Страница 234 из 239
Что же касается Апостолов Иакова Алфеева и брата его Иуды (не Искариота), то, в доказательство того, что и они не были братьями Господними, сошлемся на свидетельство Евангелиста Марка. Св. Марк называет Иакова, брата Господня, Иаковом меньшим или, по-другому, более правильному переводу, малым (Мк. 15, 40), вероятно, по причине его малого роста; тогда как Апостола Иакова второго тот же Евангелист (а равно и другие) называет Иаковом Алфеевым (Мк. 3, 18; Мф. 10, 3; Лк. 6, 15). Наименование Иакова, брата Господня, малым сделано, конечно, не без умысла: здесь видно желание Евангелиста отличить Иакова, брата Господня, от двух Апостолов, носивших то же имя. Кроме того, мы знаем, что братья Господни Иаков, Иосия, Иуда и Симон были сыновьями Марии, мужа которой звали Клеопой, а не Алфеем; Апостолы же Иаков Алфеев и брат его Иуда (не Искариот) были сыновьями Алфея.
Евангелисты, упоминая о братьях Господних, всегда отличали их от двенадцати Апостолов (напр. Мф. 12, 48; Мк. 3, 33; Ин. 2, 12; Деян. L 14), а Евангелист Иоанн свидетельствует, что братья Господни не веровали в Него (Ин. 7, 5), следовательно, не состояли не только в числе Апостолов, но даже и в числе учеников Его.
Правда, в Соборном послании Иакова, которое признается за послание епископа Иерусалимского Иакова, брата Господня, автор его называется Апостолом; но это не делает нам никакого основания считать автора этого послания одним из двенадцати Апостолов. Апостольское звание Иаков, брат Господень, получил по своему положению епископа Иерусалимской Церкви подобно тому, как и Павел (Савл), бывший гонитель христиан, именовался Апостолом после явления ему Иисуса Христа.
Итак, троюродные братья Иисуса Христа, сыновья Марии Клеоповой, уверовавшие во Христа лишь после Воскресения Его, не были в числе двенадцати Апостолов.
11
Если бы Спаситель бил продавцов быков, а не самих быков, то бил бы продавцов птиц, но о них сказано: и сказал продающим голубей: возьмите это… (Ин. 2, 16).
12
Возможно, впрочем, что Никодим понял мысль о необходимости духовного возрождения, но на основании опыта почитал сие столь же невозможным для старого человека, как вторичное плотское рождение от своей матери. Тогда Господь начинает изъяснять ему учение о Своей возрождающей благодати, предварив его повторением прежней мысли.
13
Думаю, что эти слова: возжаждет опять (Ин. 4, 13) можно отнести и ко всем людям, стремящимся к познанию истины. Все так называемые богоискатели, ищущие Бога помимо Христа, все философы, мечтающие познать истину помимо Откровения, всегда будут жаждать, никогда не утолят свою жажду истины, ибо сами же отвергают эту истину. И мы, изучая различные философские системы с целью познания истины, никогда не утолим своей жажды; сколько бы мы ни черпали из этого источника, мы все-таки возжаждем опять. Почти каждый философ начинает с критики всех философских систем, созданных до него, и на развалинах их возводит свое собственное здание, свой храм истины. Но последующие философы, войдя в этот храм, не находят в нем того, чего искали, не находят истины и, разрушив его, тщетно принимаются за сооружение нового храма, смутно сознавая, что и их работу постигнет та же участь.
И тогда они, утолив свою жажду, познали бы, что кто будет пить воду, которую дает Христос, тот не будет жаждать вовек (Ин. 4, 14).
14
Меня удивляют люди, верующие в Бога и вместе с тем отвергающие возможность совершения Им чудес. Если они признают Бога всемогущим Творцом всего мира, то какое же право они имеют ограничивать Его власть над миром? Если Бог всемогущ, то, несомненно, Он может проявлять Свое всемогущество во всякое время и в любом направлении, то есть может творить чудеса, если признает это необходимым. Кто отвергает власть Божию творить чудеса, тот отвергает Самого Бога, отвергает Его бытие, ибо Бог без всемогущества — не Бог.
Немало удивляют меня и те, которые признают достоверными все повествования Евангелистов, кроме повествований о чудесах и Воскресении Христовом. Ведь если Евангелисты выдумали все чудеса и самое Воскресение Иисуса, то они не заслуживают никакого доверия; таким свидетелям нельзя верить ни в чем, следовательно, надо отвергнуть все вообще повествования их, надо отвергнуть все Евангелие. А если люди, страдающие такими навязчивыми идеями о чудесах, все-таки признают Евангелистов достоверными повествователями, то здравый смысл должен указать им на логическую необходимость верить Евангелистам во всем, верить и повествованиям их о чудесах, как о событиях, действительно совершившихся.
