Творения

4. О страстном изменении. Уныние — эта с трудом побеждаемая страсть — расслабляет тело; в изможденном же теле расслабляется[4] и душа. Когда оба [тело и душа] приходят в изнеможение, тогда состояние тела изменяется от сладострастия. Сладострастие возбуждает нечистое плотское влечение, похотливое плотское влечение [вызывает] воспламенение, воспламенение — бурное восстание[5], восстание приводит в движение память, память — мечтательность, мечтательность — прилог, прилог — сочетание, сочетание — согласие, согласие же выполняет дело или посредством тела, или многообразными способами. Так падает побежденный человек.

5. О добром изменении. Терпение во всяком деле рождает мужество, мужество — ревность, ревность — самообладание, самообладание — напряжение, напряжение деятельности или ее возрастание усыпляет невоздержанность тела и укрощает сладострастность плотского влечения. Укрощение влечения [плоти] возбуждает тоску, тоска — любовь, любовь — негодование, негодование — горячность, горячность — пробуждение, пробуждение — усердие, усердие — молитву, молитва — безмолвие. Безмолвие рождает созерцание, созерцание — знание, знание — обладание тайнами. Конец тайн — богословие, плод же богословия — совершенная любовь, [плод] любви — смирение, смирения — бесстрастие, бесстрастия же — предвидение, пророчество и предузнание[6]. Здесь же никто не имеет ни совершенной добродетели, ни уменьшает пороков зараз, но обладает и добродетелью, незначительно[7] возрастающей, и злом, мало–помалу приходящим к небытию.

6. Об искушениях во сне. Вопрос: каким образом происходит поллюция греховная[8] и негреховная?

Ответ: греховная совершается трояко: от блуда, самоудовлетворения[9] и согласия с помыслами. Негреховная [поллюция] случается седмикратно: чрез мочу, от пищи, обременяющей [желудок], от возбуждений, благодаря холодному напитку и рыхлости тела, от неумеренного труда и, наконец, по причине разнородных мечтательных образов, возбуждаемых демонами. У подвижников, состарившихся в добродетелях, [поллюция] случается первыми пятью вышеозначенными способами. У бесстрастных же слизистая материя несмешанно вытекает единственно с мочой, потому что вследствие многих богоугодных действий по очищению и освящению у них являются как бы редкие тайные поводы [к поллюции] и им дана благодать воздержания[10] от нее. Последний же вид — мечтательного истечения во сне — имеет место[11] у страстных и физически слабых. Однако и этот вид, как невольный, по словам отцов, негреховен.

Согласно с Промыслом, бесстрастному свойственно безгрешное истечение чрез [известные] промежутки времени, когда остальная семенная материя истребляется Божественным огнем. У подвижника–деятеля необходимость [истечения] многообразна и освобождение [от материи] невинно[12]. Страстному присуще двоякое истечение: свободное[13] и обусловленное[14], согласно с мечтательностью во сне или при бодрствовании. Из [них] первое безупречно, второе же греховно и нуждается в епитимиях.

Бесстрастные имеют одно истечение и освобождение тела [от материи] — по Промыслу чрез вещество мочи. Как излишек [материя], истребляемая у них Божественным огнем, изливается и уничтожается по вышеуказанному [способу]. У деятелей и средних существует, я говорю, шесть поводов к неизбежному «текучему движению», посредством которых тело очищается и освобождается от соблазняющего[15] вещества и от естественных и необходимых потребностей, именно: тяжелая пища, возбуждение, вследствие холодного напитка, слабости организма[16], неумеренных трудов. И наконец, природа терпит [истечение] по своей собственной[17] вине — от зависти бесов.

Равным образом немощные и новоначальные имеют шесть страстных причин [истечения]: чревоугодие, пустословие, осуждение, тщеславие и еще два — согласие с мечтаниями и нападение бесов по зависти. Промыслу же, неизменно наблюдающему за ними[18], свойственно освобождать их природу от [источника] разврата, вкравшихся в нее чуждых излишков и животных[19] влечений и учить их тщательному упражнению в смирении и совершенному обузданию себя во всем.

