Страница 49 из 80
Так же у нас и с Великим постом часто происходит. Люди вначале соблюдают пост ради здоровья, а в результате приходят к мысли, что раз соблюдаю пост, значит, нужно и молиться, и каяться, и исповедоваться, и причащаться. И так вот шаг за шагом становятся православными людьми.
Протоиерей Андрей Ткачев: Дела не умирают. Они продолжают жить и действовать, оказывая влияние на человека. Это касается и злых дел, и добрых. Грешник запутывается в сетях своих ранее соделанных грехов, а о добре сказано: отпускай хлеб по водам. По прошествии времени опять найдешь его (Екклесиаст).
Помните, в сказках часто главному герою помогают в сложных ситуациях животные (утка, муравей, щука и т.д.), спасенные им прежде. Это верная философская идея: тебя найдет в нужное время благословение за сделанное добро. Об этом же говорит и Евангелие: приобретайте друзей богатством неправедным (Лук. 16).
Протоиерей Александр Авдюгин: «Просто так» — не жертвуют. Всегда есть цель. В моей пастырской практике был лишь единственный случай, когда деньги в храм богатый господин принес «просто так», но и здесь довольно скоро была выяснена причина этого поступка. Оказывается, конкурент по бизнесу нашего жертвователя хвастался в своих «деловых кругах», что он жертвует на храмы Божьи. Вот так «нравственная конкуренция» (если есть такая) и сподвигла на поступок.
В Церкви неверующие жертвователи видят, прежде всего, социальную составляющую общества. Тех, кто заботится о падших, нищих, больных и убогих. Видя, что данные ими средства расходуются именно по назначению (часто это оговаривается), и к вере приходят.
Священник Анатолий Слынько: Мне трудно судить из-за своей маленькой священнической практики. Но вот приходится наблюдать другое. Люди постепенно воцерковляются и параллельно помогают храму, видя нужды храма как бы изнутри. А это бывает, когда в общине есть подлинно церковная жизнь: молитва, общение, любовь.
«.Священник обязан делать все для просвещения и спасения жертводателя. В том числе, назидать, утешать, а если надо, то и обличать»
Насколько широко распространены случаи, когда благотворитель жертвует на храм немалые суммы и постоянно, а потом на этом основании считает себя в праве давать «настоятельные рекоммендации» священнослужителям в тех или иных вопросах, в том числе, вероучительных?
Архиепископ Вышгородский Павел:Действительно, бывали случаи, когда человек пожертвует на храм какую-то пусть и небольшую сумму, а потом в той или иной церкви или монастыре считает себя хозяином. Это искаженное представление о благотворительной деятельности, когда человек не Церковь, упорядочивающую человеческую жизнь, видит в себе, а себя в Церкви. К сожалению, есть такие примеры.
Но истинные благотворители, которые строят храмы и существенно помогают монастырям, рассуждают следующим образом: «Я делаю лишь то, что должен делать и благодарю Бога за дарованную мне возможность это совершить». Такой подход к делу благотворительности характеризует этих людей как благочестивых, умных, глубоко осознающих свой христианский долг, который они исполняют в меру своих сил и возможностей. Не стоит также забывать того, что народная мудрость гласит: «Дай Бог подать, не дай Бог просить».
Епископ Броварской Феодосий: К сожалению, такое бывает очень часто. Причина этому - низкий уровень церковного и культурного сознания состоятельного жертвователя, как правило, вырвавшегося «из грязи в князи» и еще не научившегося правильному отношению к большим деньгам.
Совсем по-другому вели себя меценаты в былые времена, до большевистской революции 1917 года. Большинство из них были воспитаны в богатых и благочестивых семьях, поэтому не имели повода кичиться приобретенным, умели по-евангельски относиться к своему состоянию. В то время считалось честью для семьи вложить в дело Божие часть своих средств. О желании требовать от Церкви что-либо взамен не могло быть и речи, ведь правая рука не должна знать, что делает левая.
Как же быть современному священнослужителю с неразумными благотворителями, о которых Вы спрашиваете? Изначально не давать им повода думать, что жертвуемые средства дают право хозяйничать в Церкви. Не следует человекоугодничать за деньги. Мягко, в индивидуальном общении надо подвигать благотворителей к мысли о том, что деньги на храм — это хорошо, но спасение невозможно без личного подвига покаяния, исправления, приобщения Христу в этой земной жизни.
