Творения

Когда съ ними встретится кто–нибудь и напомнитъ имъ о заповедяхъ, они говорятъ на это: Богъ ничего другаго не требуетъ отъ насъ, какъ только чтобы мы знали Его, какъ и Христосъ сказалъ: Отче! даруй имъ жизнь иметь въ себе: се же есть животъ, да знають Тебе единаго истиннаго Бога и Его же послалъ еси Іисусъ Христа (Іоан. 17, 3). Мы слышали отъ некоторыхъ, которые прямо слышали отъ самого Аэтія, о томъ, какъ некоторые изъ нихъ были уличены въ блуде съ женщиною и за то подвергались осужденію. Но Аэтій не строго отнесся къ этому, а напротивъ усмехался, говоря: это ничего не значитъ; это телесная нужда и отправленіе, тоже, что ковыряніе въ ухе (мне стыдно говорить, какъ этотъ грязный человекъ изъяснялся); взявши перо, или прутикъ, мы ковыряемъ въ ухе и такимъ образомъ прекращаемъ въ немъ зудъ: такъ и это случается по природе, и кто это сделаетъ, не грешитъ.

Гл. 5. И много такого говорилъ этотъ человекъ и училъ ложно и нечестиво, такъ что изъ самыхъ делъ оказывалось, кто онъ такой. Но намъ дадутъ ясный светъ слова Господа, Который сказалъ: внемлите отъ лживыхъ пророкъ, иже приходятъ къ вамъ во одеждахъ овчихъ, внутрь же суть волцы хищницы: отъ плодъ ихъ познаете ихъ: еда объемлютъ отъ тернія грозды, или отъ репія смоквы (Матф. 7, 15–16)? Такъ и его дерзость безсмыслія, когда онъ раскрылъ необузданныя уста противъ Владыки и не стыдится хулить своего Господа, тамъ и здесь изобличается, дабы люди разумные, попробовавъ плодовъ его необузданности и лживости, не стали собирать подобныхъ плодовъ. Ибо съ терновника не можетъ быть собираемъ виноградъ, какъ и отъ злоученія не можетъ произойти святость. Итакъ вотъ что было и случилось съ Аэтіемъ, какъ мы слышали. Въ ученіи его, какъ я сказалъ, много такого, что явилось вследствіе его неистовой гордости, дерзнувшей возстать противъ Господа, но я предложу изъ многаго немногое, и для опроверженія этого скажу, что дастъ Господь. У этого Аномея видно искаженіе веры и подборъ словъ: слова берутся изъ Писаній, но они заключаютъ не тотъ смыслъ и имеютъ другую силу, между темъ у него принимаются не такъ.

Гл. 6. Въ начале онъ разсуждаетъ такъ: «не можетъ нерожденное быть подобно рожденному, потому что то и другое различается самимъ названіемъ: одно — нерожденное, другое — рожденное». Все это глупо и привело Аэтія къ безумію. Если мы станемъ искать родителя для нерожденнаго, такъ, чтобы не потерять истиннаго мненія о Христе, тогда найдется уже не одинъ Отецъ, и не отецъ отца, но безконечные отцы отцевъ, и будетъ уже не одинъ Богъ, вечно сущій, ничего неимевшій прежде Себя и всегда пребывающій, отъ котораго родился и существуетъ истинный, единородный Сынъ и Святый Духъ, отъ Него происшедшій, но будутъ искомые многіе боги, и такимъ образомъ все наконецъ будетъ обманомъ, а не истиною. Но намъ нужно, какъ и действительно, знать единаго Бога, Отца Господа нашего Іисуса Христа, отъ Котораго и Духъ Святый, отъ Отца исходящій и отъ Сына пріемлющій. Это есть единое Божество, единъ Богъ, единъ Господъ, Отецъ и Сынъ и Святый Духъ. Ни Сынъ, ни Святый Духъ не есть какое–либо сліяніе со Отцемъ, но Отецъ есть Отецъ, Сынъ — Сынъ и Святый Духъ — Святый Духъ, три совершенныхъ, единое Божество, единъ Богъ, единъ Господь, какъ мы много разъ при разсмотреніи всехъ ересей передавали такое славословіе о Боге.

Итакъ, поелику единъ есть Богъ, то нельзя предполагать другаго Бога, кроме сущаго; Отецъ есть дивно нерожденный и несотворенный, и единородный Сынъ Божій, отъ Него рожденный, не есть неподобенъ Ему во всемъ, но одинаковъ со Отцемъ и равенъ Ему по всякому достоинству, хотя Онъ рожденъ, а Тотъ нерожденъ. Если Онъ совершенно родилъ изъ Себя Сына, то невозможно Сыну не быть равнымъ и подобнымъ Отцу. Ибо все раждающее раждаетъ подобное себе, и не только подобное, во и равное тождествомъ. Человекъ раждаетъ человека и Богъ — Бога; человекъ — отъ совокупленія телеснаго, а Богъ неизъяснимо единъ родилъ Единороднаго, ни истеченіемъ какимъ–либо, ни сжатіемъ, ни расширеніемъ. Но будучи духомъ, Отецъ безначально и безлетно родилъ изъ Себя Сына, подобнаго Ему во всемъ и равнаго, какъ говоритъ святое Евангеліе: искаху Его Іудее убити, яко не токмо разоряше субботу, но и называлъ Себя Сыномъ Божіимъ, равенъ ся творя Богу (Іоан. 5, 18). Какимъ же образомъ Онъ неподобенъ Отцу и не равенъ съ Нимъ во всемъ, когда Онъ имеетъ жизнъ въ Себе и говоритъ: якоже Отецъ воскрешаетъ мертвыхъ, тако и Сынъ воскрешаетъ мертвыхъ (Іоан. 5, 21)? И еще говоритъ: видевый мене виде Отца (Іоан. 14, 9). Не можетъ быть отличенъ Тотъ, который показуетъ Собою Отца и говоритъ: знающій Меня знаетъ Отца, и еще: видевый мене виде Отца.

