Страница 6 из 21
и сохранив дар Святого Твоего Духа, и возрастив залог благодати, приимет почесть горнего звания (то βραβείον της· άνω κλήσεωs), и сопричтется перворожденным написанным на небеси, в Тебе Бозе и Господе нашем Иисусе Христе». Почесть горнего звания и сопричтение к перворожденным на небесах и есть звание народа Божьего в его священническом достоинстве [48].
Помазание св. елеем сохранилось в современном чине миропомазания. Оно совершается в настоящее время тем лицом, которое совершает таинство крещения, при произнесении формулы «Печать дара Духа Святого». Вопреки школьной догматике, бессознательно или сознательно отказывающейся от учения о священническом достоинстве верных, а потому не знающей, как определить сущность самого совершаемого Церковью таинства [49], помазание есть «σφραγίs», печать принадлежности лаиков к стаду Божьему, народу Божьему, составляющему «святое священство».
В настоящее время, как и в древности, новокрещенный облекается в белые одежды. Мы не знаем точно, когда возник обычай облачения новокрещенных. Возможно, что об этом говорится в Апокалипсисе: «Сии, облеченные в белые одежды кто, и откуда пришли?» (Апок. 7, 13). Обычай облачения новокрещенных в белые одежды не был повсеместным до IV века. Во всяком случае, Римская церковь в начале III века не знала этого обычая. Ипполит Римский ничего о нем не говорит в своем «Апостольском Предании». Если бы этот обычай существовал, то он несомненно указал бы на него, т. к. у него мы имеем не описание вступления в Церковь, а изложение самого чина. Первые несомненные указания для Запада об облачении новокрещенных мы находим у Амвросия Медиоланского [50], а для Востока у Кирилла Иерусалимского. Последний говорит следующее: «Совлекши же с себя ветхие ризы, и облекшись в духовные, белые, надлежит всегда быть облеченными в белое…» [51]. Евсевий в «Жизни Константина» подробно рассказывает об одеждах, в которые был облачен Константин В.
Автор «О церковной иерархии» рассказывает, как совершается облачение новокрещенного: «После сего иереи, взявши крещаемого, вручают восприемнику и руководителю его в обращении, и вместе с ним, возложив на посвященного приличную одежду, опять приводят к иерарху, который запечатлев его богодейственным миром, объявляет наконец достойным причащения священносовершительной Евхаристии» [52]. Вероятно, не позднее VIII века облачение сопровождалось литургической формулой. По Синайскому Евхологию XIII века риза, в которую облекается новокрещенный, вероятно, бралась с престола: «Возьми ризу святую и нескверную, которую принес рукою своею к престолу Господа нашего Иисуса Христа и прииди в жизнь вечную» [53]. В современном чинопоследовании облачение новокрещенного совершается при произнесении следующей формулы: «Облачается раб Божий… в ризу правды во имя Отца, и Сына, и Святого Духа. Аминь.» Белая одежда является символом, как и в Ветхом Завете, священнического достоинства каждого члена народа Божьего [54], который, как священник Богу своему, облачается в особую одежду [55]. Литургически как будто бесспорно, что фактическая невозможность всем верным, участвующим в Евхаристическом собрании, облекаться в особые одежды, привела к тому, что белые особые одежды сохранились только за членами клира [56].
Исторически также бесспорно, что облачение в крещальные одежды утвердилось в церковной практике раньше, чем облачение в особые одежды при поставлении в священство.
В то время, как в догматическом богословии учение о царственно–священническом служении лаиков постепенно исчезает, литургическая мысль продолжает его развивать, пытаясь выразить более определенно в самом чино–последовании не только момент поставления верных на священническое служение, но и момент поставления их на царственное достоинство. Нет никаких сомнений, что литургическая мысль вдохновлялась 1–ым посланием Петра, а особенно Апокалипсисом, в котором говорится, что все верные сделаны «царями и священниками Богу и Отцу своему» (1, 6).
