Страница 8 из 131
И видел я в видениях головы моей на ложе моем, и вот, нисшел с небес Бодрствующий и Святый. Воскликнув громко, Он сказал: "срубите это дерево, обрубите ветви его, стрясите листья с него и разбросайте плоды его; пусть удалятся звери из-под него и птицы с ветвей его; но главный корень его оставьте в земле, и пусть он в узах железных и медных среди полевой травы орошается небесною росою, и с животными пусть будет часть его в траве земной. Сердце человеческое отнимется от него и дастся ему сердце звериное, и пройдут над ним семь времен. Повелением Бодрствующих это определено, и по приговору Святых назначено, дабы знали живущие, что Всевышний владычествует над царством человеческим, и дает его, кому хочет, и поставляет над ним уничиженного между людьми" (ст. 10-14). И вот, нисшел с небес Бодрствующий и Святый, так что устрашил его. Воскликнув громко, Он сказал: срубите это дерево, но главный корень его оставьте в земле. Но так как эта отрасль легко повреждается, то оставьте, говорит он, как бы в узах железных и медных. И пройдут, говорит, над ним семь времен, и дастся ему сердце звериное. А что это относилось к человеку, видно из последующего. И дастся, говорит, ему сердце звериное. Изречением Ира слово (в русском переводе этих слов нет), т.е., само по себе слово не может быть ясным, но имеет нужду в толкователе.
И по приговору, говорит, Святых назначено, т.е., и святые будут в состоянии сказать так. Или это он разумеет, или то, что они будут в состоянии предложить вопрос и показать причину, по которой это происходит и которая открылась из ответа. Дабы знали живущие, говорит, что Всевышний владычествует над царством человеческим. Вот причина. Видишь ли, как Бог промышляет о людях, как власть Его не ограничивалась иудеями? Такой сон видел я, царь Навуходоносор; а ты, Валтасар, скажи значение его, так как никто из мудрецов в моем царстве не мог объяснить его значения, а ты можешь, потому что дух святаго Бога в тебе (ст. 15). Так как никто из мудрецов в моем царстве не мог объяснить. Он знал, что Даниилу будет приятно, когда все признают себя побежденными не для его славы, но чтобы опять открылась сила Божия. А ты можешь, говорит, скажи. Почему можешь? Потому что дух святаго Бога в тебе. Посмотри: этим он начал речь, этим и кончил. Дерево, которое ты видел, которое было большое и крепкое, высотою своею достигало до небес и видимо было по всей земле, на котором листья были прекрасные и множество плодов и пропитание для всех, под которым обитали звери полевые и в ветвях которого гнездились птицы небесные, это ты, царь, возвеличившийся и укрепившийся, и величие твое возросло и достигло до небес, и власть твоя — до краев земли.
А что царь видел Бодрствующего и Святаго, сходящего с небес, Который сказал: "срубите дерево и истребите его, только главный корень его оставьте в земле, и пусть он в узах железных и медных, среди полевой травы, орошается росою небесною, и с полевыми зверями пусть будет часть его, доколе не пройдут над ним семь времен", — то вот значение этого, царь, и вот определение Всевышнего, которое постигнет господина моего, царя: тебя отлучат от людей, и обитание твое будет с полевыми зверями; травою будут кормить тебя, как вола, росою небесною ты будешь орошаем, и семь времен пройдут над тобою, доколе познаешь, что Всевышний владычествует над царством человеческим и дает его, кому хочет. А что повелено было оставить главный корень дерева, это значит, что царство твое останется при тебе, когда ты познаешь власть небесную (ст. 17-23). Что же далее говорит он? Каков будет конец бедствия? Посему, царь, да будет благоугоден тебе совет мой: искупи грехи твои правдою и беззакония твои милосердием к бедным; вот чем может продлиться мир твой (ст. 24). Для чего ты говоришь: искупи, и силу врачества подвергаешь некоторому сомнению? Не потому я сказал: искупи, что сомневаюсь, — нет, я желаю внушить ему страх и показать, что он согрешил выше всякого врачества и всякого прощения. Если и после таких слов он не освободился от безумия, то тем больше, если бы не было высказано сомнения.
