Сочинения

— Во имя Бога, грядущего судить живых и мертвых, не дайте мне умереть иудеем…я желаю быть христианином… Сделайте милость, окрестите меня, чтобы мне христианиномокончитьмоюжизньиотойтико Господу…

— Брат, — сказали мы ему, — увы,нам этого сделать нельзя: мы–миряне, а это дело–епископов и священников. Да и воды здесь негде взять…

Но он неотступно со слезами заклинал нас:

— Христиане, не лишите меня этого дара…

Мы были в величайшем затруднении. Тогда упомянутый выше трудолюбивый человек, как бы вдохновленный свыше, говорит нам:

— Поднимите его и разденьте!

С большим трудом поставив его на ноги, мы сняли с него одежду. Трудолюбец, наполнив свои руки песком, три раза посыпал еврею на голову, говоря: «крещается раб Божий Феодор во имя Отца, и Сына, и Св. Духа», а мы на каждое призывание святой, единосущной и поклоняемой Троицы возглашали: «аминь!» И — клянусь Господом, братие, — Христос, Сын Бога Живого, исцелил и так укрепил немощного, что в нем не осталось ни малейшего признака слабости. Напротив, — он в добром здоровье, с воспрянувшими силами, бодро пошел впереди нас по пустыне. Придя в Аскалон, мы разсказали все, что произошло с братом на пути, епископу города блаженному Дионисию. Святой муж, выслушав разеказ, был поражен необыкновенным знамением. Однако, собрав весь свой клир, предложил дело ему на обсуждение: следует ли считать действительным крещение, совершенное чрез посыпание песком, или нет? Одни отвечали утвердительно, указывая на поразительное знамение, Другие утверждали противоположное.

— Григорий Богослов, — говорили, — исчисляетвсе образы крещения, а именно: «крещение Моисеево — в воде, а раньше — в облаке и в море, затем–крещение Иоанново,которое, впрочем, уже не было иудейским, потому что состояло не в одном погружении в воду, но сопровождалось покаянием, далее–крещение Иисуса–Духом Святым, и это совершенный образ крещения. Знаю и четвертый образ крещения–исповедничеством и кровию. Есть еще и пятый–слезами…» Какой же образ крещения был совершен над юношей, чтобы мы могли утвердить его?В особенности — вспомним словаГоспода к Никодиму: Аще кто не родится водою и Духом, не может внити в царствие небесное. (Иоан. 3, 5). Так что–ж? — возражали другие. — Ведь, не писано об апостолах, чтоони крещены.Ужели они не войдут в царствие небесное?

— Нет! — отвечали на это. — Апостолы крещены, как говорит об этом Климент Строматевт в пятом томе своих «Гипотипоз». Изъясняя слово апостола: «Благодарю Бога, что никого из вас не крестил», — он говорит: «Христос, говорят, крестил одного Петра, Петр–Андрея, Андрей–Иакова и Иоанна, а эти–остальных».

Вот что и много другого было высказано. Блаженный епископ Дионисий решил–послать брата на св. Иордан и там крестить его. А того трудолюбца рукоположить во диакона.

177. Несчастная смерть инока египетского, пожелавшего жить в келлии еретика.

Авва Иоанн киликиянин говорит нам следуюшее: «Мы жили в Александрии, в Эннате. Один египетский монах пришел и разсказал нам, что однажды из чужой страны пришел один брат в лавру Келлий, желая поселиться там. Поклонившись пресвитеру он просил, чтобы ему позволено было жить в келлии Евагрия.

— Не можешь ты жить там ! — сказал ему пресвитер.

— А если мне не жить там, я и совсем уйду отсюда, — отвечал инок.

— Знаешь, чадо: злой дух живет там. Он ужо совратил Евагрия и, отвратив от правой веры, внушил ему нечестивые мысли–не допускает он жить там кому бы то ни было, — сказал пресвитер.

Но брат стоял на своем.

— Оставаться здесь–так не иначе, как только там!

— Что–ж, — ступай,еслитакая твояволя — живи там, — сказал пресвитер.

Уйдя, брат поселился в той келлии и прожил там неделю. Настало воскресенье–и он явился в церковь. Увидав его, пресвитер утешился. Но в следующий воскресный день он уже не пришел в церковь. Тогда пресвитер попросил двух братий–пойти и узнать, почему его не было в церкви. Братия пришли в келлию и нашли брата с петлей на шее повесившимся.

178. Жизнь старца препростого.

Авва Георгий, пресвитер киновии Схолариевой, поведал нам, что в келлиях жил старец–великий подвижник, он был прост в вере и без разбору причащался, где придется. Однажды явился ему ангел Божий.

— Скажи мне, старец: если ты умрешь, как желаешь ты быть погребенным? Так ли, как погребают египетских иноков или–как иерусалимских?

— Не знаю, — отвечал старец.

