Троицкие листки

Благодарю Тя, Человеколюбче, яко сей божественный светильник Твой возжег еси, и как пред всеми, так и предо мною бедным поставил еси его. — В слове Твоем вижу я, чего Создатель от разумного создания Своего, Господь от раба Своего и Бог от человека требует, то есть, такого почитания, поклонения, послушания и любви, какового почитания никакой твари отдавать не должно. И от того научаюсь Тебя так почитать, как вера моя и слово Твое святое научает. — В слове Твоем вижу я, кто я и кто ближний мой, и что я как себя люблю, так и его должен любить, и ничего ему не делать, чего себе не хочу, и все ему делать, чего себе хочу. — В слове твоем вижу я, что Ты, яко Создатель, о всем создании Своем промышляешь так, что и птичка малая «не падает без воли Твоей» (Мф. 19; 29); но наипаче о человеке, которого по образу и по подобию Твоему сотворил еси. В том вижу я, что человек в создании своем почтен от Тебя, Создателя своего, почтен паче всея твари Твоея особенным Твоим советом: «сотворим человека». Сотворен по образу Твоему и по подобию Твоему, сотворен свят, чист, непорочен, премудр, и к вечному блаженству сотворен. Но лестным лукавого змия советом прельщен, всей своей чести и блаженства лишился, и так отвратившися от Тебя, Создателя своего, погиб... От пагубного совета! От лютого падения!

Пал человек, и погиб тот, который по образу Божию и по подобию Божию сотворен, и к вечному блаженству сотворен. «Адаме! где еси?» Ах, любезное Мое создание, руками Моими сотворенное, по образу Моему и по подобию Моему сотворенное, где еси? С какой высоты в какую гнусность, с какой славы в какое бесславие, с какой чести в какое бесчестие, с какого блаженства на какое окаянство ниспал ты! Змий лукавый прельстил создание Мое почтенное; разбойник похитил и отвел в плен человека, руками Моими сотворенного, зверь лютый растерзал чадо Мое любезное. «Человек в чести сый не разуме, приложися скотом несмысленным и уподобися им» (Пс. 48; 13 и 21). Так погиб человек первозданный; погибли и мы, сыны его. Ты же, благий, милосердый и человеколюбивый Боже, не терпел видеть бедного человека в погибели, но умилосердился над ним. Подал было ему закон Твой, дабы его, отпадшего от Тебя, обратил и привел к Тебе; но он показывал только немощь его ему, а не исцелял его. Послал Ты к падшему человеку избранных рабов Твоих, пророков, и они только обличали человека, а не помогли человеку, но указывали на Грядущего спасти человека, и Того возвещали, и тем отраду некую делали бедному человеку: грядет, грядет спасти нас; «Грядый приидет и не закоснит!..» Наконец пришло время, и святейшим благоволением Твоим послал Ты к нам Самого единственного Сына Твоего соприсносущного и собезначального.

Он в подобострастную нам плоть облекся, и от пренепорочной Девы Марии родился, и Бог сый, безначальный, младенчествовал, и, Царь Небесный, на земли жил. Он от Тебя, Бога и Создателя нашего, к нам, бедным, послан был взыскати и спасти нас, погибшее Твое создание: «тако бо возлюби Бог мир, яко и Сына Своего Единороднаго дал есть, да всяк веруяй в Онь не погибнет, но имать живот вечный» (Ин. 3; 16). Он высочайшую Твою милость, пришедши к нам, объявил нам, проповедал нам, что Ты грехи наши оставляешь нам, и нас к Себе чрез Него призываешь, и верующим в Него и послушающим Его двери вечного Твоего Царствия отверзаеши, якоже Сам Он о том засвидетельствовал к нашему утешению: «Дух Господень на Мне, егоже ради помаза Мя благовестити нищим, посла Мя изцелити сокрушенныя сердцем; проповедати плененным отпущение и слепым прозрение; отпустити сокрушенныя во отраду; проповедати лето Господне приятно» (Лк. 4; 18, 19). Сию всерадостную весть от Тебя принесши нам, бедным грешникам, с человеками, яко человек на земли пожил, и веровать в Тебя и угождать Тебе и волю Твою творить, чрез Себя Самого научил нас, и к вечному Твоему царствию путь показал нам и призвал нас, и пострадал, и умер, и страданием и смертию Своею и кровию, нас ради излиянною, очистивши нас, верующих в Него, от грехов наших, влечет к Тебе, Небесному Своему Отцу, яко пастырь добрый, заблудшие овцы Твоя...