Ту же цель имеет в виду Бог и в других местах, когда напр. говорит чрез пророка: хотя бы ты умылся мылом и много употребил на себя щелоку, нечестие твое отмечено предо Мною, говорит Господь Бог (Иер.2:22); и еще: может ли Ефиоплянин переменить кожу свою и барс — пятна свои? (Иер.13:23). Как там он не допускает отвергнуть покаяния не для того, чтобы более устрашить, так и здесь Он сказал: искупи, желая показать бездну грехов. А почему не сказал: смирись, признай Бога? Если царь за это страдает, как и сам он говорит то для чего ты советуешь другое? Он сказал: Всевышний владычествует над царством человеческим. Что же, я наказываюсь для того, чтобы другие вразумились? Нет, не желая открывать ясно во сне, Бог сказал: дабы знали живущие, а Даниил говорит: Всевышний владычествует над царством человеческим и дает его, кому хочет. Видишь ли, как здесь говорится о смиренномудрии? Во сне, говорит, предложено такое врачество, а я укажу и другое. Так бывает, например, когда гневается начальник, сам он ничего не говорит, а кто-нибудь из его приближенных, подошедши к виноватому, говорит: сделай то и то, дай денег, и не раз, и мы можем избавить тебя от угрожающих бедствий. Еще речь сия была в устах царя, как был с неба голос: "тебе говорят, царь Навуходоносор: царство отошло от тебя!
И отлучат тебя от людей, и будет обитание твое с полевыми зверями; травою будут кормить тебя, как вола, и семь времен пройдут над тобою, доколе познаешь, что Всевышний владычествует над царством человеческим и дает его, кому хочет!" Тотчас и исполнилось это слово над Навуходоносором, и отлучен он был от людей, ел траву, как вол, и орошалось тело его росою небесною, так что волосы у него выросли как у льва, и ногти у него — как у птицы (ст. 28-30). Вот определение свыше постигшее самого Навуходоносора. И все до конца исполнилось. Ты не ценил, говорит, человеческого благородства, поэтому пал до низости зверей. Ничто не могло быть постыднее этого, ни то, если бы Бог сделал его бедным, или узником, или кем-нибудь другим подобным. Впрочем, Он не лишил его естественного благородства, не сделал тела его звериным, но то, чем отличается человек от бессловесных, Он довел до зверского состояния. И сделал это так, что и другие могли узнать это по его пище, по виду. Чему же мы научаемся из этого? Тому, что, хотя бы с нами и не случилось ничего подобного, мы бываем нисколько не лучше бессловесных, если впадаем в гордость, или в другую зверскую страсть. Многие и ныне, подобно Навуходоносору, имеют душу зверя.
Послушай Матфея, который говорит: змии, порождения ехиднины (Мф.23:33); и пророк говорит: откормленные кони: каждый из них ржет на жену другого (Иер.5:8); другой говорит: все они немые псы, не могущие лаять (Ис.56:10); иной называет людей лисицами (Иезек.13:4), иной — аспидами и василисками (Пс.90:13). Но гораздо хуже дойти до зверства в обычной жизни, нежели испытать случившееся с Навуходоносором. В нем душа нисколько не пострадала; а мы, накопляя так много грехов, сделались гораздо худшими, как уже сказано. Мудрецы языческие, говорят, превращали людей в зверей. Но то — басня, а это — истина. Для чего они превращали их? Без всякой цели; а Писание высказывает и причину: дабы знали живущие, что Всевышний владычествует над царством человеческим. Видишь ли, как все возможно для Бога, — и из людей сделать зверей, и изменить разум? Представь же, как поразительно было видеть человека, жившего прежде в таком блеске, обитающим вместе с зверями, нагим. Он не переменил своего вида; иначе здесь не было бы ничего страшного. Получить сердце зверя не то значит, будто он лишился разума, но то, что, имея человеческую душу, он чувствовал свое положение. Если бы он превратился в зверя, то не сознавал бы случившегося. Что же значит: дастся ему сердце звериное? Т.е. он одичал и не хотел быть вместе с людьми, или боялся быть с людьми, или боялся людей, как зверей.
Что было выше его, и что теперь ниже его? И отлучен он был от людей. Могущество нисколько не защитило его. Он не сделался плотоядным зверем, но ел траву, и был подобен бессловесному животному. Ты будешь употреблять траву, как привычную пищу. Как звери не съели его? Как тело его могло переносить такую пищу? Как он не погиб? А времени прошло не мало. Он ходил, представляя всем образец унижения, нося на себе знаки наказания, как заклейменный. Может быть скажут, что ему лучше было бы терпеть это, оставаясь с людьми; но это не было позволено для усиления его наказания; а вразумление все-таки получалось, так как все рассказывали о случившемся с ним, и, может быть, сами видели его вне (города); видеть же это было гораздо ужаснее. Притом времени прошло не мало, но целая седьмица. Доколе не пройдут, говорит, над ним семь времен, три года с половиною. По окончании же дней тех, я, Навуходоносор, возвел глаза мои к небу, и разум мой возвратился ко мне; и благословил я Всевышнего, восхвалил и прославил Присносущего, Которого владычество — владычество вечное, и Которого царство — в роды и роды. И все, живущие на земле, ничего не значат; по воле Своей Он действует как в небесном воинстве, так и у живущих на земле; и нет никого, кто мог бы противиться руке Его и сказать Ему: "что Ты сделал?" (ст. 31, 32) Возвел, говорит, глаза мои к небу, т.е.