Страница 2 из 45
Суждение это является аналогией к словам Василия Великого в "Беседах на Шестоднев" о "полуученых", имеющих "глаза сов, ибо зрение совы, проникающее сквозь мрак ночи, поражается великолепием Света" [4]. Отношение Православия к современной медицине высвечивается светом христианской нравственности. Именно поэтому таким значимым становится не только формирование в конце XX века биоэтики как системы знания о границах допустимого манипулирования жизнью и смертью человека, но и выверка этих границ этическими нормами профессиональной морали, традициями и ценностями православной культуры. Уже более 1000 лет русская культура была и остается христианской православной культурой. Несмотря на 70-летнюю государственную планомерную и разностороннюю борьбу с религией, социологические опросы последних лет свидетельствуют, что 40% населения полагают, что религия играет в их жизни важную роль. Полнота культурной жизни современной России немыслима без учета религиозно-нравственных ценностей. В то же время нельзя не отметить, что современное Российское Законодательство об охране здоровья граждан являет собой попытку организовать работу отечественного здравоохранения в новой для России, но отработанной западной культурой либеральной парадигме права и законности.
Именно поэтому в данной книге воспроизводятся не только основные положения и лаконичные формулировки того или иного закона по здравоохранению, но и их основание - логика либеральной идеологии. В 1993 году в России появился Православный медико-просветительский центр "Жизнь". Первоначально центр ставил перед собой задачу распространения информации об отношении Православной Церкви к абортам, контрацепции, стерилизации, деятельности Ассоциации планирования семьи, фетальной терапии. В настоящее время Центр приступает к обсуждению проблем эвтаназии, пересадки органов и др. как с духовной, так и с медицинской точек зрения. "Провозглашая принцип свободы совести, общество ныне видит в Церкви равноправного участника преобразований, которыми занята страна, в первую очередь нравственных преобразований" [5]. В связи с особенностями русской истории XX века нравственные преобразования связываются сегодня не столько с очередным нравственным "обновлением", сколько с обращением к забытым ценностям и традициям. "Беспамятство - разрушительно, память - созидательна", - напоминает Д.С. Лихачев [6]. Естественно поэтому, что одно из направлений нравственных преобразований в современной России сориентировано на то духовно-культурное наследие, право на которое сегодня восстанавливается.
Общество открывает для себя то, что оно обладает своеобразными культурными традициями, что оно имеет более глубокие корни и не только те, которые признавались недавно. В святоотеческом Предании, в трудах отцов русской Православной Церкви, в русской религиозной философии, для которой вопросы моральной жизни всегда были особенно значимы, в творчестве B.C. Соловьева, В.И. Несмелова, С.Н. Булгакова, В.В. Зеньковского, П.А. Флоренского, Л.П. Карсавина, Н.О. Лосского, В.Н. Лосского, С.Л. Франка мы попытаемся найти опору в подходе к решению проблем жизни, смерти, здоровья, болезни, достоинства и свободы человека, существующего сегодня в условиях мощного вторжения техногенной цивилизации в "пространство" и "время" его бытия. Биомедицинские формы этого вторжения одинаковы, но формы морально-мировоззренческой реакции на это вторжение в разных культурах различны. Профессор Эдмунд Д. Пеллегрино, в прошлом директор Института этики им. Кеннеди в Джорджтаунском университете (США, Вашингтон) пишет: "Англо-американский аналитический образ действий, начинающий с этики, не годится, например, для культуры Востока... Континентальные европейцы, наоборот, больше предрасположены обращаться к феноменологическим, герменевтическим или классическим этическим концепциям... В Америке... религиозные и теологические источники морали развиты относительно слабее и менее влиятельны, чем в других странах" [7].
