Страница 12 из 80
Хорошее кино, внутри которого, как в настоящей жизни, можно и посмеяться, и поплакать. Посмотрите, правда. Когда пост закончится.
1768 Псалом 115: верую - говорю, не верую - молчу
Апостолы, будучи евреями, были знакомы с псалмами с детства. Поэтому псаломские цитаты явно и скрыто пронизывают их речи и писания.
Апостол Павел
Вот Павел говорит о Воскресшем Иисусе: «Имея тот же дух веры, как написано: я веровал и потому говорил, и мы веруем, потому и говорим, зная, что Воскресивший Господа Иисуса воскресит через Иисуса и нас и поставит перед Собою с вами» (2 Кор. 4:13-14).
Выделенные слова нас сегодня интересуют главным образом, - с них начинается 115-й псалом, третий в числе тех, что включены в подготовку к Причастию: Я веровал и потому говорил.
О, если бы и мы говорили только, исходя из начал веры. Верую - говорю, не верую - молчу. Святая тишина воцарилась бы на огромных пространствах Божьего мира.
Псалмы со 112-го до 117-го пелись на Пасхальной вечере. Они называются «галель», поскольку получили свое имя от надписания этих псалмов: «Аллилуйя», по-еврейски «халлелу - Йаг». Это делает их в наших глазах особенно драгоценными, поскольку они представляют собой последние молитвы, пропетые Иисусом Христом перед Страданием. Первые два псалма пелись до еды.
Псалом 115-й, вероятно, после. Там, где Марк говорит:
«И, воспев, пошли на гору Елеонскую» (Мк. 14:26), речь идет именно об этих псалмах.
«Я сказал в опрометчивости моей: всякий человек ложь». Опрометчивость заключается в том, что в Иисусе нет ни лжи, ни тьмы. О себе всякий может сказать: «Всяк человек - ложь, и я - тож».
Но Христос - исключение из правила. Он - Истина и Начальник жизни (Деян. 3:15) С тех пор, как Он пришел в мир, уже не всякий человек - ложь, но есть возможность перейти от смерти в жизнь и жить по правде.
«Чашу спасения прииму и имя Господне призову». Как и в псалме 22-м, где говорится «чаша моя преисполнена», мы получаем указание на некое Святое питье, а именно - на Чашу Нового Завета. Вспомним, что псалом пелся непосредственно после Тайной Вечери, на которой Господь, «взяв чашу, благодарив, подал им: и пили из нее все. И сказал им: сие есть Кровь Моя Нового Завета, за многих изливаемая» (Мк. 14: 23-24)
Прочтите этот псалом, держа в уме не себя, но Иисуса, Который идет на искупительную смерть. Тогда все слова пронизываются новым смыслом:
«Дорога в очах Господних смерть святых Его!
О, Господи! я раб Твой, я раб Твой и сын рабы Твоей; Ты разрешил узы мои.
Тебе принесу жертву хвалы, и имя Господне призову.
Обеты мои воздам Господу пред всем народом Его,
во дворах дома Господня, посреди тебя, Иерусалим! Аллилуйя»
Наша Евхаристия есть расширение узкого круга апостольской общины до Вселенских масштабов и включение в число трапезующих, поющих и причащающихся великого множества людей «из всякого колена и языка, и народа, и племени» (Откр.5:9)
Дай Бог только, чтобы пропорционально числу спасаемых, с той же прогрессией не возрастало число Иуд.
Об этом будем просить, стоя перед Чашей: «Ни бо врагам Твоим Тайну повем, ни лобзания Тебе дам, яко Иуда.»
Псалом 115:
1Я веровал, и потому говорил: я сильно сокрушен.
2Я сказал в опрометчивости моей: всякий человек ложь.
3Что воздам Господу за все благодеяния Его ко мне?
4Чашу спасения прииму и имя Господне призову.
5Обеты мои воздам Господу пред всем народом Его.
6Дорога’ в очах Господних смерть святых Его!
7О, Господи! я раб Твой, я раб Твой и сын рабы Твоей; Ты разрешил узы мои. 8Тебе принесу жертву хвалы, и имя Господне призову.
9Обеты мои воздам Господу пред всем народом Его,
10во дворах дома Господня, посреди тебя, Иерусалим! Аллилуия.
1769 Титаник: гибель умного и гордого мира
andreytkachev.com /titanik-gibel-umnogo-i-gordogo-mira/
О «Титанике» как модели цивилизации
Недавно смотрел с детьми «Титаник» Кэмерона. Не специально, просто его «крутили» по ТВ. Настоящий просмотр хорошей пьесы или кино — это когда все до нюансов известно, и уже не следишь за сюжетом, потому что знаешь его. Тогда смотришь и думаешь, смотришь и анализируешь, и многое тогда начинает открываться. Это то, о чем говорят: «Настоящий театр начинается тогда, когда пьеса знакома, как свои пять пальцев».
