Святитель Иоанн Златоуст, собрание сочинений. Том шестой. Книга вторая

на Рождество Спасителя нашего Иисуса Христа Вижу таинство необычайное и чудное: пастыри оглашают слух мой, произнося не пустынную песнь, но воспевая небес­ный гимн. Ангелы поют, архангелы воспевают, херувимы взывают, серафимы славословят, все торжествуют, видя Бога на земле и человека на небесах, высокого — внизу, по Его домостроительству, и низкого — вверху, по (Божию) человеко­любию. Сегодня Вифлеем уподобился небу, вместо звезд при­няв поющих ангелов, а вместо солнца неизъяснимо вместив Солнце правды. Не исследуй, как это; где хочет Бог, там побеждается порядок природы. Он восхотел, возмог, нисшел и спас; все повинуется Богу. Сегодня рождается Сущий, и Сущий становится тем, чем Он не был; будучи Богом, Он делается человеком, не переставая быть Богом; не теряя божества, Он стал человеком, и, с другой стороны, не чрез постепенное преспеяние из человека сделался Богом, но, будучи Словом, Он стал плотью, так что естество Его осталось неизменным по своему безстрастию. Когда же Он родился, то иудеи отвергали Его необычайное рождение, фарисеи ложно толковали божественные книги и книжники говорили противное закону; Ирод искал родившегося, не с тем, чтобы почтить Его, но чтобы погубить Его. Сегодня люди уви­дели все противоположности: не утаилось, говорит псалмо­певец, от детей их в следующий род (Пс.77:4).

Цари пришли и удивлялись небесному Царю, как Он пришел на землю, не имея при Себе ни ангелов, ни архангелов, ни престолов, ни господств, ни сил, ни властей, но, прошедши необычай­ным и непроходным путем, произошел из неприкосновен­ного чрева, не оставив, впрочем, ангелов Своих без Своего руководительства и не потеряв собственного божества чрез вочеловечение у нас.

Цари пришли поклониться небесному Царю славы, а воины — послужить Военачальнику сил, жены пришли к Рожденному от жены, чтобы изменить скорби жены в радость; девы — к Сыну Девы, удивляясь, как Творец молока и сосцов, производящий из сосцов текущие сами собою потоки, принял младенческую пищу от матери — Девы; младенцы — к сделавшемуся Младенцем, чтобы из уст младенцев и грудных детей Ты устроил хвалу (Мф.21:16; Пс.8:3); отроки — к Отроку, сделавшему их мучениками по причине Иродова неистовства; мужи — к ставшему человеком и увра­чевавшему болезни рабов; пастыри — к доброму Пастырю, положившему Свою душу за овец; священники — к сделав­шемуся первосвященником по чину Мелхиседекову; рабы — к принявшему образ раба, чтобы украсить наше рабство свободою; рыбари — к сделавшему их из рыбарей ловцами людей; мы­тари — к явившему из мытарей Евангелиста; блудницы — к простершему ноги Свои к слезам блудницы; кратко сказать, все грешники пришли видеть Агнца Божия, берущего на Себя грех мира (Ин.1:29), волхвы — воздавая Ему честь, пастыри — про­славляя Его, мытари — благовествуя, блудницы — принося миро, самарянка — жаждая источника жизни, хананеянка — имея не­сомненную веру. Итак, когда все радуются, и я хочу радо­ваться, хочу ликовать, хочу торжествовать.

Но я ликую, не на цитре играя, не смычек приводя в движение, не свирели имея в руках, не факелы зажигая, но вместо музыкальных орудий принимая пелены Христовы; они для меня — надежда, они для меня — жизнь, они для меня — спасение, они для меня — свирель, они для меня — цитра. Поэтому я и прихожу, взяв их, чтобы их силою получить силу речи и сказать с анге­лами: слава в вышних Богу, а с пастырями: и на земле мир, в человеках благоволение (Лк.2:14). Рожденный неизъяснимо от Отца сегодня непостижимо рождается от Девы ради меня. Но тогда Он по естеству родился от Отца прежде веков, как знает Родивший; а сегодня Он сверхъестественно ро­дился, как знает благодать Святого Духа. И горнее рождение Его истинно, и дольнее рождение Его неложно; истинно родился Он, как Бог от Бога, истинно родился Он же, как человек от Девы. Вверху Он один от одного единородный, внизу Он же один от одной Девы единородный. Как в горнем рождении Его нечестиво представлять мать, так и в дольнем рождении Его богохульно допускать отца. Отец ро­дил Его безсеменно, и Дева родила Его нетленно; ни Бог не потерпел разделения, родив Его, — потому что родил бого­лепно, — ни Дева, родив Его, не испытала растления, потому что родила от Духа. Поэтому ни горнее рождение Его не мо­жет быть изъяснено, ни пришествие Его в последние времена не допускает исследования.