— Смотри, — сказал ангел, я приду к тебе чрез три недели–и ты дашь мне ответ.

Старец отправился к другому старцу и разсказал ему то, что слышал от ангела. Старец выслушал и изумился. И долго и пристально посмотрев на него, как бы по вдохновению свыше, спросил старца:

— Где ты причащаешься св. Таин?

— Где придется…

— Смотри–не причащайся нигде вне святой кафолической и апостольской Церкви, в которой прославляются четыре святых собора: Никейский из 318 отцев, Константинопольский из 150, первый Ефесский из 200 и Халкидонский из 630. И вот–когда придет ангел, скажи ему:«желаюбытьпогребеннымпоиерусалимскому обычаю».

По прошествии трех недель пришел ангел и спросил старца:

— Ну,что же, старец? Надумался ли?

— Желаю быть погребенным по–иерусалимски, — отвечал старец.

— Хорошо, хорошо! — сказал ангел.

И старец тотчас предал душу Богу. Все это произошло, чтобы старец не потерял своих подвигов и не был осужден с еретиками.

179. Дивная жизнь отшельницы, из св. града.

Пришли мы однажды к отшельнику авве Иоанну, по прозванию «Огненный». Вот что разсказал он нам со слов аввы Иоанна Моавитского: «во св. граде была одна монахиня, отличавшаяся благочестием и великим усердием в угождении Богу. Диавол, позавидовав девственнице, внушил одному молодому человеку сатанинскую страсть к ней. Но удивительная дева, усмотрев козни диавола и сожалея о молодом человеке, взяла корзинку и, положив в нее немного моченых бобов, удалилась в пустыню. Устраняя юношу от соблазна, она заботилась о спасении души его и себе самой искала безопасности в пустыне. Прошло довольно времени. Промысл Божий устроил так, что не осталась неизвестною ее добродетельная жизнь: в пустыне св. Иордана увидал ее один отшельник.

— Мать, что ты делаешь в этой пустыне? — спросил ее отшельник.

— Прости меня, — отвечала она, желая скрыть свой подвиг. Я сбилась с пути. Сделай милость, отче, ради Господа, укажи мне дорогу.

Но отшельник, узнав свыше об ее подвиге, сказал ей:

— Поверь мне, мать, ты вовсе не теряла пути, и не ищешь его. Хорошо зная, что ложь–от диавола, раскажи мне всю правду: зачем пришла ты сюда ?

— Прости, отче! — отвечала дева. — Один юноша соблазнился мною, и вот почему я удалилась в эту пустыню. Я предпочла скорее умереть здесь, чем служить для кого–нибудь соблазном, по слову апостола.

— Сколько же времени ты прожила здесь?

— По благодати Христа, семнадцать лет.

— Но как же ты питалась?

Отшельница, показав корзинку с мочеными бобами, отвечала:

— Вот эта самаякорзинка,которую ты видишь, вместе со мною вышла из города. В ней было немного вот этих бобов….. Но Бог оказал мне, недостойной, такую милость, что вот сколько времени я питаюсь ими, и они не убавляются. И знай, отче, что Его благость так покрывала меня, что в течении этих семнадцати лет–до нынешнего дня–не видел меня ни один человек, а я видела всех.

Выслушав это, отшельник прославил Бога.

180. Жизнь отшельника Иоанна, обитавшего в пещере близ Соха.

Пресвитер и хранитель сосудов святейшей церкви аскалонской, св. Дионисий повествовал нам оботшельнике авве Иоанне. «Поистине, говорил он, это был великий пред Богом муж в наше время». На сколько он был угоден в очах Божиих, показывает следующее чудо, о котором он нам разсказал. «Старец жил в пещере в окрестностях селения Соха, на разстоянии почти двадцати миль от Иерусалима. В пещере у старца был образ Пресвятой Пречистой Владычицы нашей Богородицы и Приснодевы Марии, с Предвечным Младенцем, нашим Богом, на руках. Куда бы ни вздумал отлучиться старец, — в глубину ли пустыни, или в Иерусалим на поклонение св. кресту и св. местам, или на гору Синай для молитвы, или к мученикам, почивающим в дальних местах от Иерусалима–старец был великий почитатель мучеников, и ходил то к св. Иоанну в Ефес, то к св. Феодору в Евхаиты, то в Селевкию к св. Фекле в стране исавров, то к св. Сергию в Сафас, то к тому, то к другому святому–уходя, он ставил свечу и поджигал ее по обыкновению, потом, став на молитву и испросив у Бога, чтобы Он управил путь его, взывал, взирая на икону Владычицы: «Пресвятая Владычице Богородице, я ухожу в долгий путь, на много дней. Приими попечение о свече Твоей и сохрани ее, да не погаснет она пред Тобою до моего возвращения. Я же ухожу в надежде на помощь Твою во время путешествия». Произнеся эти слова пред иконой, он отправлялся в путь.