Сочинения

Какие лукавые препятствия! Какие гнусные и пустые недосуги! Долго ли еще будут эти удовольствия? Долго ли эти забавы? Много времени жили мы для мира; будем наконец жить сами для себя. Что равноценно душе? Что равновесно Небесному Царству? Какой советник более достоин веры, нежели Бог? Кто благоразумнее Премудрого? Кто благопотребнее Благого? Кто ближе к нам Творца? Не было пользы Еве, что больше поверила совету змия, нежели совету Владыки. Какие безрассудные слова: «Мне некогда исцелиться; не показывай мне света: не приближай меня к Царю!» Не это ли прямо говоришь ты или даже не безумнее ли этого?

Если бы на тебе числились общественные долги, и состоящим в долгу была объявлена уступка долга, а между тем кто–нибудь старался по злобе лишить тебя части в этом прощении, — конечно, ты вознегодовал бы и возвысил свой голос, как лишаемый принадлежащей тебе доли в общей милости. А когда проповеданы тебе не только прощение прошедшего, но и будущие дары, — сам себе нанося обиду, какой не сделал бы тебе ни один враг, полагаешь, что надлежащим образом обсудил свое дело и придумал для себя полезное, то есть не воспользоваться прощением, но умереть в долгах? Притом знаешь, что и должному десятью тысячами талантов был бы прощен долг, если бы сам бесчеловечием к своему сослужителю не возобновил на себя иска (Мф. 18:23–35). И нам надобно беречься, чтобы не потерпеть сего же, если, по получении сей благодати, не прощаем долгов должникам нашим: надобно беречься для того, чтобы дар оставался у нас неотъемлемо.

Войди в та`инницу души своей, приведи себе на память дела свои. Если много у тебя грехов; не падай духом по причине их множества. Ид`еже умножися грех, преизбыточествова благодать (Рим. 5:20), если только приимешь сию благодать. Ибо много задолжавшему и прощено будет много, чтобы больше возлюбил (Лк. 7:41–43). А если грехи твои не велики, не важны и не к смерти, для чего беспокоишься о будущем ты, который не без мужества перенес прошедшее, и притом еще не будучи руководим законом?

Представляй, что душа твоя стоит теперь как бы на весах, и с одной стороны влекут ее к себе Ангелы, а с другой — демоны. К кому из них преклонишь свое сердце? Что одержит у тебя победу? Удовольствие ли плоти или святыня души? Наслаждение ли настоящим или вожделение будущего; Ангелы ли тебя приимут или удержат те, которые доселе обладают тобою?

Во время военных действий военачальники сообщают подчиненным условный знак, чтобы и союзники могли удобнее призывать друг друга, и от неприятелей, когда перемешаются с ними во время схватки, можно было отделиться без замешательства. Никто не узнает тебя, наш ли ты или из числа противников, если т`аинственными знаками не докажешь единения с нами, если не зн`аменался на тебе свет лица Господня (Пс. 4:7). Как будет оспаривать тебя Ангел себе, как исхитит у врагов, если не знает печати? Как скажешь: «Я Божий», если не носишь на себе признаков? Или не знаешь, что Погубляющий миновал дома запечатленные, и убивал первенец в домах незапечатленных (Исх. 12:23–29)? Незапечатленное сокровище удобно похищается ворами; непомеченную овцу безопасно можно отманить.

Ты юн? Приведи в безопасность свою юность уздою крещения. Миновались твои цветущие годы? Не утрать напутствия, не погуби охранительного средства, не рассчитывай на одиннадцатый час, как на первый; потому что и начинающему жизнь надобно иметь пред очами кончину.

Если бы кто из врачей обещал какими–нибудь средствами и промышлениями сделать тебя из старого молодым, — не желал ли бы ты, чтобы наступил тот день, в который бы ты увидел себя возвратившимся в цветущий возраст? А когда крещение обещает, что процветет у тебя душа, которую довел ты до обветшания и чрез беззакония сделал дряхлою и оскверненною, — презираешь Благодетеля и не спешишь воспользоваться обещанием. Ужели не пожелаешь видеть, что значит это великое чудо обетования? как человек возрождается без матери? как устаревший и тлеющий в похотех прелестных (Еф. 4:22) опять приходит в силу, юнеет и возвращается к истинно цветущей юности?

Крещение — искупление пленных, прощение долгов, смерть греха, пакибытие [67] души, светлая одежда, неприкосновенная печать, колесница на небо, предуготовление Царствия, дарование сыноположения. Ужели для тебя, несчастный, так многих и великих благ предпочтительнее плотское удовольствие?

