Творения

Ибо пошлешь, говорит пророк, слово и истает я: дхнет дух его, и потекут воды (Пс.147:7). И еще: Аз изыдох от Отца и гряду (Ин.16:28); и: Аз живу и живет во мне пославший меня Отец (6:5,7). Каким же образом посланный посылается и является во плоти? Ибо Бога никто же виде нигде же Единородный Бог сый в лони Отчи, той исповеда (Ин.1:18). Говорит: Единородный Бог, ибо Слово рождено от Отца, а Отец не рожден, поэтому Единородный есть Сын.

6. Божественное ведение восхотело проповедать истину свою по своему предведению для охранения наших душ; поскольку оно знало безумие Самосатского, и зломыслие Ариан, и злодеяние Аномеев, и падение Манихеев, и злоухищрение прочих ересей, то поэтому божественное слово и охраняет нас относительно каждого речения, Отца не называет оно единородным. Ибо каким образом единороден нерожденный? А Сына называет единородным, дабы Сын не был сочтен за Отца и дабы Бог Слово не был уподоблен слову в сердце человека. Ибо если называется словом, то называется для того, чтобы не подумал кто–либо, будто Он чужд сущности Бога Отца; и Слово не есть безличное, но ипостасное, потому что оно единородный исполнь благодати и истины. Видишь ли, сколь многое служит к утверждению нашей жизни? Поэтому слова: Бога никто же виде нигде же — имеют целью означить невидимость Отца и божества Его и подтвердить собственное божество Сына, являющееся во плоти.

Сколько же еще и кроме этого в подкрепление нам можно собрать и представить против безумия Самосатского? Если Сын был в Отце, как слово в сердце человека, то как Он явился вещающим От Своего лица? Во время беседы со своими учениками, Он говорит: Видевый Мене, виде Отца (Ин.14:9). Не сказал: «Я Отец», но слово мене означает: во Отце. И не сказал: «Я — он», но: Аз приидох во имя Отца Моего (5:43). И: Он есть свидетельствуяй о Мне (5:32–37). И еще говорит о Духе Святом: Иного утешителя послю вам (14:16–15,26). Смотри, как употребляет слова: послет, иного, аз, дабы показать, что Отец имеет личное бытие и Дух Святой имеет личное бытие. Он Мя прославит, говорит о Святом Духе, яко от Моего приимет (16:14). И о каком Духе говорит? Иже от Отца исходит, и от Моего приимет. Кроме того, говорит: Двоих человеков свидетельство станет, и Аз свидетельствую о Мне, и свидетельствует о Мне пославый Мя Отец (8:14,17,18). А сколько еще других свидетельств и кроме этих? Вот Он говорит: Исповедаютися, Отче, Господи небесе и земли, яко утаил еси сия от премудрых и разумных, и открыл еси та младенцем. Ей Отче, яко тако бысть благоволение пред тобою. Вся мне предана суть Отцем Моим, и никтоже знает Сына токмо Отец; ни Отца кто знает токмо Сын, и ему же аще Сын откроет (Мф.11:25–27) Слова: Открыл еси младенцем и вся мне предана суть Отцем Моим — сказал для того, чтобы пресечь вымышленную чуждую речь их.

7. Но посмотри, что диавол, всегдашний противник рода человеческого, породил в них, так что они говорят по диавольскому внушению. Против этого защищают себя эти служители ереси иудейской, устыждаемые ясным руководственным учением Божественных Евангелий, чтобы не показаться им совершенно противодействующими истинному разумению Евангелия. Они говорят, что Иисус был человек и Его вдохновило Слово свыше. И, что говорит Он о Себе, то говорит как человек. Ибо Отец вместе с Сыном — Один Бог, а человек обнаруживает собственное лицо в том, что Он от нижних (Ин.8:23). И, таким образом, образуются вполне два лица. Но как же человек может быть Богом, о глупейший из всех людей и отчуждившийся умом от небесного разумения?! Как может быть по–твоему простым человеком тот, который говорит: Видевый Мене виде Отца?! (Ин.14:9) Ибо если человек таков же, как Отец, то Отец нисколько не отличается от человека. Если же Бог Слово, совершенный, как человек, есть вместе совершенный Бог свыше, от Отца рожденный, то Он справедливо и ясно вещает о себе, говоря: Видевый Мене виде Отца, как и Иудеи говорят о Нем. Ибо говорит: Искаху убити Его не только за то, что он это делал, но и за то, что называл себя Сыном Божиим, говоря, что Он равен Богу (Ин.5:18). И еще, говоря: Видевый Мене виде Отца, Он называет Отца Богом, равным себе.

