования), но и о нем, как истинном Христовом ученике, было сделано донесение. II вот, пришли и к нему те, кои имели приказ увести его из жалкой этой и быстро текущей жизни, – без суда, без защиты; ибо и вина-то его была религия, – вина, которую ясным голосом исповедовал виновный, – и когда никто не вопрошал, делами показывал (веру свою), – а когда его спрашивали, радостно объявлял.

Итак, исполнители казни над ним и виновники нашего праздника, прийдя (в город), остановились у самого искомого, не зная (его) и, конечно, не будучи известны (ему), – но в тайне содержа пока причину своего прибытия, дабы, разузнав прежде от внегородних жителей: кто такой Фока и где жительствует, – неожиданно явиться (к нему) и схватить, как некогда Иудеи в саду с Иудою – Господа (взяли).

Пришли, внутри сетей имея добычу, асы – овна, волки – агнца ), [голубя – хищническая и с кривыми когтями птицы, как и пророк Исаия говорит], – и вместе с барсом почивал козленок, и с волками пасся ягненок, и львы сообща с теленком вели совместное жительство. Когда же, как обычно бывает, взаимообщение за столом возбудило доверие друг к другу, мученик начал расспрашивать у них: кто же они и чего ради прибыли в город его? Они же, почтив радушный прием и стрaннолюбие сего мужа и приказав никому не рассказывать, что услышит, открывают ему тайну и сообщают дело своего умысла, – и (именно) что Фоку ищут взять на казнь; посему кроме гостеприимства просили (его) оказать (им) и сие благодеяние – чтобы и потрудился вместе с ними в поимке искомого (человека). Выслушал служитель Господень и, приняв весть непоколебимою душою, не ощутил или высказал что либо низкое и неблагородное, - ни, убоявшись опасности, подумал о бегстве, - и это - имея к тому полную возможность, потому что еще и не известно им было, что он есть тот самый, кого они отыскивают. Но совершал совсем противоположное, решившись лучше мужаться, а не бежать. Конечно и на просьбу их склоняется. «И я, говорит, в предлежащем деле окажу вам содействие, ибо знаю сего мужа и, поискав, легко найду его, – не в продолжительном времени, но на следующий день, и вам самим покажу; только вы упокоитесь в этот убогом пристанище моем.