Что Онъ не инаковъ сравнительно съ Отцемъ, на это указываютъ Отецъ и Сынъ: сотворимъ человека по образу нашему и по подобію (Быт. 1, 26). Итакъ если бы Сынъ не былъ подобенъ Отцу, то какимъ бы образомъ человекъ сотворенъ былъ до образу и по подобію? Отецъ не сказалъ: сотворимъ человека по образу моему, или по образу Твоему, но по образу нашему. Словами: по образу нашему Онъ показалъ не только равенство и подобіе Сына со Отцемъ, но и то, что Сынъ тождественъ съ Нимъ во всемъ и не отличается отъ Него.

Гл. 7. Какъ же Сынъ не можетъ быть равенъ и подобенъ, когда Онъ говоритъ: Азъ во Отце и Отецъ во Мне (Іоан. 14, 10)? Онъ не только говоритъ это въ Евангеліи, но и Исаія, пророчествовавшій Святымъ Духомъ, зналъ, что Сынъ во Отце и не чуждъ Отца и не отличенъ отъ Него, какъ показываютъ слова его, которыя въ еврейскомъ читаются въ такомъ виде: ффоу саарим, уіавотон садик, сомир, еммуніо, іесросмоох, фезар салом салом, хивак ватоу, ветув валдонаи аддоф, хиваіа адонаи содолемим [248].

По переводу Акилы читается такъ: отворите ворота, да войдетъ народъ праведный, хранящій веру, зданіе укрепленное, огражденіе мира, потому что на него уповаетъ онъ; уповайте на Господа до века, потому что въ Господе Господь, утвердившій веки. У седмидесяти читается такъ: отверзите врата, да внидетъ хранящій истину и пріемлющій истину и хранящій миръ, яко на тя надеяшася, Господи, до века, Боже великій, вечный. (Ис. 26, 2–5). Пусть заметитъ читатель, что у седмидесяти вместо: въ Господе поставлено: Господь и великій. И сколько можно говорить объ этомъ? Но я опасаюся, чтобъ не доставить излишняго обремененія продолженіемъ речи объ этомъ предмете. Въ Божественномъ Писаніи все ясно для техъ, которые желаютъ приступить къ слову Божію съ благочестивою мыслію и не повергать себя въ бездну смерти подъ вліяніемъ діавольскаго действія, подобно этому жалкому Аэтію и поверившимъ ему людямъ, которые ополчились противъ истины более всехъ, бывшихъ до нихъ, хульниковъ на Бога и Его веру. Но не на этомъ только утверждаясь, мы сказали, что не можетъ Сынъ быть неподобенъ Отцу. Онъ не только подобенъ, но и равенъ, тождественъ по Божеству, тождественъ по вечности и силе. Мы не называемъ Его тождесущимъ (ταὐτούσιον), чтобы этимъ словомъ, некоторыми употребляемымъ, не уподобиться Савеллію. Но мы называемъ Его тождественнымъ по Божеству, и сущности, и силе, по всему равнымъ Отцу и Святому Его Духу.

Мы называемъ Его единосущнымъ (ὁμοούσιον), какъ содержитъ святая вера, дабы частицею: ὁμὲ ясно обозначить совершенство лицъ, именно, что Сынъ отъ Отца, совершенный отъ совершеннаго, совершенный и Духъ Святый.

Гл. 8. Эти люди уловлены будутъ однимъ, двумя, тремя свидетельствами. Если Сынъ признается рожденнымъ отъ Отца, то по необходимости онъ будетъ признанъ подобнымъ Родившему. Очевидно, что, называя Сына порожденіемъ, Аэтій разумеетъ и веруетъ, что Онъ тварь, что называется Онъ Сыномъ только по благодати, какъ додумался до того этотъ знатокъ небесныхъ пределовъ, делитель неразделимаго и измеритель нашего спасенія во Христе. Но ученіе всехъ такихъ людей, которые допускаютъ, что Сынъ есть тварь, падаетъ; такъ падетъ и его ученіе. Я спрошу его по всей справедливости: скажи мне: что говоришь ты о Сыне Божіемъ? Называешь ли Его тварію, или порожденіемъ? Если считаешь Его тварію, не прикрывай лукаво поруганія, называя его порожденіемъ Отца. Ибо все сотворенное не есть рожденное; и если рожденное, то несотворенное. И такъ перестань произносить слово: рожденное, ибо не свойственно тебе устами произносить хотя въ одномъ слове реченія истины. Но выскажи все твое ухищреніе, дабы мы знали, кто ты таковъ, и такимъ образомъ избежали коварства твоего, уловитель души и обманщикъ поверившихъ тебе! Покланяешься ты Сыну Божію, или не покланяешься? Да, говоритъ, покланяюсь Ему. Богу покланяешься, или нетъ? Да, говоритъ, Богу покланяюсь. Какой же это будетъ Богь, котораго ты называешь сотвореннымъ и покланяемым?