Страница 12 из 12
Также и те не понимают истинного назначения общественного богослужения, которые под предлогом, будто уже давно знают все то, чему можно было бы научиться при общественном богослужении, почитают его излишним для себя и нужным только для людей малообразованных. Ибо, кроме того, что целой жизни не достанет на то, чтобы исчерпать все богатство и глубину содержания священнодействий церковных; они имеют целию не столько научать нас чему-нибудь новому, неизвестному, сколько напоминать о том, что мы знаем, но среди непрестанных забот и рассеянностей нередко забываем,— напоминать о наших обязанностях, побуждать нас к ревностному исполнению их и священными песнопениями и действиями возбуждать в нас благочестивые чувствования к Богу и дружелюбные расположения к нашим ближним.
Тем, которые общественное богослужение думают заменить домашнею молитвою, должно заметить: 1) что домашняя молитва не может иметь того спасительного действия на нас, какое производит молитва общественная, согреваемая общим усердием молящихся, возвышаемая священными песнопениями и действиями — и, что всего важнее, возносимая вкупе с бескровною жертвою; 2)
что строгое и усердное исполнение одной обязанности не дает нам никакого права увольнять себя от столь же строгого исполнения другой, как скоро это может быть совмещено; 3) что, под предлогом усердной домашней молитвы, увольняя себя от общественного богослужения, они также легко впоследствии будут увольнять себя под какими-нибудь предлогами и от домашней молитвы, как это обыкновенно бывает.
Увольняя себя от общественного богослужения, многие обыкновенно так говорят в свое оправдание: я помолюсь дома; для Бога все равно, где бы я ни молился, лишь бы молитва моя была усердна. В этом благовидном умствовании некоторые из мужей опытных подозревают следующий смысл: я не чувствую в себе никакого расположения к молитве, не нахожу для себя никакой пищи в благочестивых упражнениях; поэтому в церкви мне будет скучно и тягостно; нет, я лучше останусь дома.
б)
Обязанности частного богослужения Когда служение Богу совершается вне общего собрания верующих, одним христианином,— самим или при посредстве священника; то оно называется частным. Сие богослужение составляет всегдашнюю, необходимую обязанность каждого человека, так как милость и помощь Божия составляют всегдашнюю его потребность.
Хотя вся жизнь верующих есть непрерывное служение Богу, однако из примера некоторых святых мужей можно видеть, что они некоторые определенные времена в каждый день преимущественно посвящали на богослужение. Так, пророк Давид вечером и утром и в полдень возносил к Господу стенания души своей (см.: Пс. 54, 18); пророк Даниил три раза каждый день преклонял колена пред Господом (см.: Дан. 6, 10).
Пример сих Пророков научает и нас — служением Богу начинать и оканчивать каждый день,— им освящать начало и конец каждого дела, дабы, всем служа Богу, во всем иметь Его благодатное содействие; должно также молиться пред принятием и по принятии пищи. Чтобы сие служение Богу было свободно от всякого развлечения, препятствующего углублению в предмете совершаемого действия, для сего Иисус Христос научает нас совершать оное в уединении: ты, егда молишися и прочее (см.: Мф. 6, 6).
В сем, впрочем, важном и нужном деле верующие не оставлены сами себе; но в руководство им составлены святыми Отцами разные молитвы, соответственно нуждам сердечным, и указаны правила употребления их, чтобы каждый по силе своей преспевал в молитве. Все они содержатся в молитвословах, канонниках, следованной Псалтири. В последней в самом начале для прилежащего святым молитвам изъяснено значение каждой из деннонощных служб: по изложении же самого их последования изображены наставления для домашней молитвы, в состав коей обыкновено входят канон Господу Иисусу, Богородице, Ангелу Хранителю и святому дня седмичного.
Потом присовокупляется, что такое правило должны повседневно соблюдать монашествующие, священники, диаконы, причетники и все — всякого чина и пола — христиане, умеющие читать. Не умеющие же читать и по благословным причинам не могущие слушать церковного пения, а между тем имеющие желание благоугождать Богу и очищать мысли сердца своего молитвою должны за каждую церковную службу и за каждый канон полагать известное число поклонов с известным же числом молитв Иисусовых.