7. Находящийся в уединении и питающийся подаянием[20] должен принимать милостыню при семи условиях: во–первых, просить полезного; во–вторых, употреблять с пользой; в–третьих, принимать получаемое как бы от Бога; в–четвертых, верить, что Бог есть мздовоздаятель; в–пятых, быть исполнителем Его заповедей; в–шестых, не допускать пренебрежения ими; в–седьмых, не быть алчным, но уделяющим [милостыню другим] и сострадательным. Ограничивший себя такими правилами[21] радуется тому, что руководится Богом, а не людьми.

О безмолвии и молитве. 10 глав

Обстоятельное рассуждение… о безмолвии и молитве, сверх того о признаках благодати и прелести и о том, какое различие горячности и энергии и как легко впасть в прелесть без руководителя

1. Нам следовало бы, о знаменоносец Лонгин, сказать, согласно великому Учителю, что для нас не надобно пособия от Писания и различных отцов, но быть, таким образом, наученными Самим Богом. И будут, говорится, все научены Богом (Ин. 6, 45), то есть как бы от Него и чрез Него. [Непосредственно] же узнать и изучить полезное удостоились не только мы [безмолвники], но и всякий, кто бы то ни был из верующих, так что закон Духа носится начертанным на скрижалях сердец наших и мы херувимски удостаиваемся беседовать с Иисусом посредством чистой молитвы, что весьма дивно. Так как в момент возрождения мы — младенцы, не понимающие благодати, не усматривающие обновления и не сознающие ни чрезвычайных величия и славы, которые мы получили, ни обязанностей душевно и духовно возрастать путем [исполнения] заповедей и разумно знать, что мы приняли, то многие из нас по беспечности и страстному навыку впадают в бесчувственность и омрачение. Мы не помним ни того, есть ли Бог, ни того, кто мы и какими стали, сделавшись сынами Божиими, сынами Света, детьми и членами Христа. Разве мы, если уже мужами крещаемся, то лишь [крещаемся] в воде, а не ощущаем и Духа? Если мы в Духе обновлены и, веруя бездоказательной, мертвой и недеятельной верой, утверждаем, что мы находимся в сомнении [относительно своей облагодатствованности], то мы подлинно' являемся, таким образом, плотскими, плотски живем и действуем.

Когда же раскаиваемся, то лишь внешне, а не сознаем, не выполняем духовно заповедей. И благодать, удостаивающую некоторых своего обнаружения после их многих трудов, мы принимаем [очевидно] как обман. Если слышим об ее действии от иных, то по зависти полагаем, что это прелесть. Так до смерти мы остаемся мертвыми — живущими и действующими не во Христе. И, что имели мы, то вследствие неверия или отчаяния во время отшествия [из этого мира] и суда, по Писанию, отнимается от нас (см.: Мк. 4, 25), не мысливших, что сообразны отцу должны быть и дети — Божий от Бога и духовные от Духа. Рожденное от Духа, сказано, дух есть (Ин. 3, 6). Но мы — плотские, хотя и предназначены быть верными и небесными, и вследствие этого Дух Божий не пребывает в нас. Потому и предал [нас] Господь разграблениям и пленениям и умножил кровопролития, справедливо желая нас улучшить и научить веровать или залечить [наше] зло сильнейшими целебными средствами.

2. С помощью Бога, дающего слово благовествующим о духовных благах, прежде всего надлежит сказать о том, как может кто найти или, лучше, уже нашел приобретенное, то есть получил чрез крещение Христа в Духе, согласно апостолу Павлу, утверждавшему: «Разве вы не знаете, что Христос Иисус живет в сердцах наших?» (см.: 2 Кор. 13, 5). Затем [скажем], как можно усовершенствоваться и после того сохранить достигнутое. Самый лучший и ближайший путь [к истине] — говорить сокращенно о предельном, имеющем громадную широту, вместе с обусловливающим его средним. Многие предавались подвигу до нахождения искомого, далее же не двигались и не заботились об этом. Таковые довольствуются только началом, которое нашли и, претыкаясь, идут ложным путем. Они думают, что шествуют вернои дорогой, а [на деле] увлекаются в сторону от нее. Иные, достигши средней степени просвещения, прежде конца изнемогли, впали в беспечность или, возвратившись к прежнему, из‑за нерадивой жизни стали опять новоначальными. Некоторые, вступившие в меру совершенства, становясь по делам равными средним и новоначальным, падают и изменяются в прежнее [состояние] по причине беззаботности и самомнения. Новоначальным же, средним и совершенным свойственны: одним — деятельность, другим — просвещение и последним — очищение души, или воскресение.