Кэмерон без сомнения — молодец. Он так проникся темой, что некоторые кадры смотрятся как документальные. Вот, в первое время после столкновения пассажиры и матросы действительно играли на палубе в футбол куском льда от айсберга. И фраза: «Мы одеты во все лучшее и умрем, как джентльмены», — действительно была произнесена Бенджамином Гуггенхаймом, одним из погибших на корабле бизнесменов.
Таких подробностей в фильме множество, вплоть до номера псалма, который поют в корабельном храме в утро трагедии; вплоть до пожилой пары, оставшейся в каюте тонущего корабля (это экс-конгрессмен США Исидор Штраус с женой Идой). Такое бережное восстановление подробностей катастрофы не может не удивлять и не впечатлять. И сам режиссер называл свой фильм «кинематографическим венком в память погибших на «Титанике».
Оставив за скобками романтическую упаковку, на фоне которой развертывается повествование (на фоне которой только и может что-то развертываться для современного зрителя), я смотрел и думал о том, насколько символична гибель этого корабля. Это, без сомнения, гибель целой модели цивилизации, сколь тяжеловесной, столь же и подогнанной в частях друг к другу. Это гибель умного и гордого мира. Не беда, что умного, но беда, что гордого. Пусть не целого мира, но гибель настоящей модели гордого мира, который перестал чувствовать свою уязвимость и смертность.
«Титаник» пошел ко дну 14 апреля 1912 года, то есть за два года до начала Первой Мировой войны и за пять лет до Революции в России. Дома Романовых, Гогенцоллернов, Габсбургов отойдут из области реальности в область преданий. Мир, который казался незыблемым, вскоре изменится изменением страшным и беспощадным. Но перед этим утонет корабль, который казался непотопляемым.
Корабль действительно был огромен. Его длина (270 метров) превышала высоту всех тогда стоявших в Штатах небоскребов. Один лишь вес руля «Титаника» превышал общий вес корабля Колумба «Санта Мария», на котором была открыта Америка. И для питания пассажиров на борту находилось одного лишь мяса 45 с лишним тонн. Это был плавучий город, светящийся огнями. Это был кусок цивилизованного материка, мягко оторвавшийся от суши и поплывший вдаль, так что если не смотреть на море, то и ощущения плавания можно было вовсе лишиться. Но на этом плавучем куске гордой цивилизации были все проблемы той же цивилизации.
Билет 1-го класса стоил 3.100 долларов США, что равно приблизительно 124.000 по нынешнему счету. А билет в 3-й класс стоил 32 доллара, то есть менее полутора тысяч по-нынешнему, что тоже, отметим, немало. Но какова разница! Соответственно проданным билетам людей и спасали. Из первого класса было спасено 60 процентов пассажиров и только 25 процентов — из третьего. Женщины и дети из кают первого класса спаслись почти полностью. Половина женщин и детей из третьего класса погибла. Демократия, равенство и прочие громкие слова работают со сбоем, когда приходит беда. Так было в самой свободной стране в начале прошлого века. Так, к несчастью, бывает и всюду. Да, еще одна деталь. Наемные рабочие, бросавшие весь рейс уголь в топку, по прибытию в порт получали аж целых 5 (!) долларов, или что-то около того.
Как всегда ручейками стеклись в одно русло те сотни мелочей, каждая из которых ничего по отдельности не значит, но которые вместе превращаются в фатум. Кто-то закрыл бинокль в сейфе и другой кто-то потерял ключи. Что-то недодумали по части заклепок на обшивке и легкомысленно не доукомплектовали корабль спасательными шлюпками. В радиорубке радисты передавали на берег частные телеграммы за «чаевые» и поэтому предупреждение о близости льдов не получили вовремя. И так далее. Все это — точная модель крушения, которое, если уж задумано в вышних, то состоится непременно, хотя и будет выглядеть так, как стечение необязательных обстоятельств.
Чрезвычайно интересно, что в 1898 году некто Морган Робертсон написал книгу «Тщетность, или гибель Титана». В ней шла речь об огромном корабле, который потонул из-за столкновения с айсбергом. Книга увидела свет через 14 лет после написания, как раз накануне гибели реального корабля — в 1912 году.
Если смотреть на это кораблекрушение как на символическое крушение целой цивилизации, то нельзя не отдать должное героям, погибшим на корабле. Героями были женщины, предпочетшие умереть с мужьями, а не спасаться без них. Несомненными героями были музыканты, игравшие на палубе среди крика и хаоса почти до самой своей гибели. Среди прочего они играли 3-ю симфонию Бетховена. В фильме это квартет, но в действительности оркестр состоял из семи человек. Погибли все.