Страница 6 из 14
Послушный воле Отца, Он вкушением оцета разрешил древнее вкушение (ср.: Великая Суббота, непорочны, ст. 163), бывшее свидетельством непослушания, непокорности воле Божией нашего праотца. Пришедший послужить обнищавшему Адаму, коего образом добровольно облекся богатый Божеством Создатель, Он, бесстрастный по Своей Божеской природе, Сам восхотел положить Свою душу (за Адама). И Голгофская жертва Христа Спасителя послужила на обновление земного, на воссоздание человеческого состава (ср.: четверг 3-й седмицы, стихира на Господи, воззвах). Смерть на Кресте Богочеловека Христа была победой над супостатом, разрушила его царство, отомстила падение древнего Адама и воскресила последнего. Своими страданиями и Воскресением Христос Спаситель связал ад и умертвил смерть, а всему миру даровал воскресение. Теперь обновляется естество человеческое, как бы заново творятся Отцем земнородные в лице Богочеловека Христа, тленное прелагается, изменяется в нетленное, и человек снова возводится в прежнее достоинство чад Божиих, снова получает бессмертие и утраченный было образ Божий. Теперь отнележе крестное таинство содеяся, и демонское угасе мучительство богоразумием, небесная на земли добродетель жительствует (пяток сырный, утро, на стиховне самогласен).
И источником жизни теперь является не древо, сущее посреде рая, а Древо, водруженное на Лобном, и, как красный плод его, Сам повешенный на нем смерти низложитель Христос.
Единственно по Своему милосердию смиривший Себя и приблизившийся к Своим падшим сынам ради освобождения рода человеческого, ради спасения Адама на землю сшел и на земле не обрет сего, даже до ада снизшел ищяй (ср.: Великая Суббота, непорочны, ст. 25). Своим упокоением во Гроб Христос Спаситель привлекает к Себе всех, а восстанием из Гроба воздвизается человеческий род из глубины падения. Теперь люди являются уже сынами благодати. Растерзав оружием Креста греховное рукописание, Христос уяснил человека бесстрастием и соделал его соседателем Отцу (ср.: вторник 5-й седмицы, вечер, стихира на стиховне), то есть возвратил ему утраченное было благо - быть в непосредственном общении с Богом. Но как в раю человеку была дарована свобода, дабы от его собственного изволения зависело его совершенство, так и теперь людям оставлено то же великое благо свободы. Господь и ко спасению не влечет насильно, ибо насильно дарованное, навязанное благо не будет уже благом. Возьмите простеца крестьянина, против его желания неожиданно поставленного в условия жизни представителей высшего общества, введенного в великосветское собрание. Это новое положение не только не будет отрадным для него, а, наоборот, будет большой тяжестью. Он будет чувствовать себя неловко и неспокойно, одно желание будет у него - поскорее уйти из этой непривычной и тяжелой обстановки.
Так и небесные блага, будучи навязаны против желания человеку, не думавшему о них и не приготовленному к ним, будут только большой тяжестью и мукой. Потому-то и говорят святые отцы, что Господу легко было сотворить человека без него, но невозможно без него самого спасти его. Великие блага, возвращенные нам Крестом и Воскресением Сына Божия, усвояются нами лишь в том случае, когда мы сами желаем их получить, если мы, свободно творя волю Божию, алчем и жаждем этих благ, к ним стремимся, идя по пути, указанному Христом, сами себя очищаем от всякой скверны, сами себя уготовляем к исходу, всецельно в руки Божии предаем душу и тело свое. Усвоенные банею крещения (ср.: вторник 3-й седмицы, 2-я песнь канона) Христу, мы должны свободно, как бы браком, сочетаться с Божественным повелением, с законом Божиим, как в браке, давши обет верности заветам Христа Спасителя даже до гроба.
Но увы! Грех проник всю природу человеческую, помышление сердца человеческого - зло от юности его (Быт.8:21). Богатотворными даровании украсився от крещения, паче нищету злых возлюбих, и чуждь бых добродетелей окаянный аз (среда 5-й седмицы, утро, 8-я песнь канона). А зная слабости нашей природы, не дремлет и враг человека. Как древле в раю, изощряется он всеми силами, чтобы снова сделать своими данниками, снова взять к себе в плен тех, кого освободил Христос Спаситель. Зная, что только по свободному произволению людей усвояются ими блага, приобретенные Кровию Богочеловека, древний обольститель старается и теперь прельстить человека тленными и мимотекущими благами чувственными, старается направить его свободу в противоположную сторону от нетленных благ небесных. В тайне ловя по вся дни вселукавый, ищет мя пояти и снедь сотворити (вторник 5-й седмицы, 8-я песнь канона). Он направляет свое вражеское оружие, дабы уязвить человека, впустить в него яд греха и тления. Он на пути к добродетели строит всякие препятствия, дабы человек, запнувшись о прилоги змеиные, разбившись демонскою лютостью, не избежал его сетей, не вышел на свободу чад Божиих. Коварный враг знает, что человек не прельстится очевидным злом. Поэтому он всегда прикрывает его чем-либо хорошим, смешивая зло с добром.