А самому священнику надо помнить, что принимая от людей деньги на храм, он перед Богом возлагает на себя обязанность молиться о жертвователях, делать все для их просвещения и спасения. В том числе, назидать, утешать, а если надо, то и обличать. Думаю, что поступая так, священнослужитель значительно реже будет сталкиваться с той проблемой, о которой мы говорим.
Архимандрит Иона (Черепанов): К счастью, мне подобная ситуация незнакома, друзья нашего монастыря — люди воцерковленные и благоговейные, знающие, что Господь, давший им средства, в судный день спросит, как они ими распорядились, и хорошо понимающие, что «сапоги должен тачать сапожник, а пироги печь — пирожник».
Но о печальных ситуациях, когда жертвователь поступает по принципу «кто платит деньги, тот и заказывает музыку», я тоже слыхал. Думаю, что благотворитель может давать рекомендации (если за ними обращаются) только в той области, в которой батюшка не особо компетентен, например, в строительстве, юриспруденции и т.п., и делать это не в диктаторской форме, а в виде доброжелательного совета.
Архимандрит Варсонофий (Столяр): Ми знаємо, що живемо у світі гріховному, і кожна людина -грішна. Головний гріх — це гордість. Тому, перш за все, гріх і підштовхує людину виділитися. Людина немічна і хоче якоїсь уваги до себе, особливо, коли вважає, що зробила добру справу — допомогла храму. Такі випадки є, але якраз завдання священика — підказати, що якщо ти зробив добру справу, то це во славу Божу, а не у свою славу. Бо тоді добра справа не зараховується Господом Богом, а ти восхваляєш тільки своє ім’я.
Архимандрит Гедеон (Харон): Так было издревле. Еще до революции считалось правилом хорошего тона дворянам приходить после «Отче наш», то есть сразу к Таинству Причастия. Такая была мода. Конечно, это плохо, неправильно, грешно, но такое было. Человеческий фактор везде есть, и мы знаем множество таких случаев из истории. Один Бог нелицеприятен, как говорит апостол Павел, но мы все лицеприятны. И только Бог рассудит.
Протоиерей Андрей Ткачев: Такое не исключено, и если это есть, то это очень печально. И давать, и принимать нужно смиренно, поскольку мы не хозяева в Церкви, а служители. И добрые дела превращаются в отборное золото по мере забвения о них. А по мере пользования их плодами и превращения их в повод покомандовать они, напротив, обесцениваются. Так что здесь может быть как в анекдоте: богач гневается, что его отправляют в ад и напоминает, что жертвовал на храмы много, а ему отвечают: деньги мы вам вернем.
Протоиерей Александр Авдюгин: Слышал о подобных случаях, но непосредственно с ними не сталкивался. Мне как-то трудно это представить, и могу однозначно сказать, что вина в таких прецедентах целиком и полностью лежит на настоятелях тех храмов, где подобное происходит.
Священник Анатолий Слынько: Человек, достигший высокого и материального положения, считает себя власть имущим. По-церковному это называется просто «гордость». Часто можно наблюдать, когда спонсоры очень быстро со священником переходят на «ты», спешат назвать его другом, приглашают на застолья и любят хвастаться перед друзьями: «Вот, мол, посмотрите, у меня какой священник есть». Такой себе «карманный батюшка» получается. Но это только так может показаться с первого взгляда. На самом деле, внутренний климат на приходе всё равно задает настоятель и прихожане.
Священнику часто приходится иногда даже жертвовать собой ради Церкви и храма. Но ни в коем случае не верой. Есть один рассказ в древнем патерике об авве Пафнутии. Он не любил вина. Однажды в дороге, встретившись с шайкой разбойников, увидел он, что разбойники пьют вино. Атаман разбойников знал старца, знал также, что он не пьет вина. Но, видя Пафнутия в великом утомлении, наполнил чашу вином и, взяв в руку меч, сказал старцу: «Если не выпьешь, убью тебя». Старец, поняв, что разбойник хочет исполнить заповедь Божию, и желая обратить его на путь спасения, принял чашу и выпил. Тогда атаман раскаялся перед старцем и сказал: «Прости мне, авва! Оскорбил я тебя». Старец ответил: «Уповаю, что Бог за эту чашу сотворит с тобой милость и в этом веке, и в будущем». — «И я надеюсь на Бога, — сказал атаман, — и с этого времени никому не сделаю зла». Таким образом, старец, отказавшись от своей воли для Господа, обратил на путь спасения всю шайку разбойников.