Понимаю твою медлительность, хотя и прикрываешь словами; самые дела вопиют, хотя и не слышно твоего голоса. «Оставь меня; воспользуюсь плотию для гнусных наслаждений, буду валяться в тине удовольствий, обагрять руки кровию, отнимать чужое, жить обманом, нарушать клятвы, лгать, — и тогда прииму крещение, когда, наконец, перестану делать худое». Поэтому, если грех прекрасен, держись его до конца; а если вреден тому, кто грешит, для чего закосневаешь в делах пагубных? Кто старается освободиться от желчи, тот не станет умножать ее в себе беспорядочным и невоздержным образом жизни. Надобно очистить тело от того, что беспокоит его, а не увеличивать болезнь сверх силы. Корабль виден над водою, пока поднимает груз товаров; а положи в него сверх этого, он тонет. Бойся и ты, чтобы не потерпеть тебе подобного и, сделав грехи, превышающие меру прощения, не подвергнуться кораблекрушению прежде, нежели войдешь в чаемую пристань.

Разве Бог не видит того, что делается, не знает твоих помышлений? содействует тебе в беззакониях? Сказано: вознепщевал еси беззаконие, яко буду тебе подобен (Пс. 49:21).

Бог поругаем не бывает (Гал. 6:7). Не торгуй благодатию; не говори: «Закон прекрасен, но грех приятнее». Удовольствие — диавольская уда, влекущая в пагубу. Удовольствие — матерь греха, а грех — жало смерти (1 Кор. 15:56). Удовольствие — пища вечного червя; оно на время утешает наслаждающегося, а впоследствии дает такие отпрыски, в которых больше горечи, чем в желчи.

Эта медленность не иное что выражает, как следующее: «Пусть сначала царствует во мне грех, после будет когда–нибудь царствовать и Господь». Сначала `уды мои представлю оружия неправды греху, а потом, со временем, представлю их и оружия правды Богови (Рим. 6:13). Так и Каин приносил жертвы; что было лучшего, то — в услаждение себе самому, а что похуже, то — сотворившему и даровавшему Богу. Пока способен ты к трудам — проводишь юность свою в грехах; а как скоро члены ослабели, тогда приносишь их в дар Богу, когда уже ни на что нельзя употребить их и по необходимости надо оставлять в бездействии, потому что сила утрачена от долговременного истощения. Целомудрие в старости — уже не целомудрие, а невозможность предаваться невоздержанию. Мертвого не увенчают; не тот праведник, кто не в силах делать зло. Пока есть у тебя силы, преодолевай грех разумом; ибо вот добродетель — уклоняться от зла и делать добро. А когда порок от усталости приходит в недеятельность, это само по себе не заслуживает ни похвал, ни наказаний. Если перестанешь грешить по причине возраста, это будет по милости твоей немощи. А мы хвалим тех, которые добры по произволению, а не тех, которые вынуждены какою–либо необходимостию.

Да и кто тебе твердо назначил предел жизни? Кто определил срок твоей старости? Кто у тебя достоверным поручителем за будущее? Не видишь ли, что смерть похищает и детей, увлекает и приходящих в возраст? Не один срок положен жизни. Для чего ждешь, чтобы крещение было для тебя даром горячки, когда не в состоянии уже будешь произнести спасительных слов, а может быть, нельзя тебе будет и выслушать их ясно; потому что болезнь поселится в самой голове; когда не станет у тебя сил ни воздеть руки к небу, ни стать на ноги, ни согнуть колена для поклонения, ни научиться с пользою, ни исповедание проговорить твердо, ни с Богом сочетаться, ни от врага отречься, ни даже, может быть, с сознанием следовать за порядком тайноводства, так что и присутствующие останутся в сомнении, ощутил ли ты благодать или бесчувствен к совершаемому; если даже и с сознанием приимешь благодать, то будешь иметь у себя талант, однако же не принесешь на него прибыли?

Подражай евнуху. Нашел он огласителя и не пренебрег учением: богач возводит на колесницу бедного, гордый и надменный берет человека простого и низкого и, научившись Евангелию Царствия, и веру приемлет сердцем, и не отлагает приять печать Духа. Ибо как скоро встретили они воду; се, говорит, вода. От радости вырвалось это слово! Вот искомое! Что возбраняет ми креститися? (Деян. 8:36). Где произволение готово, там нет никаких преград. Призывающий человеколюбив; служитель готов; благодать неоскудеваема; будь только усердие, препятствия не будет.