Страница 29 из 49
в открытых системах всегда, как минимум, имеет тенденцию возрастать, независимо от того, сколько внешней энергии может быть получено от Солнца или другого источника. Если же преодолеть эту тенденцию, с тем чтобы порядок в системе мог увеличиваться (как этого требует эволюция), то в этом случае энергия извне должна каким-то образом поступать в нее, но не в виде сырой энергии (подобно слону в посудной лавке), а в виде организующей информации.
Если же энергия Солнца как-то должна трансформировать неживые молекулы первозданного уплотнения в исключительно сложные, высокоорганизованные, самовоспроизводящиеся живые клетки, а затем превратить популяции простых организмов, подобных червям, в сложные мыслящие человеческие существа, тогда эта сырая энергия должна конвертироваться в эволюционные чудеса через какой-то не известный, но очень сложный код и специально изобретенные механизмы.
И если такие коды и механизмы не существуют на Земле (а ни у кого еще не было свидетельств, что такие вещи вообще существуют), тогда поступающая тепловая энергия будет просто-напросто разрушать любую организованную систему, которая могла случайно там возникнуть. Диссипативные системы Эволюционисты едва ли рассматривали эту проблему, не говоря уже о том, чтобы разрешить ее.
К их чести есть несколько теоретиков, которые во всяком случае признали проблему и выступили с определенными предложениями относительно направления ее возможного решения. Одним из них, ученым, теории которого привлекли наибольшее внимание (он даже получил Нобелевскую премию в 1977 году), является бельгийский физик Пригожий, выдвинувший странную идею "диссипативных систем" в качестве возможного источника создания новых сложных структур в природе.
Он сформулировал постулат, гласящий, что, когда системы как-то "возмущаются" и в результате большого притока энергии извне, которая производит чрезмерную диссипацию внутренней энергии, приводятся к условию, "далекому от равновесия", то определенные "структуры" могут заряжаться. В качестве примера можно привести образование штормовых элементов в атмосфере земли при сильном притоке солнечной энергии.
Как такие "диссипативные системы" могли привести к органической эволюции, полностью неизвестно, да это, кажется, и невозможно себе вообразить. Такие системы ни в коей мере не противоречат принципу энтропии, а скорее иллюстрируют энтропию, работающую сверхурочно! Гарвардский ученый Джон Росс комментирует: "...не известны случаи нарушений второго закона термодинамики.
Как правило, второй закон формулируется для замкнутых систем, но он применяется одинаково хорошо и для открытых систем... При исследованиях в областях, связанных с неравновесными процессами, создается впечатление, что второй закон термодинамики не срабатывает в таких системах. Важно удостовериться, что эта ошибка не увековечивается" ("Кемикл энд инджиниринг ньюс", 7 июля 1980 года, с. 40).
Тем не менее, странная теория возникновения организации через хаос завоевала в последние годы много сторонников не только среди эволюционистов, желающих разрешения проблемы энтропии, но также среди радикалов, жаждущих научного оправдания социальных революций, о чем говорилось во второй главе. Например, работающий при ЮНЕСКО ученый Эрвин Ласло отмечал (процитировано Уилом Липковским)
: "По-моему, Пригожий пытается оправдать эволюционный процесс - самоорганизация в изменяющихся условиях... Ее аналогия с социальной системой и эволюцией может быть весьма плодотворной" (Кемикл энд инджиниринг ньюс, 16 апреля 1979 год, с. 30). Нехватка места не позволяет открыть дискуссию по многим спорным проблемам, связанным с предложением Пригожина, который, выражаясь словами Ласло, "оправдал эволюционный процесс", из чего можно заключить, что эволюция была незаконной, пока не появился Пригожий со своим уникальным средством борьбы с энтропией.
Типичным примером таких суждений являются материалы, подготовленные двумя ведущими биологами-эволюционистами Эдвардом Уайли и Дэниелом Бруксом, которые полагают (без всяких доказательств - биологических и математических), что эволюция должна неизбежно происходить в мире, возрастающем в энтропию с помощью механизма, предложенного Пригожиным ("Системэтик зоолоджи", т. 31, № 1, 1982 год).
