Страница 1 из 2
Тексты, справочники и документы [Pagez.ru]
Начало: Тексты, справочники и документы Первая страница Святоотеческое наследие Разные тексты Свт. Филарет (Дроздов) OrthodoxyLib Православный интернет Евангельский синопсис Духовные стороны Добротолюбие избранное Пролог в поучениях День за днем Церковный календарь
Дмитрий Сафонов
Был ли Патриарх Тихон сторонником введения нового стиля?
Празднование Рождества Христова, а также Нового года всегда сопровождается в СМИ комментариями на тему о старом и новом стиле. Но никогда прежде эти комментарии не были столь тенденциозны. Во многих телерепортажах о праздновании Рождества Христова особенный акцент делался на том, что от юлианского календаря уже отказались во всем мире, в том числе и Православные Церкви, и только Русская Церковь отказывается идти "в ногу со временем" и упорно придерживается юлианского календаря.
В этой связи еще раз был озвучен миф о том, что святитель Патриарх Тихон был сторонником нового стиля и пытался ввести его в Церкви. Эту точку зрения можно было бы отнести к ставшей уже нормой абсолютной невежественности в церковных вопросах большинства тележурналистов, но аналогично высказался в интервью газете "Московский комсомолец" (14 января 2003 г.)
настоятель храма святых бессребреников Космы и Дамиана протоиерей Александр Борисов. В частности о. Александр сказал: "В 1923 году попытку перейти на этот же календарь (григорианский - Д.С.) предпринял патриарх Тихон. Но за год до него это попытались сделать "обновленцы" ("пятая колонна" внутри Русской Церкви, искусственно созданная большевиками).
Поэтому реформа оказалась скомпрометированной, и патриарх был вынужден отказаться от нее..."
В связи с этим нам представляется необходимым, обратившись к историческим источникам, исследовать вопрос о том, каково же было реальное отношение Патриарха Тихона к введению нового стиля.
Целая серия мероприятий была предпринята ГПУ для того, чтобы скомпрометировать Патриарха в глазах верующих. Одними из требований к Патриарху было начало возношения молений в церквах за Советскую власть и введение нового стиля летоисчисления.
В материалах следственного дела Патриарха Тихона имеется целый ряд документов, которые позволяют пересмотреть устоявшееся в литературе представление о том, что Патриарх Тихон шел на большие уступки властям и был сторонником компромисса с советской властью. Очень точно охарактеризовал положение Патриарха митрополит Петр (Полянский) в сентябре 1924 г.
в частной беседе с одним из священников, который представлялся сторонником Патриарха, будучи обновленцем, и через которого эти слова стали известны ГПУ: "Что касается перехода нашего на новый стиль, то ваша тревога совершенно напрасна, передайте умненько всем своим товарищам и прихожанам, что на новый стиль мы никогда ни за что не перейдем, потому что этого не желает народ.
Но нас могут заставить перейти гражданская власть и мы тогда подчинимся и выпустим соответствующее послание. Но вы не обращайте на это внимание и считайте такие вынужденные (выделено мною - Д.С.) наши послания необязательными. Секретно на ушко через надежных лиц вы разъясните верующим, что святейший в настоящее время находиться в ужасных условиях, именно между молотом и наковальней.
С одной стороны нужно подчиниться гражданской власти, а с другой, - в церковных делах ей никак нельзя подчиняться, ибо она безбожна и ведет к разрушению церкви, да и с массами мы в конфликт вступать не будем, иначе они уйдут к обновленцам. А ведь вы сами знаете, что эти красные те же безбожники большевики. Итак не смущайтесь, положение наше прочное, обновленцы с каждым днем все слабеют и слабеют".
[1] Эти слова святителя Тихона очень важны для понимания его действий в этот период.
Эти слова касались послания о переходе на новый стиль, но они в равной мере касаются и всех других посланий Патриарха, которые он выпустил в ответ на требования властей. Тактика Патриарха состояла в том, что он в ответ на угрозы репрессий по отношению к Церкви выпускал необходимые властям послания, в которых, как правило, требования властей отражались лишь частично, но на деле не собираясь исполнять эти требования, и в частных беседах сообщал о вынужденном характере этих посланий, что, впрочем, верующие понимали и без объяснений.
