Страница 2 из 3
Итак, если сие великое и высокое небо было осуществлено, как это мыслится многим, из самого цвета первых стихий, и поэтому оно - незыблемо и нетленно, то (можно предположить), насколько больше Ее тело было устроено из лучшего существа стихий и уготовано как священный храм для Ее души. Но что же мне привести, чтобы явить Ее чистоту? - Для сравнения мне не хватит прекрасного и в материальном, и в духовном мире. Я стыжусь, сравнивая с Нею солнце (настолько духовный свет Ее превосходит сияние оного). Я краснею, уподобляя Ей небо (настолько Она - пространнее и прекраснее его).[16] Если же я взойду к понятию ангельского естества, то буду удовлетворен, потому что этот вид сравнения уже имеет характер премирного; но и тогда я не достигну должной меры. Потому что и они (Ангелы) как-то с трудом вмешают в себе ясное (непосредственное) представление о Боге и по своей мере участвуют в просвещении их, которое оттуда исходит; Она же в малой мере Ее тела вместила в Себе всего Бога, Который и от Отеческих недр не отступил, и в то же время пребыл весь в Матери и Деве. И, вот, чудеснейшее противоречие вещей: в чем Она уступает, я обнаружил, а в чем превосходит - не нашел.
Конечно, Она уступает Сыну и Творцу; не превосходит же никого по той причине, что вообще Она не идет в сравнение ни с кем и ни с чем. Потому что превосходство Ее величия не может быть уподоблено или сравнено с какой-либо природой или естеством. Она стала Матерью и при этом пребыла Девой. Слово Божие прошло чрез Нее: вошло и вышло, и ключи девства не нарушило, и печать осталась нерушимой. Она - Вертоград (сад) заключенный и Источник запечатленный.[17] Она - и Кивот святыни Господни, и прозябший Жезл Христов, и священный Алтарь, как завесой, девством сокровенный. Она - Гора усыренная и тенистая. Она поистине - Небо, и даже большая, чем небо, и есть и именуется как вместившая Невместимого и объявшая Необъятного. Она - Тема Пророков, и начало, вместе же и конец пророчеств. Посредством Нее Бог сошел к нам, а мы взошли к Нему. О, Лествице, восходящая до Неба и премирная! О, единородная с нами; неприступная же и для самих Ангелов: Лествице, Которою мы восходим на Небо, дабы вместе с Нею наслаждаться счастьем у Высшего Существа.[18]
6. Итак, поскольку ему было вверено слово (значение) Тайны, Гавриил, воистину, удивляется самому неизреченному оному Сошествию и изумляется истощанию Слова; ничуть не менее он восторгается и Девой, и удивляется, и благоговеет перед Нею, как перед Высшим Сушеством. Посему и в подобающем ему образе, так сказать, приступает к Ней, и нет нужды ему принимать измененную форму, солнцеобразную или воздушную. Потому что Кого бы он имел нужду привести в страх и у Кого вызвать трепет, как было свойственно служебным Ангелам поступать в отношении тех, которым они являлись в древности, да и в настоящее время являются, дабы у зрящего вызвали страх и побудили выслушать их с уважением? Но как слуга к Владычице, так в человеческом образе Архангел приступает и предстоит пред Ней, сидящей, и с долженствующим уважением передает Ей благую весть: потому что: "Радуйся, - говорит он Ей, - Благодатная. Господь с Тобою".[19] Заметь, с каким уважением он говорит, как и самый порядок его слов: сначала сказав "Радуйся", он затем сразу же прибавляет: "Благодатная", - дабы этим явить и наступающую Ей радость и обозначить предшествующую в Ней благодать.
Потому что Благодатной Она была издавна как отдавшая Себя Богу и восприявшая сущее Свыше озарение и благодать; радость же он Ей благовествует как имеющую наступить позднее, как последствие Воплощения Слова и того, что Она имеет стать Матерью Первого Слова и Творца нашего естества. Слова же "Господь с Тобою" относятся непосредственно к призыву: "Радуйся", потому что то было как бы предисловием, а оные слова являют довод для сего.
"С Тобою Господь" - говорит он, не имея в виду озарение, но - что самим существом Он вместится в Твоем чреве. К этим словам он прибавляет: "Благословенна Ты в женах" - наименование, сводящее на нет прежнее проклятие (Евы), поскольку вместо Евы вводится Дева, как вместо Адама - Бог. Итак, как тогда за прослушанием (заповеди Божией в Раю) последовало проклятие, так теперь с соблюдением заповедей сочеталось благословение. И вот, до Девы пребывал сей род (человеческий) унаследовавшим Праматернее проклятие. Но затем была воздвигнута Плотина поперек течения, и Дева стала Твердыней, удержавшей наводнение зол.[20] "Благословенна Ты в женах" - как не вкусившая от Древа Познания (добра и зла) и не преступившая заповедь Божию, но и Сама обоженная (feofeisa) и обожившая (feosasa) человеческий род.