15
Мех, или бурдюк, - это вместилище для вина, мешок, изготовляемой из цельной кожи ягненка, барана или вола, имеющий вид туловища того животного, из кожи которого он сделан. В странах с жарким климатом принято сохранять вино в таких мехах.
16
В Евангелии Иоанна всех стихов 879; повествует он о пребывании Господа в Галилее и Самарии в 146-ти стихах; в первых 18-ти стихах первой главы он говорит вообще об Иисусе, как воплотившемся Слове, и об Иоанне, который послан был Богом свидетельствовать о Христе; в остальных же 715-ти стихах Евангелист Иоанн говорит о пребывании Господа в Иудее.
17
Слова и суд Мой праведен (Ин. 5, 30) означают: и суждение Мое о Себе правильно, истинно.
18
А вы хотели малое время порадоваться при свете его (Ин. 5, 35). Почему они хотели порадоваться и чему порадоваться? Ведь они не приняли свидетельства Иоанна о Христе, значит, нечему было радоваться. Отвечая на этот вопрос, надо иметь в виду, что время выхода Иоанна из пустыни и хождения его по всей окрестной стране Иорданской совпало с теми знаменательными событиями, которые означали скорое пришествие Мессии: скипетр отошел от Иуды (см. пророчество Иакова, с. 69), то есть царская власть над евреями перешла к чужеземцу, и седьмины Данииловы приходили к концу (см. с. 69—74). Первосвященники, фарисеи и книжники, зная эти пророчества, должны были ожидать скорого пришествия Мессии и должны были, конечно, радоваться, что пришествие это произойдет при их жизни. Они, извратив пророчества о Мессии, ждали Его, как непобедимого царя-завоевателя, который покорит евреям весь мир, а их поставит царями над покоренными народами. И вот, при таких понятиях о Мессии, они слышат о новом Пророке, который проповедует в стране Иорданской. Мысль о том, что, быть может, этот Пророк и есть давно ожидаемый Мессия, несомненно, должна была занимать главарей еврейского народа; мечты же о наступлении того времени, когда они будут царить над всем миром, должны были радовать их. И вот, они, отдаваясь своим мечтаниям, радовались скорому осуществлению их.
Но не долго они радовались: пошли они к Иордану, где крестил Иоанн, и, увидя его самого и услышав его громовую обличительную речь, обращенную к ним, порождениям ехидниным (см. с. 134), порешили, что Иоанн не соответствует тому представлению о Мессии, какое они составили себе и потому ушли от него, разочарованные и озлобленные. Да, радость их была непродолжительна; порадовались они малое время (Ин. 5, 35).
19
Потому-то Евангелист Лука и пояснил в своем повествовании, что это происходило в субботу, первую по втором дне Пасхи (Лк. 6, 1).
20
Наследование земли кроткими предсказано еще Псалмопевцем (Пс. 36, 11).
21
Точнее, под многословием должно разуметь подробное перечисление наших житейских нужд, что и поныне свойственно молящимся язычникам (например, черемисам), взамен испрошения даров духовных.
22
Подробности о Царстве Божием изложены ниже на с. 697-702.
23
Из этих слов видно, сколь неправы говорящие, будто Господь не предписывал людям поститься.
24
Фетлер, проповедник баптистов, в своей брошюре «Кто спасется» говорит, что никто собственными усилиями не может спастись; не спасутся и те, которые уповают на свои добрые дела; человек, умеющий оправдаться собственными своими делами, так же мало будет иметь успеха, как чернокожий, желающий смыть свою черноту. Признавая, впрочем, необходимость любви к ближним, прощения их согрешений и раскаяния в собственных грехах, этот проповедник все-таки продолжает так: «И не думайте сами помочь себе! Спасетесь только верою в Иисуса Христа. Спасется только тот, кто призовет имя Господне: Всякий, кто призовет имя Господне, спасется (Иоил. 2, 32)! Найти свою беспомощность, смириться душою, обратиться взором к Господу и призвать имя Его, — вот путь ко спасению! Что может быть проще этого? Все спасение заключается в одном маленьком слове "призовет". Тут не требуется ни силы, ни мужества; тут нужно лишь чувство боли, изнеможения, нужды! Всякий, кто призовет имя Господне, спасется! Всякий! Да, в ту же минуту, Господь, не откладывая, дает прощение грехов, лишь только вера протягивает свою руку».