Сочинения

Чтобы не дерзнули назвать и твою душу, что она одушевляет ум.

(172) Вопрос. Если душа не сначала в небесах, а потом, согрешив, изгоняется в настоящую (нынешнюю) жизнь ради телесного совокупление и рождения, то почему Давид, оплакивая это, говорит: «В беззаконии я зачат и во грехах родила меня мать моя»?

Ответ. Ничего из этого не подлежит Оригеновой болтовне. То, что сказал Давид «в беззаконии я был зачат» — в беззаконии начал действовать, смешался с похотью и впал беззаконие и, нанеся рану любодейства, тотчас прибавил и убийство. Эти слова являют, как он скорбит, когда похоть держит его, чтобы погибнул в беззаконии. Закон велит не убить и не желать жены ближнего. А слова «во грехах родила меня мать моя» и до нынешнего дня сбываются. Ибо многие матери не по причине любви, как Сарра, Ревекка, Анна, Елисавета, лежат со своими супругами, но в зависти и ссорах, и хулы обращают к телу, непреклонны и непокорны и, делая такой выбор, рождают много раз младенцев. Это Давид и подразумевал, что от такой жизни вместе он изначально произошел от родителей. Но свободно от всякого греха и выше обвинений соединение супругов, следующее Закону. Ибо рождение детей наказал Господь, создав из Адама женщину, и от того совокупления научил совокуплениям до сегодняшнего дня, сказав: «Разрастайтесь и умножайтесь, и наполните землю, и обладайте ей». Почитая ту же самую жизнь вместе, Господь просвещает Своим присутствием брак в Кане Галилейской, когда Он обедал с ними, и явил, что при недостатке для пиршества даровал вино из воды. В Евангелиях Он говорит, богословя: «Посему оставит человек своего отца и свою мать и прилепится к своей жене, и будут оба одной плотью».

И через Павла Он сказал: «Брак почтен и ложе неоскверняемо. А блудникам и любодеям судья — Бог». Сам Христос говорит: «Отец не судья ни единому человеку, но весь суд отдаст Сыну» — не в беззаконии наше зачатие по Христу: [еще] в утробе Иеремия свят. Иоанн радостью [взыграся во чреве]. Слово и Бог стал человеком в неизреченном Зачатии. Не по причине, не ради душ возникли тела. Одно не старше другого. Но по причине неизреченной по своему образу благости Бог создал нас совокупно — нераздельно [душу с телом]. А когда мы отпали от правосудия и милосердия Бога и остались без Божества, то опять по причине Своей благости Бог соткал теперь мягкое тело для одетых в грубую кожу. Те, кто вне райского наслаждения и божественной одежды, теперь берут на себя труды полного страданий человеческого жития. И эти люди испытываются не прежде возникновения, не с возникновением, но после возникновения, как мы и узнаем. И не обманемся, что, мол, души отпадают от небес и входят в тела. Тех, кто девствует, воздерживается и сливает семя, мы тогда должны похулить как душегубцев, которые в чреслах вместе с семенем раздавливают душу. Далеко отбеги от вводящих в заблуждение, что душа, после своего возникновения находит существование: человек не старше и не моложе самого себя.

(173) Вопрос. Как мы должны думать, чту Бог сделал, чтобы облечь Адама в кожаные одежды: заколол скот?

Ответ. Я тебе опять отвечу, любитель поспорить. Что легче и не требует труда: поставить небо; из воды, и основать землю не на воде, и собрать тьму воды в единое собрание, и каждую вещь украсить подобающим образом: звездами увенчать небо, растениями расцветить землю, для рыб сотворить их производящее море… — или сшить кожу, и одеть обнаженного в получившуюся одежду? Создать живое существо — или одеть его? Высушить море повелением и шестьсот тысяч мужчин с женщинами и детьми перевести неомоченными ногами — или повелением одеть нуждающихся в разрезанное? Разверзнуть нерассекаемый камень и источить воду — или одеть нагого? Обратить вспять Иорданскую реку и перевести людей — или одеть нагих? Прах одушевить и дать жизнь — или покрыть одеждой произошедшее из нее разумное существо?

(174) Вопрос. Но скажи нам, кто заколол и что за животное закололи? И кто из него сшил кожаную одежду? Если об этом будет даровано слово, то мы вынуждены будем не сопротивляться тому, что ты говоришь.