7. Она же, увидев Ангела, смутилась от слов его и размышляла, что бы означало это его приветствие. Она не подозревала, кто с Ней говорит, и в то же время не устрашилась его вида, потому что - как мы выше сказали - он Ей предстал скорее в человеческом образе, чем ангельском (anfropikoteron), и смиренно приступил к изложению благовещенных вещей. Но Она, как действительно благоразумнейшая и воистину рассудительная и во всем тщательнейшая, удивляясь величию возвещения, смутилась от слов Ангела. Потому что Она тут вспомнила Праматерь Еву; приняла на ум оную трагедию; возвещенные Ей вещи сличила с оной историей: потому что и там было обращение и обещание лучшего состояния; и здесь - новая благая весть и слово, которое еще и уши не слышали, и ум не мог вместить. Поэтому Дева пребывала в размышлении и не проявляла Себя; была осторожной в отношении дара; возможно также, что вследствие неясности возвещенного Ей Она стала различно толковать в Себе слова Ангела. Так, Ангел явил Ей, что с Нею пребывает Бог и возвещает, что Он с плотью вместится в Ее чрево; но это же могло быть сказано и в виде образа и означать явление Ей Господа в смысле озарения Ее,[21] и только.
Но, вот, все устрояя, Ангел - в ответ на Ее нерешительность - сказал Ей: "Не бойся"; и затем чудесно повел слово, говоря Ей, что Она обрела благодать у Бога; отстраняя же сомнение в Ее мыслях, он возвещает Ей, что Она зачнет во чреве; и, продолжая свою речь, говорит Ей: "И родиши Сына, и наречеши имя Ему Иисус"; и к этому прибавляет таковое: "Сей будет велий, и Сын Вышняго наречется, и примет престол Давида, и воцарится в дому Иаковли, и царствию Его не будет конца".[22] Весь догмат Таинства (Воплощения Христова) Ангел начертал как бы на скрижалях: с одной стороны, отсекая имеющую наступить позднее пустую болтовню многих и, с другой стороны, сдерживая хулы бешенствующих против Таинства. Так чтобы кто не стал учить, что тело для Сына Божиего было сделано на небе, он возвещает зачатие Слова, имеющее быть во чреве Матери; а чтобы кто-нибудь не вообразил в Нем простого человека, он именует Его "Великим" и возвещает, что Он - "Сын Вышняго"; дабы же как бы поставить печать на пророческие предсказания, он, подтверждая Его происхождение от Давида, - "даст Ему", говорит, "Господь Бог престол Давида, отца Его"; и чтобы показать, что и после соединения с человеческой природой, Он - единое Лицо, и Он - вместе Бог и человек, он свидетельствует, что царство Воплощенного будет бессмертным.
8. И вот, Ангел сказал это, освобождая Деву от чувства боязни и объясняя Ей точный смысл Тайны; Она же - поскольку вообще не была легко доверчивой к неслыханным обещаниям - еше недоумевает относительно зачатия и испытывает сомнения в отношении рождения. Потому что еще не сбывшееся Она еше не приняла на веру. Но поскольку действительно рождению предшествует зачатие, а зачатию - брак, то Она испытывает недоумение: как могут быть результаты, когда еще не было предшествующих причин. Потому что если брачные узы являются причиной зачатия для женщин, то, недоумевая, Она вопрошает Ангела: "Как Я зачну, не зная мужа?" Этот вопрос заключает в себе нечто более глубокое и достойное девственной чистоты, потому что слова: "Яко мужа не знаю" - в Ее устах, можно сказать, обозначают не плотское сожительство, а говорят о том, что для Нее, жизнь Которой была в величайшей степени чистой, и самая мысль о браке была чужда, как и тяготение к мужескому полу.
Итак, это самое и почитая в Ней, явившийся Ангел возвестил Ей: "Хотя вопрос о браке и не касался Твоего сердца",[23] потому что Ты вся пребывала в Боге, тем не менее Ты зачнешь. На основании иной причины, причины более возвышенной и великой, Ты возымеешь зачатие. Потому что "Дух Святый найдет на Тя", говорит он, "и сила Вышняго осенит Тя". О, какая неизреченная совокупность! О, какой новый Брак и чудесное Зачатие!
Посему (Ангел) говорит: "И Раждаемое свято, наречется Сын Божий". Потому что не только восприявшее естество (т.е. Божественное естество), но и воспринятое (т.е. человеческое естество) возьимеет наименование: "Божественное"; и таким образом, две природы (во Христе) будут совместно течь, у обоих же - одна Ипостась, именуемая вместе Бог и Человек: БОГОЧЕЛОВЕК. Итак, То, что составлено из двух природ, по отдельности каждая, будет именоваться "Сыном Божиим".