За сей человеколюбивый, спасительный, чудный и умом нашим непостижимый промысл Твой, как все люди, так и я, бедный грешник, много Тебе, Господи, должен! Но что воздам Господеви о всех, яже воздаде ми? Исповедаюся Тебе, Отче, с Единородным Твоим Сыном и Пресвятым Твоим Духом! Пою человеколюбие Твое! Прославляю благость и милосердие Твое, недостойный и бедный грешник! «Благословен Господь Бог Израилев, яко посети и сотвори избавление людем Своим: и воздвиже рог спасения нам, в дому Давида отрока Своего» (Лк. 1; 68, 69). Где бы я был, грешник и законопреступник, если не в погибели и в вечной смерти, как мертвец поверженный, лежал бы? Благость Твоя, милосердие и человеколюбие Твое не допустило меня до того, но столь дивно Ты спас меня: много я Тебе, Господи, за сие должен! «Благослови, душе моя, Господа, и вся внутренняя моя имя святое Его. Благослови, душе моя, Господа, и не забывай всех воздаяний Его» (Пс. 102; 1,2). — Вижу в слове Твоем святом, что диавол, завидуя блаженству нашему, к которому благодатию единородного Сына Своего ведешь нас, «яко лев рыкая ходит, иский кого поглотити» (1 Пет. 5; 8). От сего врага нашего, как всех знающих Тебя, так и меня недостойного предостерегает благость Твоя, и сохраняет всесильная десница Твоя. О, как бы цел мог я быть, если бы не всемогущая Твоя хранила меня десница! Много я Тебе, Господи, и за сие должен!

«Благословен Господь, Иже не даде нас в ловитву зубом их» (Пс. 123; 6). Но не остави меня, Господи, и до конца, но избави от лукавого того. «Не предаждъ зверем душу, исповедающуюся Тебе: душ убогих Твоих не забуди до конца» (Пс. 73; 19). — Вижу я в слове Твоем святом, что Ангелы Твои святии ополчаются окрест знающих и боящихся Тебя, и сохраняют их повелением Твоим от лукавых демонов, «и в служение посылаеми бывают за хотящих наследовати спасение» (Евр. 1; 14). Сей благодати Твоей и я, недостойный и непотребный раб Твой, по милости Твоей, сподоблюся. Много я Тебе, Господи, и за сие должен! Знаю я и исповедуюсь со смирением, что я много Тебе, Создателю и Богу моему, согрешил, и жалею о том, и иные грехи вижу в совести моей, а иных и не вижу, и более не вижу, нежели вижу: «грехопадения кто разумеет?» (Пс. 18; 13). Жалею и сокрушаюся, что ими Тебя, благого и человеколюбивого Бога моего, Создателя моего, Искупителя моего, высочайшего Благодетеля моего, Того, Которого Ангелы святии со страхом и трепетом почитают, поют и поклонением чтут, — Тебя, такого и толикого Господа, безумно я, последнейший червячок, много оскорбил!.. И сколько раз я согрешал Тебе, столько раз видел Ты согрешающего меня; и сколько раз видел, столько раз терпел Ты мне по благости Твоей; и сколько раз терпел мне, столько раз миловал меня.

И аще бы по святейшей правде Твоей поступил Ты со мною, уже бы давно сошла душа моя во ад: но благость Твоя и человеколюбие Твое и долготерпение Твое удержало Тебя, и не допустило меня, бедного грешника, до погибели моей. Много я Тебе, Господи, и за сию великую Твою ко мне милость должен! «Исповемся Тебе, Господи Боже мой, всем сердцем моим и прославлю имя Твое в век: яко милость Твоя велия на мне, и избавил еси душу мою от ада преисподнейшаго» (Пс. 85; 12,13). От сих и прочих, которых и не знаю, благодеяний Твоих ко мне вижу я, что в любви Твоей ко мне и благости, человеколюбии и долготерпении и щедротах весь заключаюся. Благость Твоя, Господи, есть, что я еще не погиб, еще живу. Вижу я, что Ты к спасению вечному меня ведешь. Помилуй убо меня бедного грешника, до конца, и, благодатью единородного Сына Твоего, заглади вся согрешения моя, и спаси мя в вечную жизнь, да тамо со всеми избранными Твоими за вся Твоя благодеяния буду благодарить, хвалить и воспевать Тебя со единородным Твоим Сыном и Пресвятым Духом, не верою, но лицом к лицу в некончаемые веки, аминь.

(Из творений святителя Тихона Задонского)

106. Познай себя – познаешь и Бога

«Ныне начах глаголати ко Господу моему, аз же есмь земля и пепел» (Быт. 18; 27). Так говорил смиренный праотец Авраам Господу, Который явился ему и беседовал с ним лицом к лицу. Познал он Господа, а вместе с тем познал и себя самого, что такое он: "Я, — говорит, — земля и пепел"! Скрывает луна свое сияние, когда восходит солнце; меркнет звезда при свете дневном, и свеча горящая при солнечном сиянии не дает никакого света; червячок, который светится ночью на темной траве, как камень самоцветный, — лишь только настает день, оказывается простым червячком, а не камнем дорогим. Вот так же и человек, чем более приближается к Богу, тем более познает свое убожество и ничтожество. Приблизился Авраам к Богу настолько, что удостоился беседовать с Ним лицом к лицу, уста к устам, как самый близкий друг беседует со своим другом задушевным: «ныне, - говорит, - начах глаголати ко Господу моему»; и в сей близости к Богу тотчас же познал свое ничтожество, и назвал себя прахом и пеплом, как бы так говоря: "Ты, о Боже и Творче мой, — Свет неприступный, Свет незаходимый, а я — тьма и ничто... Ты — бессмертен и вечен, а я скоро во гробе истлею... Ты — Господь господствующих и Царь над царями, а я — червь, ползающий пред величеством неприступной славы Твоей!