А человек не равен Богу и не таков как Бог, но таков воистинну рожденный от Бога Отца, Бог Сын Единородный, ибо Павел говорит о нем: Иже во образе Божии сый не восхищением непщева быти равен Богу, но себе умалил, зрак раба приим (Флм.2:6). Был во образе, сказано о Нем, как о Боге, а зрак раба называет принятым отвне, и не сказал, что он когда–либо принадлежал ему. Часто, впрочем, и по–человечески беседует Спаситель наш и Господь Иисус Христос, Бог Слово, и часто сообразно с человеческими ощущениями вещает, но не тогда, когда говорит: Изыдох от Отца Моего и гряду (ибо это не может быть сказано со стороны человеческой природы), а тогда, когда справедливо свидетельствует, говоря: Аще Аз свидетельствую о Мне, свидетельство мое несть истинно (Ин.5:31), дабы показать свое вочеловечение. Напротив, со стороны Божества говорит: Аще Аз свидетельствую о себе, истинно есть свидетельство мое (8:14), чтобы показать истинное Божество и истинное вочеловечение.

8. Итак, не два Бога, потому что не два Отца, и ипостась Слова не уничтожается, потому что нет никакого примешения божества Сына к Отцу. Сын не иного существа с Отцом, но единосущен Отцу. Он не может быть иного существа с родившим, Он и не тождесущен, но единосущен. Но опять мы не говорим, что Он не один и тот же по существу с Отцом. Ибо по божеству и по существу Сын тот же с Отцом а не иной сравнительно с Отцом, и не от иной ипостаси, но точно Сын Отца по существу, и по ипостаси, и по истине. Но Отец не есть Сын, и Сын не есть Отец, но Сын, истинно от Отца рожденный. Поэтому и не два Бога, и не два Сына, и не два Духа Святых, но едино Божество Троица единосущная, Отец, Сын и Святой Дух. Когда ты скажешь: Единосущная, это не означает смешения. Ибо единосущное не означает одного, и не разделяет существа истинного Сына относительно Отца, и не отчуждает ипостась для сохранения единосущия. Ибо не два начала проповедует Божественное Слово, но одно начало. Соберутся, говорит, дом Иудин и дом Израилев и поставят себе власть едину (Ос.1:11). Итак, проповедующий два начала проповедует двух богов и отрицающий Слово и ипостась Его обнаруживает иудейство. Ибо Маркион допускает два начала, или, лучше, три, противные одно другому. Новые же иудеи, эти самосатяне, уничтожают ипостась Слова, почему и они оказываются Господоубийцами и с отрицанием Бога отрицаются спасения от Господа нашего.

Итак, начало одно и Сын от него точный образ, естеством отображающий своего Отца и сходный с Ним во всех отношениях, потому что Он Бог от Бога, и Сын от Отца, Бог истинный от Бога истинного, и свет от света, едино божество и едино достоинство. Почему и говорит: Сотворим человека по образу нашему и по подобию (Быт.1:26), а не по твоему образу, дабы не было разделения, и не по моему образу, дабы не обнаружить неподобия и неравенства, но по образу нашему; и сказано: Сотворим, дабы Отец не был чужд того, что произошло от Него, ни Единородный не был чужд творчества. Но Отец творит вместе с Сыном, и Сын, имже вся быша, есть Творец вместе с Отцом, и потому, что Сын рожден от Него, Он есть един Бог совершенный, от совершенного Отца, и един совершенный Отец совершенного Сына, имеющего образ Отчего совершенства, образ Бога невидимого, не подобие образа, не образ образа, не несходный, но образ Отца, дабы показать поистине непреложность рождения от безначального и вечного.

Итак, Сын есть образ Отца. Но и цари оттого, что имеют образ, не становятся двумя царями, но один царь со своим образом; один царь, и не то, чтобы какая–либо одна из двух частей была несовершенна, но совершен Отец, совершен Сын, совершен Дух Святой. Ибо Аз во Отце, не как слово в сердце человека, но мы знаем Отца мыслимого вместе с Сыном и Сына, рожденного от Отца. И Слово Божие пришло в человека, не как в жилище; и Слово явилось в нем не после рождения, и потом будто бы опять существует горе в Боге так, как слово в сердце человека. Ибо это свойственно демонскому безумию и имеет признаки совершенно Богоотрицания.