Страница 27 из 67
1389 Исследуйте Писание
Память мучеников Маккавеев стоит в ряду церковных исключений. Она касается личностей Ветхозаветных. А кого еще мы торжественно и всецерковно чтим из деятелей времен от Моисея до Мессии? Пожалуй, только Илию. Еще - праотцев в неделю, предшествующую Рождеству. Но там обилие имен поминается вместе, и нет возможности обсудить, осветить, передать слушателям сущностные моменты жизни Адама, Ноя, Авраама, Давида... Каждый из них достоин долгой беседы, да и не одной. Но нет этих бесед. Не звучат они.
О, Иисусе, когда же это будет так, чтобы пастыри и там и здесь, всюду по храмам часто собирали народ, «велели рассадить всех отделениями» (См. Мк. 6:39) и беседовали с ними пространно «о Гедеоне, о Вараке, о Самсоне и Иеффае, о Давиде, Самуиле и других пророках» (Евр. 11:32). Будет ли это, или подобные явления навсегда превратились в «святую древность» и прерогативу Церкви Первенствующей?
При этом заметьте: знаковые личности Ветхого Завета имеют в нашем служебном календаре особые дни памяти. Есть день памяти у Исайи, у Иезекииля, у праотца Авраама (отец всех верующих!), у Моисея (посредник при даровании Закона!) и у прочих. Но скажите мне, разве мы в эти дни собираемся на молитву в храмы? Разве мы прилежим чтению содержащихся в Библии писаний этих мужей? Разве сама память наша церковная и молитвенная реагирует на имена Авраама, Давида, Моисея, Елисея? Почему Илию мы выделяем, и мучеников Маккавеев к нему присоединяем, а прочих оставляем незаслуженно за скобками молитвенного мышления? Может мышление наше не молитвенное вовсе?
«Новый Завет скрыт в Ветхом, а Ветхий Завет раскрыт в новом», - говорил блаженный Августин. Формула эта кристальна и достойна благоговейного удивления. Таковы математические формулы, соединяющие для понимающих людей истину с краткостью и красотой. Люди Нового Завета уже потому должны «изучать Писание» и любить книги Ветхого Завета, что в них «скрыт» Новый Завет.
Было бы неплохо, если бы пастыри постоянно просили своих пасомых: «Читайте Писание. Прошу вас, читайте Писание. Запоминайте, выписывайте, учите наизусть, чтобы поучаться в Законе Господнем «день и ночь!»
Такие речи приходится слышать не очень часто. Они - редкость, при всей необходимости в них. Но даже при том, что просьбы читать Писание незаслуженно редки, думается, что пора звучать иным речам. Пора говорить людям, наполняющим храмы: «Не смейте не читать Священное Писание! Даже не думайте прожить день, ничего не вспомнив или не прочитав из Божественных книг Ветхого и Нового Заветов! Это что еще за мода, считаться христианином и ничего не читать из Библии каждый день?! Есть то вы, небось, не забываете регулярно?!»
Вот какие речи востребованы сегодня поистине.
Прошло, поверьте - навеки прошло то время, когда человек, не читающий Писание и не молящийся на всякий день и час, мог традиционно причислять себя к людям православным. Люди долго были неграмотны. Люди знали только то, что хранила их память. Научат - хорошо, не научат - и так сойдет. Люди относились к вере, как к наследству, полученному вместе с рождением. Сегодня все не так. Человек свободен и человек ищет веру. Все, доставшееся в наследство, он склонен не только любить - не любить, но и подвергать сомнению. Если у этого человека, заверченного в информационный вихрь, будет вера, то она должна будет отличаться осознанностью и серьезностью. К тому же все грамотны.
Мы ежедневно прочитываем изрядное количество текстов. Реклама, объявления, телеафиши, поваренные рецепты. Даже не читая собственно книг, мы все равно многое читаем на протяжении дня. Так почему же крещеные люди, умеющие читать, не читают ежедневно Писание? Я этим хочу сказать о том, что у нас нет оправдания. Наше невежество в Законе Господнем, наша временами совершенная отчужденность от жизни в Завете есть плод только нашей вины и нашего неразумия.
Правда, никто особо не акцентировал внимание широких церковных масс на вдумчивое чтение Писаний. Мы как-то все склонны «спасаться в простоте». И дела нам нет, что иная простота - хуже воровства, и что от глупой простоты до адовой бездны - один сантиметр. Посему, пользуясь случаем, от памяти ветхозаветных мучеников, позвольте мне лишний раз сказать нечто.
А именно: «Знающий грамоте и не читающий Святое Писание крещеный человек христианином считаться может лишь с большой натяжкой. Зане Господа презрел и слов Его не любит, а значит и заповедей не творит.