На Западе очень рано появился обычай возлагать на голову новокрещенного род шапочки, называемой «linteum, chrismale, cappa, mitra», чтобы предохранить место помазания святым миром. На Востоке такого обычая, во всяком случае повсеместного, не существовало, т.к. помазывалась не только голова, но и разные части тела. Тем не менее, мы находим в некоторых греческих Евхологиях возложение на голову «κουκούλιον», сопровождаемое молитвой, которая надписывается, как «Ευχή του κουκουλίου» или «Ευχή του διαδήματοs», молитва на возложение царского венца [57]. Последняя молитва указывает на идею поставления на царство. Особенно ясно эта идея нашла свое выражение у коптов, армян, маронитов и якобитов, у которых имеется «венчание» через возложение на голову венка из листьев мирты и пальмы или короны. Так в ритуале сирийских якобитов мы находим следующую молитву: «Corona, Domine, hunc servum tuum decore et gloria, sitque eius vita in bene» [58]. Наше современное чинопоследование сохранило идею поставления на царство: «Господи Боже наш, от исполнения купельного Твоею благостью освятивый в Тя верующие, благослови настоящего младенца, и на главу его благословение Твое да снидет, и якоже благословил еси пророком Самуилом Давида царя, благослови и главу раба Твоего рукою мене грешного…» (Молитва пред пострижением).
В молитве испрашивается, чтобы Господь благословил новокрещенного, как Он благословил через пророка Самуила на царство Давида [59].
Поставленный на царственно–священническое служение новокрещенный постригается с произнесением литургической формулы: «Постригается раб Божий… во имя Отца, и Сына, и Святого Духа». Это пострижение вполне соответствует пострижению клириков и, по–видимому, перенесено с последних на лаиков. Основная идея обряда пострижения, одного из наиболее древних, заключается в полном и особом посвящении постригаемого лица на служение божеству и в его собственность. Как кажется, первое указание на пострижение новокрещенных находится у Симеона Фессалоникийского [60]. Он говорит об этом, как об установившемся обычае, который, следовательно, должен был появиться гораздо раньше XV века. Пострижение новокрещенных является знаком их вступления в клир в широком смысле как сопричтения к тем, кого сам Бог избрал как Свой удел и которых Бог есть часть и удел на земле.
Как священник Богу и Отцу, при воцерковлении, совершаемом после крещения, новокрещенный мужского пола вносится в алтарь и трижды обносится вокруг престола. В современных требниках этот чин изменен: «и вводит е во св. жертвенник, аще будет мужской пол». Не может быть сомнения, что это изменение произошло под влиянием школьного богословия, которое не считало возможным допустить, чтобы мирянин, который остается в Церкви непосвященным, вводился бы в алтарь и обносился вокруг престола, как это совершается при рукоположении в священные степени.
Наконец, по Ипполиту Римскому, епископ по миропомазании дает новокрещенному поцелуй мира со словами: «да будет Господь с тобою», на что тот ответствует: «и со духом твоим» [61]. При поставлении епископа, по свидетельству того же Ипполита, поцелуй мира дается вновь поставленному епископу: «и когда он поставится епископом, пусть каждый даст ему поцелуй мира, приветствуя его, потому что он сделан достойным этого», т. е. епископского служения. Новокрещенный получает поцелуй мира, т. к. и он «сделан достойным этого — dignus effectus est», т. е. царственно–священнического служения [62].
3. Пострижение, рукоположение, облачение и обвожде–ние вокруг престола — таковы акты, входящие в состав чина таинства приема в Церковь. Все эти моменты имеются в современном чинопоследовании таинства священства. Это совпадение не случайно. Оно свидетельствует, что в литургическом сознании таинство вступления в Церковь рассматривается как таинство поставления новокрещенного. Неважно, в какой исторической последовательности возникли те или иные моменты обоих таинств. Для меня важно подчеркнуть, что литургическая мысль сознательно их сближает, а тем самым сближает и оба таинства в их основе. Духовно–рожденный в таинстве крещения, новокрещенный поставляется на служение в Церкви в своем звании члена народа Божьего, народа царей и священников, чтобы он «сохранил одежду крещения и обручение Духа нескверно и непорочно в день страшный Христа Бога нашего». Дух есть «залог» будущего века, грядущего эона Духа, который наступит в «день Господень». Сохранивший «обручение Духа» сохраняет себя в день Господень, который предвосхищается в каждом Евхаристическом собрании, где он служит Богу совместно со всем народом. Поэтому «одежда крещения» есть одеяние священника для священнического служения.