Вообще, никто во время церковного пения не должен оставаться без молитв, где бы кто ни был — дома или на пути, но по силе своей да совершает и не унывает. И малое правило, вовремя совершенное, в великое вменится от Христа Господа тому, кто на Него уповает и не забывает Его. Тако да тщимся, тако да течем! Шестою церковною заповедью предписывается: молиться всеблагому Богу о всяком звании людей; и во-первых, за духовных, как то: за Святейшего Патриарха, за митрополита, епархиального епископа и за весь причт,— потом за государя, областного начальника, за весь синклит (власти)
и за все правительство, за воинство, особливо же за тех, кои благодетельствуют церквам и пекутся о распространении веры кафолической и православной,— и это на основании слов Апостола, который говорит: молю ибо прежде всех творити молитвы, моления, прошения, благодарения за вся человеки, за царя и за всех, иже во власти суть, да тихое и безмолвное житие поживем во всяком благочестии и чистоте: сие бо добро и приятно пред Спасителем нашим Богом (ср.: 1 Тим. 2, 1—3).
«Кроме сего, молиться и за усопших, которые скончались в вере православной; также за еретиков и раскольников, чтобы они обратились к вере православной прежде конца своей жизни». Во исполнение сего составлен подробный помянник, который должно со всяким умилением и усердием чести священнику, монаху и мирянину. По совершении всех молитв, прежде нежели возляжешь на одре твоем, помыслом и памятию твоею прейди сие: 1)
воздай благодарение Вседержителю Богу за то, что Он благодатию Своею даровал тебе пребыть в живых и в здравии мимошедший день; 2) положи слово с самим собою и испытание сотвори совести твоей, преходя и подробно исчисляя все часы дня с того времени, как встал с одра,— и приводя себе на память: где был, что делал, с кем беседовал; и так со всяким опасением испытай и воспомяни все дела, помышления и даже слова, тобою от утра до вечера произнесенные; 3)
если сделал что благое в день сей, не приписывай того себе, но Богу, дарующему всякое благо; благодари Его за сие и молись, да утвердит тебя в сем благом делании и пособствует совершати прочая благая; 4) если же что сделал худое, то себе припиши, злому обычаю и лукавому произволению, а иногда и немощи; кайся и моли Человеколюбца, да дарует тебе в том прощение,— с твердым обещанием — впредь не творить подобного; 5)
слезами преклони на милость Творца твоего — даровать настоящую ночь тиху, безмятежну, неблазненну (неоскверненную) и безгрешну,— и в утрешний день здраву и бодру встать на славословие всесвятого имени Его; 6) перекрестись и с молитвою засни, помышляя день судный, как имаши предстати Богу. Так указано проводить день от утра до вечера; но и касательно частных случаев жизни, благополучных и не благополучных, равно как и разных потреб житейских, дел и начинаний,— верующий не оставлен себе.
Для всего сего учреждены особые молитвы и последования. Церковь всюду сопровождает и блюдет чад своих освящающею силою своих молитв чрез священников. И всякий правомыслящий, чувствуя нужду в небесной помощи и свое бессилие к привлечению ее, обязан прибегать к сему посредству, ничтоже сумняся. Уповающего на Господа милость обыдет. В простоте сердца предавшие себя силе молитвословия, установленного Церковию, всегда сподоблялись от Господа обильных благословений.
Устраняющие же себя от него по суемудрию, неверию и небрежению, как чуждые единения с Церковию по духу, оставляются и Господом самим себе, своим слабым силам и ненадежным средствам; притом они постоянно хладеют и делаются жестокими по сердцу, тогда как те постоянно пребывают в некоторой атмосфере, преисполненной согревающею и живительною силою.
Ибо Церковь-мать не престает обнимать их любовию своею на всех путях жизни с минуты рождения и не престанет до конца жизни, не забудет и в час смерти,— и даже по смерти — до последнего суда Господня. В сем отношении нельзя не исповедать всякому верующему: «Церковь есть мати твоя, яже тя духом породи, в крестителной купели, и млеком догматов православных воспита.
Таже и твердыя Пищи — Тела и Крове Христовы — тебе вкусити даде и ныне тя на лоне своем пестует матерски, пока при персях ея сладчайших, яко и любимое чадо, сном блаженным уснеши» (Стефан Яворский. Камень веры. 1, догмат первый о святых иконах. 2, 9).