"Не имел бы и силы порок, - говорит святой Григорий Нисский, - не прикрашенный ничем хорошим, привлекающим обольщаемого к пожеланию. А ныне смешана несколько природа зла, внутри имеет пагубу, как скрытый некий обман, а по наружности показывает обольстительное некое представление добра... Подлинно доброе по природе своей просто и однолично, чуждо всякой двойственности и сочетания с противоположным, а злое разнообразно и прикровенно, иным чем-то признается и иным оказывается на опыте; и ведение его, то есть дознание на опыте, делается началом и причиною смерти и тления" [20]. Злоба льстивого запинателя ослепляет очи души человека; он весь омрачается прелестьми борца (четверг 1-й седмицы, стихира на Господи, воззвах).
И стремится вселукавый враг обнажити падшего, ослепленного человека, отнять у него все его богатства, или, вернее, его самого побуждает бросить Богом дарованные блага, забыть, пренебречь указанными Христом средствами приближаться к Небу, к Богу. И ослепленный человек сам идет навстречу врагу. Рожденный в грехах, он к язвам первородного греха прибавляет язвы своих собственных падений. Подобно тому, как и древле в раю, человек противится Божией воле, не желает подчиняться ей. Рассудив своим непостоянным умом, что он может обойтись без опеки Творца своего, гордый человек выплевывает Его отеческие удила, направлявшие его только ко благу и удерживавшие от зла. Получивши через крещение право обитать в стране безгрешия и жизни, он в этой благодатной стране сеет грязь, серпом жнет колосья лености, и связавши в снопы плоды дел своих, расстилает их не на гумне покаяния. Как исступленный не хочет помнить, что он имеет достоинства сына Благого Отца, но сам себя лишает славы, богатство зле иждив благодати (среда 3-й седмицы, утро, самогласен на стиховне), расточая его своими грехолюбивыми произволениями, обнажившись по своему безумию от всего, что дал ему Отец, он оставляет высоту добродетели, к которой зовет его и направляет Христос, и снисходит в глубины греховные по своей собственной воле, не желая разуметь стези спасительные Христовы (ср.: вторник 4-й седмицы, 9-я песнь канона).
Как дикий конь, вырвавшийся на свободу, предавшись вольным стремлениям сластей, человек оставляет спасительные пути и направляется по гибельным дорогам, ведущим прямо в ад, куда и устремляется он, тьму глубокую имея окрест сласти, и страстей поползновения, и бурю искушений (среда 5-й седмицы, 9-я песнь канона).
Покинув отчий дом, сам удалившийся от Отца, он, как блудный сын, отходит в страну злобы и там в удалении от Бога, лишенный Божественной пищи, он становится ласкателем (тунеядцем, приживальщиком) у скверного гражданина, который и посылает его, ведущего распутный образ жизни, на свое душетленное село, где он пасется вместе со скотами, работая сластям (ср.: среда 3-й седмицы, утро, стихира на стиховне). Поработивши достоинство свое страстям, человек подлинно становится скотом, живет в скотских помышлениях греха, скотское любит житие. Душа его обрастает греховными помышлениями ума и оледеневает разнообразием страстей, так что становится нечувствительною к призывам Божией благодати, не замечая по причине греха Божиих чудес (ср.: вторник 5-й седмицы, 8-я песнь канона). Его уши оглохли к слышанию голоса Божия. Связанный, как бы оковами, безмерною злобою, богатый страстями и сластями, как богач, он, подобно нищете Лазаря, беден добродетелями. Его ум уранен, тело расслаблено, дух болезнует, очи отягощены от беззаконий, и он не может воззреть и видеть высоту небесную. Прельщенный прелестью горького греха, немощный и расслабленный им, принявший в душу смертоносную язву, сокрушенный и оскверненный многими грехами, помраченный смрадом их, он спит на одре сластей тяжелым болезненным сном, часто даже не подавая признаков жизни, как бы полумертвый.