Подход к проблемам современной биомедицины, определяемый традициями и ценностями православной культуры - это уникальная, а значит и ценная, особенно в масштабах мирового сообщества, позиция. Одновременно - это свидетельство верности своему культурно-религиозному типу, что в немалой степени способствует его выживанию и сохранению. Православие и историческая критика. - "Вопросы философии", 1990, № 8, с. 150. ^ Епископ Варнава (Беляев). Основы искусства святости. Т. 2. Н. Новгород. 1996, с. 48. ^ Сорокина Т.С. История медицины. М. 1988, с. 44. ^ Мосс В. Православный подход к науке. - "Православная жизнь", 1995, № 8, с. 25. ^ Иванов М.С. Церковь и мир. - О вере и нравственности по учению Православной Церкви. М. 1991, с. 247. ^ Лихачев Д.С. Память преодолевает время. - "Наше наследие", № 1, 1988, с. 1. ^ Pellegrino E.D. Einleitung. Bioethik in den USA. Hrsg. Hans-Martin Sass. Springer-Verlag, 1988, s. l7. ^
Раздел I. Медицина, этика, право и религия: формы взаимодействия
Тысячелетиями в европейской культуре существовала тесная и прочная связь религии, этики и медицины. Заданная христианством смыслообразующая цель человеческого существования в мире наполнялась конкретными ориентациями, ценностями, нормами морали и реализовывалась в конкретной практической деятельности милосердия и врачевания. Традиционная профессиональная врачебная этика как никакая другая форма прикладной профессиональной этики обнаруживала эту связь. Особенностью современной интеллектуальной жизни России является сосуществование различных, порой противоположных, морально-мировоззренческих ориентаций. В этих условиях вопрос о морально-этическом самосознании врача приобретает особую остроту. Новые реалии современной медицинской науки и практики - реаниматология, трансплантология, медицинская генетика, искусственное оплодотворение, выходя на новые уровни влияния и управления человеческой жизнью, сталкиваются и вступают в противоречие с традиционными нравственно-мировоззренческими принципами. Например, имеет ли моральное право врач-реаниматолог продлевать процесс умирания или осуществлять умерщвление в ситуациях безнадежного состояния больного? Насколько необходима организация медицинского умерщвления для трансплантологической практики?
Ведь в этих условиях врач освобождается не только от основного медицинского запрета "не навреди", но и от основной общечеловеческой моральной заповеди "не убий". Рациональный аргумент, оправдывающий новую практику - "цель оправдывает средства", тем не менее не освобождает от опасности разрушающего воздействия этих "средств" на нравственное самосознание, эмоционально-психическую стабильность личности врача. Не повлияет ли это на деформацию профессиональных добродетелей врача - его милосердия, сострадания, гуманности, благожелательности, человеколюбия? Должна ли современная медицинская этика, формирующая нравственное мировоззрение врача, переосмыслить доминирующие долгое время морально-этические установки? Если "да", то как? Или она должна оставаться в границах традиционных для медицинской этики ценностей? Что это за границы?
Глава 1. Медицина в системе знаний о человеке
Корень слова "медицина" (индоевропейское - med) означает "середина", "мера". Смысл этих слов связан и с нахождением средства (меры) исцеления, и с оценкой исцеления как действия между чудом и знанием, и с "срединным" местом медицины между естествознанием и антропным (социально-гуманитарным) знанием. Современная медицина - это уникальная форма синтезирования достижений фундаментальных и прикладных отраслей естествознания. Но от "чистого" естествознания медицину отличает то, что она работает не с "веществом", "полем" или "информацией", а с человеком, знание о котором не ограничивается естествознанием, но предполагает нравственное измерение.
1.1. Медицина между нравственностью и моралью
Нравственность - это код человеческих отношений. Неудивительно поэтому, что религиозная культура, а также любая фундаментальная философская система обладает "ключом" к расшифровке этого кода, т.е. включает в себя этику. Латинское слово ethice означает - учение о нравственности, т.е. систему непротиворечивых суждений об основаниях, смысле и назначении морали. При определении этики употребляются слова "нравственность" и "мораль", которые в данном случае и очень часто в разговорной речи используются как синонимы, т.е. слова, равные по значению. Тем не менее между ними есть различие. Этимологический анализ русского слова "нрав" приводит к исконно-русскому норов, что как нельзя лучше свидетельствует о том, что слова "нрав", "нравственность" фиксируют эмоционально-психический характер человека, который не всегда оценивается положительно. "Норов" или "нрав" человека может быть вспыльчивым, угрюмым, жестоким и т.п. Это различие сохраняется, когда поступок человека оценивается как нравственный (человек действовал по своему нраву), но не морально (т.е. вопреки нормам общества). Типичным примером несовпадения "нравственности" и "морали" является поступок Анны Карениной в одноименном романе Л.Н. Толстого. Анна, оставляя мужа, поступает нравственно, т.е. согласно своим чувствам и характеру, но аморально, т.е. вопреки долгу и нормам общества.