Как говорил один из ближайших к Патриарху людей архимандрит Алексий, наместник Донского монастыря о послании о новом стиле: "все равно народ не пойдет на это, потому что мы скажем кому нужно из своих, что патриарх разослал послание не по своей воле, а под давлением и благословим всех совершать праздники по старому стилю. Мы уже здесь обдумали так: во все церковные праздники по старому стилю мы будем служить без звона или будем звонить по будничному и народ все равно к нам пойдет и нас за это не осудит, потому что поймет в каких тисках мы находимся". [2]
Одним из основных требований начальника "церковного" отдела ГПУ Евгения Тучкова было введение нового стиля в богослужебную жизнь. 18 сентября 1923 г. Антирелигиозная комиссия на своем заседании постановила: "Признать целесообразным, чтобы Тихон и К-о в первую очередь фактически провели в церкви новый стиль, разгромили приходские советы и ввели второбрачие духовенства, для чего разрешить им издание журнала".
[3] Введение нового стиля, по замыслу Тучкова, смогло бы внести серьезный раскол в Патриаршую Церковь, так как новый стиль в сознании верующих прочно ассоциировался с обновленчеством. Одним из аргументов Тучкова было то, что в 1923 г. в Константинополе состоялся "Всеправославный церковный конгресс" под председательством тогдашнего Патриарха Константинопольского Василия, на котором большинством голосов было принято решение ввести новый стиль в богослужебную жизнь Православной Церкви, копию этого постановления вручили Патриарху, однако от него скрыли то, что фактически это постановление не было принято восточными патриархами и патриархатами.
Власти аргументировали введение нового стиля в богослужение хозяйственными нуждами: многие рабочие отмечали церковные праздники по новому стилю официально и по старому неофициально, из-за этого имели место массовые прогулы.
24 сентября 1923 г. совещание епископов под председательством Патриарха постановили неотложно принять новый стиль в церковную жизнь, но ввести его так, чтобы предстоящий Рождественский пост фактически обнимал полностью законный срок - 40 дней, и поэтому фактически начался 15 ноября уже по новому стилю (2 ноября по старому стилю). Было составлено послание о переходе на новый стиль, в котором он обосновывался единством с Православными Церквами Востока.
Послание было прочитано 14 октября по новому стилю во время патриаршего служения в московском Покровском монастыре. Причем указы о введении нового стиля были разосланы только благочинным Москвы, а епархиальные архиереи их не получали, так как архиепископом Иларионом было испрошено у Тучкова разрешение этих указов в провинции не посылать пока не будет отпечатано патриаршее послание, объясняющее указ. Прот. В.
Виноградов отмечает, что новый стиль был официально объявлен и введен только в церквах города Москвы и нигде больше.
Послание Патриарха о введении нового стиля было таким же "вынужденным посланием" как и предыдущие. Материалы следственного дела подтверждают то, что Патриарх реально не собирался переходить на новый стиль и лишь ждал удобного момента для его официальной отмены. Так в "Докладе о деятельности тихоновской группы за октябрь месяц 1923 г.", составленной Московским отделом ГПУ, говорилось о том, что Патриарх "служит по приглашению церковные праздники и тогда, когда они служатся по новому стилю и по старому стилю".
[4] Служения Патриарха в дни праздников по старому стилю были бы невозможны, если бы он последовательно стремился провести новый стиль. Об этом же говорит и то, что не было разослано послание Патриарха о переходе на новый стиль, об этом же говорят и цитированные выше слова митрополита Петра (Полянского) о том, что Патриарх на новый стиль никогда не перейдет. Кроме того, прот. В.
Виноградов указывает на то обстоятельство, что Патриарх поручил прочитать свое послание в храме Покровского монастыря именно обладавшему тихим голосом прот. В. Виноградову с тем, чтобы оно не было услышано. [5] С пояснительными проповедями выступал в московских храмах и архиепископ Иларион (Троицкий), так в одной из сводок "Заметки по религиозникам" ГПУ отмечалось, что в конце октября 1923 г.