Кто читает охотно все, что угодно, кроме слова Божия, явно доказывает, что любит все что угодно больше, чем Самого Господа. Таковой - либо отступник от веры, либор полный невер, какой бы сан или чин не носил.
Книга Святая, молча, говорит о вещах великих, и кто голос сей услышать не потрудился, тот услышит голос Божий грозно и страшно в Последний День»
Эти речи можно продлить, и все они обличительны для нас - христиан дня сегодняшнего.
Не время ли проснуться и обратить внимание на главное - на вечные слова Вечного Бога? В противном случае овцы церковного стада рискуют оказаться козлищами, а пастыри - волками.
Помянем Маккавеев - почитаем книги Маккавейские. Придет память Иеремии - найдем в Библии его книгу. И Литургию празднично отслужим в день памяти Авраама, Амоса, Захарии.
Такова необходимость. Таков вызов дней, которыми мы окутаны.
1390 Успенский пост: христиане против философов
Пост без молитвы - диета, не больше. Диета - тоже хорошо. Облегчает плоть, дает чувство радости жизни, и прочее, прочее. Вот скажет вам некто: «Я диету соблюдаю, а вы поститесь. В чем разница?». А вы ему: «Ну, знаете. Ну, понимаете.» И - ничего внятного. Тогда он ничего не узнает и ничего не поймет. Плюс - будет уверен, что и его диета, и наш пост -нечто если не до конца одинаковое, то очень похожее.
Горе нам. Мы не умеем ни объяснить, ни защитить свою веру. Глаза у всех умные, а слова не те. Не в пример нам были иноки некие, которых спросили философы: «И вы не женитесь — и мы. И вы спите на земле - и мы. И вы ходите вечно в одной одежде, и мы - в одном плаще. Какова меж нами разница?»
Фото: Ирина_Киршен_Мединцева, photosight.ru
Было это во времена, когда философия была не кабинетной дисциплиной, а образом жизни. По этому критерию у нас сегодня вообще нет философов, одни, не скажу, кто. Так вот, те монахи, к которым был обращен вопрос, ответили: «По внешним признакам вы и мы отличаемся мало. Но мы уповаем на Бога и пребываем в благодати».
Исходя из сказанного, и мы о посте своем можем сказать нечто подобное. Например: «Мы учимся любить Бога и воспоминаем часто о пришествии в мир Его Единородного Сына. Мы любим также и Матерь Иисуса Христа, «таковой страшней Тайне послужившую». Этот пост наш посвящен Ей. Постясь, мы уповаем на Бога и пребываем в благодати, поскольку Сама Дева Мария благодатна, и Ангел сказал Ей: «Радуйся, Благодатная, Господь с Тобою».
Если есть и пить меньше, а то и не есть временами и не пить вообще, то чем заняться? Молитвой! Тем, без чего пост — просто диета, и не больше. Молитва нужна: сильная, собранная, горячая, о себе и обо всех. Не просто чтение неких молитвенных текстов, что само по себе похвально и есть школа молитвы, но еще не вся молитва. Нужно не изображать из себя молящегося человека, но нужна сама молитва, которая (видит Бог) меняет человека, «чадом света сего соделовая».
Матерь Божия умеет молиться. Всю жизнь сему училась. В тишине, в простоте, в одиночестве. То работая, то отдыхая, то вставая, то ложась, Она имела Бога в памяти и имя Его - на устах. Потом, сподобившись посещения Гаврилова и понесши во чреве, тем более прислушивалась к биению и росту плода в Себе, на каждое движение Сына отвечая молитвой Отцу Его.
А затем ходила за Сыном, «слагая все глаголы Его в сердце Своем». Потом горела в огне страдания невыносимого, стоя под Крестом, но молитвы не оставляла. Потом переменила скорбь на радость и проповедовала людям спасение в Том, Кого носила, и питала, и слушала.
А потом пришло Ей время умирать. И опять усилилась и умножилась ее молитва, в ответ на которую Сын Сам пришел и взял на руку душу Матери. Потом было ее воскресение и на небеса восшествие, откуда Она зрит нас, и посещает, и является с заступлением и многообразной помощью.
Родила, но Девой осталась. Умерла, но перешла в Жизнь, поскольку Бог наш есть Сын Ее. Если Жизнь к нам пришла, то через Нее, и значит, Она - Дверь Жизни. Если Бог к нам с небес сошел, то Ею, и значит, Она - Лестница Иакова, соединяющая небо и землю.
Стоит в ожидании праздника Успения попоститься духом и брюхом. Болтать меньше и не вникать ни во что, что нас прямо не касается. Есть меньше, чтобы некую легкость и бодрость в себе ощутить. Появившуюся легкость и бодрость «конвертировать» в посещение храма и в поклоны земные на молитве. Что-то доброе сделать ради Христа, а не ради похвалы или ответного добра человеческого.