Страница 1 из 6
Святоотеческое наследие [Pagez.ru]
Начало: Святоотеческое наследие Первая страница Святоотеческое наследие Разные тексты Свт. Филарет (Дроздов) OrthodoxyLib Православный интернет Евангельский синопсис Духовные стороны Добротолюбие избранное Пролог в поучениях День за днем Церковный календарь
Преподобный Симеон Новый Богослов
Слово восемьдесят четвертое 1.
О бесстрастии и о дарованиях, каких мало-помалу сподобляются преуспевающие в нем.
2. В чем состоит совершенство духовного о Христе возраста?
Как тому, кто хочет чисто видеть свет солнца, надо иметь чистыми очи тела своего, так и тому, кто берется беседовать о бесстрастии, надо иметь очи души своей освобожденными от всякой злой похоти и всякого помысла страстного, чтоб, не будучи тревожим и возмущаем в уме никакою страстию, мог он чисто взирать на высоту и на глубину его, или понять как следует многие и великие его дарования и действия, и ясно изложить их в слове.
Ибо если станет он говорить о его проявлениях и свойствах с умом возмущенным и сердцем нечистым, то, не смогши словом свободным раскрыть его действия, лишен будет и тех немногих благ его, какие, может быть, получил от него, за то, что действуя так, он некоторым образом презирает и бесчестит его и затмевает светлость его. Ибо написано: имущему дано будет, и преизбудет; от неимущаго же, и еже мнится имея, взято будет от него (Мф.25:29).
Которые имеют бесстрастие, те очевидно любят его и любимы суть от него преизбыточно, и, когда ненасытно говорят о нем, делаются еще более бесстрастными, воспламеняясь любовию, какую имеют к нему. Но которые привязаны и некоторым образом связаны еще хотя малейшею какою похотию мира и вещей мирских, или какою-либо душевною или телесною страстию, эти далеки от него и много отдалены от пристани его.
Почему, когда начнут говорить о бесстрастии и покусятся возвести ум свой на высоту его, теряют и тот мир, который, как им думалось, имели они прежде, по той причине, что емлются, как рыбы, и бывают влачимы туда и сюда похотию той страсти, к какой они прилепились. И это страждут они праведно, ибо, как говорит Апостол, имже кто побеждается, сему и работен есть (2Пет.2:19).
Они, однако ж, будучи омрачаемы в уме своем тою страстию, коей порабощены, вину омрачения не на себя самих возлагают, но дерзают слагать ее на бессилие всесильного бесстрастия, и это бывает с ними потому, что они совсем не познали опытно, каково умное чувство, созерцание и вседейственное действо сего бесстрастия, но, обдумывая относящееся к нему по своим мыслям и соображениям, при высоком мнении о своей внешней учености философствуют о нем иногда так, иногда иначе, и истощаются в усилиях над тем, чего не знают.
При всем том они никогда не согласятся исповедать или восчувствовать свою немощность, причиненную им неверием, нерадением и долговременною привычкою к страстной жизни, но утверждают, что и другие люди все подобны им и обладают теми же страстями. Ибо тщеславие и зависть не позволяют им признать, что кто-либо другой выше их по добродетели и здравоумию.
Но богомудрые и духовные отцы не поступают таким образом и не идут против истины, - не буди тебе сказать такую хулу на святых; а чем просветились в уме своем от блаженного бесстрастия и что познали прежде из опыта, то говорят и утверждают. Я же говорю дерзновенно то, чему сподобился научиться у сих отцов, чтоб не быть осуждену, подобно рабу, скрывшему талант.
И так, как дают разуметь сказанные Христом Господом слова: много званных, мало же избранных, - и: в дому Отца моего обители многи суть, - так и знайте все вы, что святых много, а бесстрастных немного, и что в среде тех и других имеет место великое различие. Но внимайте добре в точный смысл того, что я буду говорить.