Однако эволюционист Роджер Льюин, обозревая подготовленные ими материалы, называет их предположения "эвристическими формулировками", и далее цитирует самого Пригожина, который был этим озадачен. "Я представляю, как вы справляетесь с этими молекулами, - сказал он Бруксу, - но не понимаю, как вам это удается с видами. Я не понимаю эту экстраполяцию" (Льюин, указ. соч., с. 1239). И никто не понимает!
Если наука должна быть основана на фактах и свидетельствах, а не на метафизических предположениях, тогда энтропия не объясняет и не поддерживает эволюцию вообще. Во всяком случае до тех пор, пока кто-то не продемонстрирует своего рода код контроля за эволюцией и контролируемые кодом доопытные системы механизмов превращения энергии для выработки возрастающих сложных систем в природе, законы энтропии будут делать невозможной любую сколь-либо значительную "вертикальную" эволюцию в природе.
Однако удивительно сложная вселенная не остается необъясненной и загадочной ввиду такого заключения. Она была сотворена всемогущим и всеведущим Царем Творения! Если эволюционисты предпочитают не верить этой истине, это их дело, но все реальные факты науки, особенно фундаментальной, и всеобщий закон энтропии свидетельствуют в пользу этого. Сложность жизни Тесно связанной с этими выводами законов науки относительно невозможности эволюции вообще является и крайне малая вероятность случайного зарождения даже самых низших и простейших форм жизни из неживых компонентов.
В пользу закона энтропии свидетельствует также и то, что системы имеют тенденцию двигаться к состоянию максимальной степени законченности. Это, разумеется, означает, что они движутся к распаду и хаосу. Состояние сложной организованности в системе, осуществляющей специфические функции, крайне "маловероятно" и нуждается в каком-то особом разъяснении.
Состояние хаотической разобщенности не нуждается в особом объяснении, так как это обычный путь, по которому все движется, если в процесс не вмешиваться достаточно долго. Жизнь и законы вероятности Поэтому можно анализировать сложные системы с точки зрения статистики и теории вероятности, подсчитывая вероятность их естественного возникновения благодаря случайным процессам.
Когда такой тип анализа применяется к живой системе - даже на самом низшем уровне какой только можно себе вообразить для самовоспроизводящейся системы - то быстро становится очевидным, что вероятность слишком мала для того, чтобы когда-нибудь событие могло произойти, если полагаться на волю случая. Такой вид подсчетов легок и надежен, но требует некоторых знаний биохимии и математики и поэтому несколько труден для неспециалиста среднего уровня.
К счастью, христианин может легко сослаться на работу других в этой области, так как многие ученые - как христиане, так и нехристиане - публикуют в настоящее время убедительные анализы такого рода. Например, примечательный "переход в веру" был недавно продемонстрирован знаменитым британским астрономом сэром Фредом Хойлом, создателем теории "стабильного состояния" происхождения Вселенной и откровенным атеистом вот уже в течение многих лет.
Сэр Фред и другой его коллега - атеист астроном и математик Чандра Викрамасингх неохотно пришли к выводу, что жизнь, видимо, была сотворена Высшим разумом, так как она слишком сложна, чтобы возникнуть естественным путем. Хойл не только отбросил свою теорию стабильного состояния, но также теперь утверждает, что "теория большого взрыва" неприемлема.
Вместе с д-ром Викрамасингхом он подсчитал недавно, что шансов на случайное возникновение жизни на Земле менее одного на 1040000 (число, выраженное единицей с 40000 нулями). Таким путем они пришли к выводу, что жизнь каким-то образом, видимо, возникла во внешнем космосе и была занесена на землю. Это главная мысль их книги "Эволюция из космоса" (
Нью-Йорк, "Симон энд Шустер", 1981 год, с. 176), обобщенной в их статье "Куда смело шли микробы" ("Нью Сайентист", т. 91, 1981 год, ее. 412-415). Вероятность этого настолько мала, что сэр Фред сравнил ее с шансами на то, что "торнадо, пронесшийся через свалку, соберет "Боинг 747" из находящихся там материалов" ("Хойл об эволюции", "Нейчур", т. 294, 12 ноября 1981 года, стр. 105). Но это еще не все.