Что сегодня родила Его Дева, это я знаю; и что Бог родил Его без времени, этому верю; но способ Его рождения я научился чествовать молчанием, а не научен исследовать словопрениями. По отношению к Богу не должно обращать внимания на свойство дел, но веровать в силу Действующего. Ведь по закону природы бывает, когда жена, вступившая в замужество, рождает; а когда дева, не испытавшая брака и родившая, опять оказывается девою, это выше природы. Итак, пусть исследуется то, что бывает по природе; а то, что выше природы, пусть чествуется молчанием, не как достойное небрежения, но как неизъяснимое и достой­ное почтения молчанием. Но простите меня, прошу вас, если я захочу в самом начале прекратить свою речь. Страшась исследовать высшее, я не знаю, как или куда мне обратить кормило речи. Что же я скажу, или о чем стану беседовать? Я вижу родившую, вижу рожденного, а способа рождения не постигаю. Побеждается природа, побеждаются пределы ее по­рядка, когда хочет этого Бог. Не по природе произошло это событие, но было чудом выше природы, потому что природа не действовала, а действовала воля Владыки. О, неизреченная благодать! Единородный, сущий прежде веков, неосязаемый, простой и безтелесный принял на Себя мое тленное и видимое тело. Для чего? Для того, чтобы, сделавшись видимым, на­учить, а научив возвести нас к невидимому.

Так как люди считают зрение достовернее слуха, и в том, чего не видят, сомневаются, поэтому Бог и благоволил сделать Себя види­мым и для глаз посредством тела, чтобы уничтожить сом­нение. Он рождается от Девы, не познавшей этого дела, по­тому что Она не содействовала событию и не от нее зависело это дело, но она была только орудием Его неизреченной силы, узнав только то, что сказал ей Гавриил на вопрос ее: как будет это, когда Я мужа не знаю (Лк.1:34)? Он сказал ей: это хочешь ты знать? Дух Святый найдет на Тебя, и сила Всевышнего осенит Тебя (ст. 35). Как же Он был с нею и, спустя немного времени, произошел из нее? Как художник, на­шедши полезнейшее вещество, делает из него прекрасней­ший сосуд, так и Христос, нашедши святое тело и душу Девы, устроил Себе одушевленный храм, образовав человека в Деве таким образом, каким восхотел, и, облек­шись в него, ныне пришел, не устыдившись неблагообразия естества. Для Него не было постыдно — понести собственное создание; и это создание приобрело величайшую славу, сделавшись одеянием художника. Как при первом создании невозможно было образоваться человеку, прежде чем персть взята была в руки Божии, так и поврежденный сосуд не мог бы возоб­новиться, если бы он не сделался одеянием Создателя. Но что я скажу или о чем стану беседовать? Чудо изум­ляет меня.

Ветхий денми сделался младенцем; восседающий на престоле высоком и превознесенном полагается в яслях; неосязаемый, простой, несложный и безтелесный осязается чело­веческими руками; расторгающий узы греха повивается пеле­нами, — потому что Он так хочет. Он хочет безчестие обра­тить в честь, безславие облечь славою, в пределах унижения показать образ добродетели. Поэтому Он принимает мое тело, чтобы я вместил Его Слово, и, приняв мою плоть, дает мне Своего Духа, чтобы, и давая и принимая, сообщить мне сокровище жизни. Он принимает мою плоть, чтобы освятить меня; дает мне Своего Духа, чтобы спасти меня. Но что я скажу, или о чем стану беседовать? Се, Дева во чреве приимет (Ис.7:14). А теперь говорится об этом, не как о будущем, но оно созерцается как совершившееся. Оно со­вершилось у иудеев, у которых и было предсказано; а при­нимается верою у нас, у которых не было и упоминаемо. Се, Дева во чреве приимет. Буква принадлежит синагоге, а приобре­тение — Церкви; та получила скрижали, а эта нашла жемчужину; та украшала волну, а эта оделась в багряницу. Иудея произ­вела Его, а вселенная приняла Его; синагога вскормила и вос­питала Его, а Церковь приняла Его и получила пользу. У той виноградная ветвь, а у меня грозд истины. Та собрала вино-град, а язычники пьют таинственное питье. Та посеяла зерно пшеницы в Иудее, а язычники серпом веры пожали колос.