Ответ. Покажите и вы бойню и заколотых животных, и какое их было число, что Нил стал красным. Ведь неожиданно столь великая река превратилась в кровь, подчиняясь Богу Моисееву. Где мясо бесчисленного заклания скота, с помощью которого в кровь превратилась столь большая вода, что по ней ходят корабли? И как Святой Единосущный Живой Бог и Слово, Носящий плоть, воскрес из ради нас бывшей могилы и, будучи в ней без одежды, явился не обнаженным — кто одел Того, Кто одевает все? Если все это подвластно Божию проявлению воли, то я верю, что наш прадед облекся в эту кожу. Не в суетном смысле наши тела — кожа; в кожу после вкушения запретного оделась наша душа. Прежде вкушения и преступления было очерчено сооружение тела. Но и ребро у Адама было отъято до преступления, а ребро невозможно представить бесплотным. И какая была им нужда одеваться в листья смоковницы, если они были бесплотными?

(175) Вопрос. От великого Давида мы узнали, что душа была прежде тела. Ибо он говорит, обращаясь к Богу: «Руки Твои сотворили меня», — говоря о душе; — «и создали меня», — явно говоря о теле.

Ответ. Великий Иов не хуже Давида праведностью, как и облеченностью силой. Он царь и по избранию равен Давиду праведностью и истиной, засвидетельствованной Богом. И он сказал к Богу: «Руки Твои создали меня», — и еще: «Вспомни, что из брения Ты меня создал». Можно ли после этого говорить, что душа старше тела? Или создание не относится к названному неизменному сотворению? И тем самым мы назовем этого человека неодушевленным? Никак нет, так как божественный Моисей сказал всему миру: «И взял Бог прах от земли, и создал человека», — не прибавляя, что нетленным и что вскоре его сделал, не говоря, что сперва сотворил голову, затем лицо, затем шею, затем ладони и ступни. Откуда мы можем думать именно так? Оставь болтовню. Ведь откуда мы можем знать, что не с уст или не с языка начал создавать нас лучший Искусник премудрый Бог.

(176) Вопрос. В чем, по твоему мнению, выражается то, что человек создан по образу Божию. Этот образ Божий выразился в душе, как в духе сущем и невидимом? или в телесном низком облике?

Ответ. Ни в чем из этого, а только в бессмертии души. И в том, что он всем владеет. Но не отсюда он получает истинное точное подобие Богу. Ибо и душа, и тело созданы. Душа и тело соединены вместе для союза. А за этим соединением уже следует все остальное: и разделение, и отстояние. А Божество несложно и нераздельно, и лишено внешнего образа, пребывая Само в Себе. И всегда Оно таково же. И владение не может быть как подобие сравнимо с изначальным образом: ибо тот, кому оказана милость, не равен славой властелину. Властелин дарует и ни в чем не нуждается. Тот, кто попросит, тому он даст. Ибо от Бога властелин поставлен владеть товарищами, а Бог никем не поставлен, Сам всем властвуя.

(177) Вопрос. Но каждый в себе видит, что душа — это одно, а тело — другое. И дай нам ответ о душе и теле. Что, как ты думаешь, есть по образу Божию?

Ответ. Человек — это никогда одно не отделено от другого. Дух — это не человек. Труп — без разума и без чувств. А из них получается единый человек. Душа подвластна переменам и смене пути: одно она забывает, а другое вспоминает и помнит. Человек без зависти радуется делам, бывает мощен духом, бывает и умоляющим и немощным в скудости. Иногда мыслит самое чистое, а иногда — блудное. Иногда предпринимает праведное, а иногда — неправедное. Иногда бывает человеколюбцем, иногда — человеконенавидцем, зря гневаясь и внезапно становясь кротким. Душа подвластна разделению и изменению. Ибо возвышенный Апостол явным образом сказал, возглашая: «…слово Божие живо и действенно и острее всякого меча обоюдоострого: оно проникает до разделения души и духа…

Душа невероятно велика и не может быть измерена, а тело мало и объемлемо. Душа неподвластна никаким причинам и невредима, а тело подлежит болезням, повреждениям, способно к тлению. Душа непостижима и неосязаема, а тело осязаемо и мимолетно. Душа бесплотна и невещественна, и выше всякой высоты, а тело имеет тяжесть и бренно, привязанное к земле, склоняемое книзу и вширь. Душа не растет, не кончается, не истощается, не уменьшается, не исчезает… Не будь зависим от дольного и не приписывай Божеству члены, а послушай? Бога, говорящего: «Вознесу на небо руку Мою» «Клялся десницей Моей» и еще «Небо у Меня престол, а земля — подножие ногам Моим». И еще Пророк говорит: «Измеривший небо пядью», и в другом месте: «Перстом начертавший скрижали каменные и вручивший боговидцу Моисею». И как еще сказал Давид — божественный певец: «Приклони, Господи, ухо Твое и услышь меня, и призри на меня и помилуй меня». Поэтому ли ты придаешь Божеству образ, начертывая для Него члены и суставы? Если ветер, когда веет, проходит всюду, и воздух окружает все вещи, то сколь более это может Тот, Кто повелел, чтобы ветер веял, и, собрав веяние, охватил Престол Сидящего? Божество необъятно: ибо если земля —