Иное есть бесстрастие души, иное - бесстрастие тела. Бесстрастие души освящает и тело; но бесстрастие тела, одно, само по себе, не может полную доставить пользу тому, кто стяжал его. Иное есть недвижение (на худое) телесных (яже на земли) удов и самых страстей душевных, и иное есть стяжание добродетелей. Недвижение телесных (яже на земли) удов бывает от естества, а стяжание добродетелей от произволения (при помощи благодати)
, и оно обыкновенно совсем пресекает все естественные движения. Иное есть непохотение ничего из того, что есть приятного и радостотворного в мире, и иное - возжелание небесных и вечных благ, ибо мирское приятное и радостное презирали и другие люди (не ревнующие о спасении), и большая из них часть по другим причинам (не в видах спасения), а о благах вечных весьма немногие воспринимали попечение.
Иное есть неискание славы от людей, и иное есть возлюбление славы от Бога и всегдашнее ее искание, ибо человеческую славу очень многие ненавидели, потому что были обладаемы другими страстями, а славу, яже от Бога, очень немногие сподобились получить со многим трудом и потом. Иное есть довольствоваться бедною одеждою и не желать богатой, и иное - искать того, чтоб быть одеяну светом Божиим, ибо богатое одеяние презирали многие, потому что были влачимы многим множеством других пожеланий, а божественным светом одеялись только те, кои сподобились соделаться сынами света и дня.
Иное есть говорить смиренные слова, и иное - иметь смиренное мудрование. Иное, опять, есть смирение, а иное - цвет смирения, и иное - плод его. Иное есть красота плода его, а иное - сладость его, и иное - действия, бывающие от плода сего. Из этого, сказанного мною о смирении, иное есть в нашей, а иное - не в нашей власти. В нашей власти - помышлять о том, что располагает нас к смирению, мудрствовать о том, рассуждать, говорить и то делать, но само святое смирение, с его существенными свойствами, дарами и действами, не в нашей власти, но есть дар Божий, чтоб не вздумал кто хвалиться даже и этим.
Иное есть не печалиться и не гневаться при бесчестиях, поношениях, искушениях и встречающихся прискорбностях, и иное - желать этого с благодарением, когда случится что такое. Иное, опять, есть - молить Бога о тех, кои причиняют это, иное - прощать им, иное любить их от всей души, как благодетелей, и иное - напечатлевать в уме лица каждого из них и целовать их бесстрастно, как искренних друзей своих, со слезами чистой любви, - так, чтобы на душе не было совершенно никакого знака оскорбления, или страсти.
Большее из всего сказанного есть, когда кто в самое время искушения таковое же имеет расположение и к тем, которые поносят его в лицо или клевещут на него, и ко всем другим, кои или осуждают его, или презирают и ставят ни во что, или плюют в лицо, еще и к тем, кои по видимости притворяются друзьями, а тайно так же действуют против него, как и сказанные пред сим, - и это не утаивается от него, но он то знает.
И из этого опять высшее и совершеннейшее без сравнения есть, мне кажется, то, если кто совсем забывает претерпенные искушения и никогда не вспоминает тех, кои его опечалили или как-нибудь обесчестили, ни когда они бывают налицо, ни когда отсутствуют, но имеет и их наравне с друзьями своими без всякого различения, сколько когда беседует с ними, столько же и тогда, когда вкушает вместе с ними пищу.
Все это суть дела и совершенства мужей, ходящих во свете. Которые же чувствуют, что они далеки от таких порядков и правил жизни, те пусть не обольщаются и не обманывают себя, но да ведают наивернейше, что они ходят во тме.
Иное, опять, есть бояться Бога, и иное - и исполнять заповеди Его, как написано: бойтеся Господа, вси святии Его (Пс.33:10), - и еще: уклонися от зла и сотвори благо (15). Иное есть бездействие (упразднение от дел), а иное - безмолвие, и иное, опять, -молчание. Иное есть удаление и преселение с одного места на другое, и иное - странничество. Иное есть негрешение, и иное - делание заповедей.
Иное есть противиться врагам и бороться с ними, и иное - победить их окончательно, покорить и умертвить: первое есть дело подвизающихся и святых, ревностно идущих к совершенству, а второе есть дело бесстрастных и совершенных, которые многими трудами и потами победили врагов своих вконец и украсились, как какою блестящею одеждою, живоносною мертвостию Христовою.